Отпущение грехов
Шрифт:
– А где Лена? – совершенно выпал куда-то в параллельный мир Брыкалов.
В шкафу послышалась возня, и из дверцы вывалился мужичонка в трусах. Тоже черный, и тоже заросший.
– Ребята, вы чего… здесь делаете? – переводил взгляд с одного на другого Брыкалов. Он их не узнавал.
– Тебя ждем, Василий Петрович, – хохотнул священник, сел и почесал волосатое бедро. – Третьим будешь?
Подполковник диким глазом посмотрел на смущенно сложившего руки в области паха Исмаила и сглотнул.
– Я чего-то не понял…
– А
– Какое объявление? – еще раз шумно сглотнул Брыкалов.
– Как это какое? – хором возмутились друзья. Они переглянулись, и дальше отец Василий завершил сам: – Ищу двух симпатичных мужчин для длительных, гармоничных отношений.
– Вы что-то перепутали, – прокашлялся Брыкалов и вдруг начал узнавать: – Постойте! Отец Василий?!
Брыкалов побледнел и кинулся к выходу из спальни, но мулла мягко перехватил его за кисть, вывернул и в долю секунды, как и мечтал ранее, уложил мордой в пол.
– Я ничего не знаю! – заверещал Брыкалов. – Отпусти-и-и!
В батарею снова постучали.
Исмаил схватил с кровати розовый пенюар и деловито заткнул подполковнику рот.
– Так-то лучше будет, – деловито проронил он. – Слышь, Мишаня, я там под кроватью веревку кинул, подай-ка ее сюда.
Сначала Брыкалов отвечал на все вопросы, которые задавал ему отец Василий.
– На губернатора действительно покушались? – спрашивал священник, и подполковник утвердительно кивал головой.
– Ты лично это видел? – спрашивал отец Василий, и подполковник махал головой – в смысле нет.
– Это ты организовал на меня облаву? – продолжал допрос беглый священник.
Но узнал таким вот образом отец Василий не много. Да, покушение имело место; да, на месте преступления свидетели видели именно его, отца Василия; да, войсковую часть попросили помочь в розыске подозреваемого.
Но были и вопросы, ответ на которые оказался отрицательным. Нет, Брыкалову ничего не известно о роли Кузьменко в расстреле милиционера; нет, он сам, по своей инициативе, никакой охоты с вертолета на священника не устраивал; нет, камыш подожгли только для губернаторской охоты. И все.
А «все» было потому, что следующие вопросы детально касались лично Кузьменко, и вот здесь Брыкалов стоял насмерть, делал совершенно отмороженные глаза.
– Слушай, командир, а у нас ведь твоя баба! – не выдержал Исмаил и, вытащив из шкафа связанную по рукам и ногам голую аппетитную Леночку, бросил ее на кровать. – Ты уж лучше колись!
Брыкалов плакал, но молчал.
Леночка с ненавистью смотрела на своего мужика и с ужасом на этих двоих и тоже плакала.
Они перепробовали все: угрозы, подкуп, обещание все забыть, но подполковник вел себя как белорусский партизан. И в конце концов они
– Уходить надо, – напомнил священнику мулла. – Сегодня хоть и суббота, и ночь, а все равно «полкан» выпадать из жизни подразделения не может.
Отец Василий понимающе кивал головой. Действительно, к Брыкалову могли заявиться в любое время суток – служба есть служба.
– И что?
– С собой заберем, – принял решение отец Василий. Он знал, что на некоторые вещи нужно время, а чтобы командир полка вышел из своей тотальной психологической зависимости от Кузьменко, может понадобиться достаточно много времени.
– А что с бабой делать будем?
– Здесь оставим. Если кричать не будет. Ну, что, Леночка, – повернулся он к кровати. – Не будешь кричать?
Леночка отчаянно замотала головой.
– Вот и молодец, – похвалил ее священник и выдернул кляп из прекрасного Леночкиного рта. – Ты уж извини меня, пожалуйста.
Женщина молчала.
Отец Василий ослабил, а затем и развязал профессионально исполненные Исмаилом узлы на ее запястьях и щиколотках и помог подняться. Леночку мотало из стороны в сторону, как после трехсуточного шторма в открытом океане.
– Коз-зел! – с чувством выдавила она сквозь онемевшие челюсти.
Священник внимательно посмотрел на женщину и понял, что она обращается к Брыкалову. Это была уже чисто семейная сцена.
– Я пойду жратвы наберу, – поднялся с корточек Исмаил. – А ты за этими пригляди.
Священник кивнул.
– Козел паршивый! – снова с большим, очень большим чувством повторила женщина, встала, шатаясь, подошла к своему теперь уже бывшему любовнику и, тряхнув роскошным бюстом, пнула его розовой ступней в пах. – Сдал меня, как последнюю шлюху!
Она явно не простила ему тот момент, когда Брыкалов не прореагировал даже на угрозы Исмаила «заняться» его женщиной.
– На этого козла Кузьменко меня променял! – еще раз пнула подполковника Леночка. – Шкура продажная!
Священник поднялся и галантно поднес Леночке халатик.
– Что за человек этот Кузьменко? – спросил он.
– Спасибо, – сквозь зубы поблагодарила женщина, запахивая халатик на себе. – Да такой же козел, как и все! Бабки они вместе делают.
Это было интересно.
– А на чем? – как бы удивился священник. Чего-то подобного он, если честно, и ожидал.
– Не знаю, – покачала головой дама. – Только знаю, что вокруг них вечно всякие бандиты ошиваются. Этот вот козел, а Кузьменко и того хуже, мать родную за баксы продаст!
– Может быть, они оружием торгуют? – спросил первое, что пришло ему на ум, священник.
– Ой, не знаю я! – досадливо отмахнулась женщина. – Пусть хоть задницей своей торгуют! Меня это теперь не касается!
– Готово! – В спальню вошел Исмаил с тяжелым, битком набитым рюкзаком в правой руке. – Пошли?