Отречение
Шрифт:
Потом это ощущение ушло. Он подсознательно сжался из-за отсутствия под ногами твердой опоры и стремясь смягчить удар при внезапной остановке.
Еще не полностью восстановив равновесие, Рилд по запаху экскрементов догадался, где они оказались.
Фарон опустил их обоих на заброшенный караульный пост. Выступ господствовал над Донигартеном с его болотистыми полями и фермами, где выращивали гигантские грибы, а в качестве удобрений использовали нечистоты города. Толпы рабов из орков и гоблинов возделывали эти зловонные угодья и с плотов били острогами рыбу в озере, в центре которого на острове паслись рофы. Пленников стерегли
Рилд знал, что Фарон перенес их на максимально возможное расстояние. В Королевствах, Которые Видят Солнце, с помощью телепортации можно оказаться где угодно, но в Подземье излучение некоторых горных элементов ограничивало такое перемещение примерно полумилей; впрочем, и этого достаточно — один только аромат отпугнет Грейанну и ее свору.
Фарон поднес к глазам украденное золотое украшение и стал его внимательно рассматривать.
— Оно способно только на одно путешествие зараз, — сообщил он через мгновение. После всех перепитий маг выглядел не более уставшим, чем обычно; Рилд, осматривавший свой окровавленный меч, подумал, что для такого сибарита и неженки — это не так уж плохо. — Сейчас эта безделушка бесполезна, а я, проклятие, потерял свою рапиру, но все же я не слишком безуте…
Рилд схватил Фарона за грудки и грубо бросил наземь.
Маг спокойно поднялся и поправил волосы.
— Если бы ты сказал мне, что жаждешь еще немного подраться, — проворчал Фарон, — я оставил бы тебя там, с моей родней.
— Охотниками, ты хотел сказать, — зарычал Рилд, — которые быстро отыскали нас.
— Ладно, мы задали много вопросов и даже желали, чтобы кто-нибудь, правда не в таком количестве, нас обнаружил. — Фарон отряхнул одежду и добавил: — Теперь я должен сказать тебе кое-что очень важное.
— Подожди с этим, — отозвался Рилд. — Пока вы с Грейанной болтали, у меня создалось впечатление, что жрицы охотились не просто за каким-то агентом, а именно за тобой, и ты это знал.
Фарон вздохнул:
— Я не знал, что Совет выберет Грейанну, чтобы остановить нас. Это было абсолютным сюрпризом и сначала даже привело меня в замешательство. А что касается остального… Да.
— Почему?
— У Громфа на стенах кабинета есть невидимые для обычных посетителей глифы. Это графические знаки, защищающие его в разных ситуациях. Например, один черный символ, похожий на летучую мышь, служит помехой для любителей заглядывать в магический кристалл и метателей заклинаний или для тех, кто стремится подслушать его частные беседы. Но эта защита несовершенна. Она может остановить обычных шпионов, но тех, кто обладает знаниями и средствами, ну, скажем, его сестер… или Совет.
Рилд нахмурился:
— Так это Громф сплоховал?
— Конечно, нет, — фыркнул Фарон. — Не думаешь ли ты, что Архимаг Мензоберранзана может чего-то не знать? Он добился именно того, чего хотел. Ему известно, что верховные жрицы всегда пытались шпионить за ним, и был готов к тому, что они будут подслушивать.
— И тогда он подставил тебя.
— Теперь ты тоже в этом участвуешь. Пока Совет занят моими поисками, то есть приманкой, мой дальновидный руководитель предпринял кое-какие осторожные, никого не встревожившие шаги. Возможно, он узнал что-то новое с помощью гаданий или используя демонов.
— А ты все знал и все-таки
— При сложившихся обстоятельствах у меня не было выбора. Если я хочу сохранить свое положение, а вполне возможно, и жизнь, то должен решить задачу, поставленную передо мной Архимагом, даже если он использует меня как пешку. — Фарон усмехнулся и добавил: — Кроме того, весьма любопытно, куда ушли все эти беглецы и почему это вызывает такую озабоченность в высших кругах Мензоберранзана? Это увлекательная задача, тем более теперь, когда я что-то уже нащупал. Оставь я эти вопросы без ответов, и они будут преследовать меня до конца жизни.
— Это ты со мной обошелся как с пешкой, — сказал Рилд. — Конечно, ты говорил, что жрицы могут нам помешать, но не сказал, что ты меченый, что за тобой следили еще до того, как мы покинули крепость. Почему ты не предупредил меня об этом? Думал, я откажусь пойти с тобой?
И тут маг заколебался, что было ему совсем несвойственно. Далеко внизу, под ними, засвистел хлыст и взвизгнул гоблин.
— Нет, — наконец ответил Фарон. — Поверь, нет. Я просто считал, что темные эльфы очень ревностно оберегают свои тайны. Так поступают дроу благородного происхождения. Так поступают маги. А все это имеет ко мне прямое отношение! Ты простишь меня? У тебя ведь тоже были секреты от меня.
— Когда это?
— Первые три года нашего знакомства. Всякий раз, как мы пожимали друг другу руки, ты прятал заколдованный кинжал, способный убить любого приблизившегося к тебе мага. Ты подозревал, что я подкуплен одним из твоих соперников, чтобы убить тебя.
— Как ты это узнал? Хотя теперь уже все равно. Во всяком случае, это совсем иные секреты.
— Ты прав. Я сожалею о своей скрытности и хочу исправить положение — предлагаю полное взаимное доверие, какое только возможно.
Рилд внимательно посмотрел в глаза Фарону:
— Я тебя прощаю. Но учти, если ты скрываешь от меня еще что-нибудь важное, я снесу тебе голову и сам доставлю ее твоей любезной сестрице.
— Договорились. Давай сядем? — Фарон показал на скамью, вытесанную в известняковой стене. — Мне потребуется немного времени, поэтому давай воспользуемся этим и отдохнем после трудов праведных.
Когда Фарон уже отошел от края выступа, направляясь к скамье, покрытой плесенью, Рилд обратил внимание на то, что больше не слышен свист хлыста. Он посмотрел вниз и увидел, как два гоблина тащили тело третьего; они волокли его туда, где труп расчленят, а потом используют каким-нибудь образом. Возможно, как пропитание для тех же пленников.
Мастер Оружия сел, достал из карманов тряпку, точильный брусок и склянку с маслом и снял с пояса короткий меч. Он собирался очистить оружие от крови и, когда клинок не удалось вытащить из ножен с первого раза, недовольно прищелкнул языком.
Фарон смотрел на друга каким-то недоуменно-насмешливым взглядом.
— Говори, — разрешил воин. — Я могу одновременно заниматься своим снаряжением и слушать тебя.
— Так-то ты относишься к самому потрясающему открытию нашего времени? Полагаю, я должен радоваться, что в такой момент ты хотя бы не потягиваешь свой джейк или какой-нибудь еще суррогат джина. Ну ладно, так вот… Ллос исчезла. Ну, может, не совсем исчезла, но, по крайней мере, ее заклинания стали недоступны для наших жриц.