Отпуск
Шрифт:
– Господин учитель. – Раздавшийся за моей спиной негромкий бас заставил меня вздрогнуть и обернуться.
Позади, опираясь на черную полированную трость, стоял высокий седовласый господин, облаченный в роскошный, шитый золотыми нитями камзол. Длинные, до плеч, волосы, маленькая бородка (кажется, их еще эспаньолками называют), стать, взгляд, ну и все такое, короче, сразу видно – настоящий полков… ой, не то… герцог, граф или что-то в этом роде. А вообще, очень этот мужик мне напомнил постаревшего Атоса из мушкетеров,
– Господин учитель, – незнакомец поклонился. – Разрешите представиться – герцог Яркан Угай, отец этой непутевой. – Мужчина улыбнулся и кивнул на Алану. – А также попечитель вот этой молодой госпожи.
Он обернулся к растерянной, побледневшей Энжеле, которая все это время безмолвно наблюдала за тем, как гвардейцы Лайкосты расправляются с ее солдатами, и покачал головой:
– Энжела, да как ты…
– Господин Угай, – откуда-то из-за спин гвардейцев, точно чертик из табакерки, появился муж Энжелы и встал между старым инкубом и своей женой. – Господин Угай, я не позволю…
Впрочем, что он собирался не позволить, мы так и не узнали, ибо кулак Лайкосты, так вовремя оказавшегося рядом, положил конец этим начинаниям.
– Извините, сэр, но просто не удержался, – прокомментировал тот наши с герцогом вопросительные взгляды. – Лезет куда не надо.
Я только понимающе усмехнулся, впрочем, судя по легкой улыбке на губах господина Угая, тот тоже был не особо против.
Поезд уже стоял под парами, и народ суетливо забирался в вагоны, торопливо прощаясь с провожающими.
– Ну, мне пора, – Лайкоста поднялся. – Надеюсь, еще увидимся с вами, господин учитель.
– Кто знает. – Я улыбнулся, пожимая протянутую инкубом руку. – Может, в том году, если приедете за Аланой, заодно погостите у меня.
– Надеюсь, это приглашение? – улыбнулся в ответ Лайкоста.
Я кивнул. А что, парень он нормальный, хотя и инкуб (ну, в принципе, у каждого свои недостатки), но за эти пару дней мы с ним столько хлебнули, что мне порой кажется, я его уже не один год знаю.
– Да, еще, – капитан остановился в дверях купе. – Господин Угай просил передать, что вы теперь практически член семьи и вас в имении всегда будет ждать личная комната. К тому же, если понадобится, его гвардия всегда к вашим услугам.
Лайкоста коротко поклонился и вышел из купе, а через пару минут поезд дернулся и стал плавно набирать ход.
Ну, вот и все. Я с какой-то грустью смотрел за проносящимися за окном городскими строениями. Свет за стеклом моргнул, и пейзаж резко сменился, как будто неведомый киномеханик заменил кончившуюся в проекторе пленку.
– Можно? – Дверь приоткрылась, и в купе заглянул знакомый проводник. – А я вам тут чайку принес.
Он прошел к приоконному столику и взгромоздил на него три граненых стакана, облаченных в тяжелые медные подстаканники.
– С вами попью, – пояснил он, взял один из них и с шумом отхлебнул.
Я только
– Ну, как все прошло? – поинтересовался через пару минут тактичного молчания старик. – Мой подарочек пригодился хоть?
– Да, спасибо, – кивнул я, с неожиданным аппетитом уминая уже вторую ватрушку. Чай у проводника был классный, а Глафирина стряпня не потеряла своей свежести даже спустя столько дней.
– Ну, тогда с вас история, – усмехнулся проводник, поглаживая свои усы.
– Хорошо, – кивнул я. – Только чаю еще можно?
– Конечно. – Проводник собрал опустевшие стаканы, причем даже Батон, не очень любивший чай, и тот выпил свой до дна.
– Вот так оно и было, – закончил я свой рассказ, одновременно отправляя в рот последний кусочек последней же плюшки.
– Да уж, – проводник снял пенсне и, достав из кармана носовой платок, несколько секунд тщательно протирал стекла, одновременно качая головой. – Однако везет вам на приключения, молодой человек.
Я улыбнулся и развел руками, как бы показывая, что с этим уж ничего поделать не могу.
– Ну, да хорошо то, что хорошо кончается, – проводник водрузил пенсне на законное место и с добродушным прищуром посмотрел на меня сквозь его стекла. – А девочке все же повезло, что ее сестра решила провернуть эту аферу с ее же одноклассником, и вдвойне повезло, что вы оказались рядом.
– Да уж. – Я вздохнул.
Дело в том, что я оказался прав и «пунктик» насчет брака у инкубов и суккубов все же существовал… у них не было разводов. Не знаю, в чем тут дело, но эти демоны настолько привязывались к своему партнеру, что просто не могли без него существовать, причем в прямом смысле этого слова. Потеряв свою пару, демон медленно сходил с ума, превращаясь за несколько дней в неуправляемое существо. Так что развод для них был равносилен самоубийству. Что интересно, в случае смерти одного из членов семейной пары такого не происходило. В результате среди этих демонов нередки были случаи убийств одного из супругов другим, так как все вышесказанное, увы, не отменяло ту любвеобильность, что была присуща их расе. Наверное, еще поэтому эти демоны предпочитали выбирать своих вторых половинок среди людской расы, ибо жизнь человеческая коротка, а вот сами они жили по нескольку тысяч лет.
Все это мне рассказала Алана, после того как пришла в себя. Оказалось, что их с Гаем опоили каким-то легким наркотиком, полностью подавляющим волю, хорошо хоть доза была не очень большая и обошлось без побочных эффектов. Хотя не знаю, можно ли назвать отсутствием оных странную любовь Гая к комнатным растениям – он их просто съел, причем не только у меня в номере, где ночевал, но еще успел добраться до коридорных. Так что пока я понял, что к чему, то поймал его у лестницы, где он с задумчивым видом обсасывал иголки, оставшиеся после употребления какого-то местного кактуса.