Отщепенцы Перна
Шрифт:
Глаза предводителя прищурились, на губах заиграла плотоядная ухмылка.
– Ты – Доуэл? – не ожидая ответа, он спрыгнул на землю, бросив через плечо спутникам: – Осмотрите-ка тут все!
Сильные пальцы Доуэла сжались, словно в них была рукоятка топора. Он расправил плечи и, отыскав руку жены, сказал:
– Я – Доуэл. Кто вы?
– Мы из Руата. Теперь ваш повелитель – Фэкс.
Услышав быстрый вздох Барлы, Доуэл крепче стиснул ее ладонь.
– Не слышал я о том, чтобы лорд Кэйл умер. И я уверен…
– Ни в чем нельзя быть уверенным в этом мире, плотник, –
Вдруг он резко рванул ее за плечо, оттащил от Доуэла и, загототав, начал вертеть и кружить то туда, то сюда, пока у Барлы не помутилось в голове; чтобы устоять на ногах, ей пришлось ухватиться за тунику чужака. К ужасу женщины, он тут же притянул ее к себе. Пальцы Барлы скользили по рукаву кожаной туники, покрытой пылью; обшлаг был в пятнах засохшей крови. Затем над ней склонилось небритое грубое лицо и, едва ощутив гнилостный запах из полуоткрытого рта, Барла вздрогнула и попыталась отвернуть голову.
– Я бы на твоем месте этого не делал, Таггер, – произнес чей-то басистый голос. – Приказы Фэкса тебе известны… К тому же, в этот Оборот ей еще предстоит потрудиться…
– Больше здесь никого нет, Таггер, – другой солдат выскочил из хлева, зубы сверкнули на потном загорелом лице. – Они одни. Предводитель снова закружил Барлу; потеряв равновесие, она со сдавленным криком осела на землю.
– Я бы этого не делал, Таггер, – предостерегающе повторил все тот же бас.
Барла взглянула вверх – Доуэл рвался из рук солдат, чтобы добраться до ее мучителя. «Нет, нет!» – в ужасе закричала она, пытаясь встать на колени. Этих людей ничто не остановит, даже убийство… И если Доуэл умрет, кто защитит ее – теперь, после гибели лорда Кэйла, ее родича?
Приподнявшись, она уцепилась за Доуэла; державшие его солдаты отступили в сторону. Таггер кивнул своим людям в сторону скакунов и вскочил в седло. Развернув своего жеребца и прищурив глаза, он бросил взгляд на женщину; зубы его ощерились в злой ухмылке. Затем отряд поскакал вниз по дороге от горного холда, оставив его, пораженных злой вестью, хозяев. – С тобой все в порядке, Барла? – с тревогой спросил Доуэл, нежно поддерживая жену за талию.
– Я уже пришла в себя, – Барла приложила ладонь к своему отяжелевшему чреву, словно хотела успокоить еще нерожденное дитя. – Да, все в порядке… пока! – последнее слово повисло в тяжком молчании.
– Фэкс – повелитель Руата? – пробормотал, наконец, Доуэл. – Лорд Кэйл был в отличном здравии, когда… – он остановился, качая головой.
– Они его убили, я знала… Фэкс! Слышала я про этого выскочку с Плоскогорья! Он женился на леди Гемме… чуть ли не силой, как говорили арфисты. И еще они шепчутся, что Фэкс – слишком жестокий и честолюбивый человек… – Барла вздрогнула. – Неужели он убил всех в Руате? Лорда Кэйла и его леди? Лессу и ее братьев? – Ее испуганный взгляд метнулся к лицу мужа; оно было мрачным.
– Если он перерезал всех руатанцев… – Доуэл запнулся, его пальцы осторожно легли на живот Барлы, – тогда ты, племянница лорда
– О, Доуэл, что же нам делать? – Барла была теперь по-настоящему испугана – за себя, за ребенка, за мужа и за тех, кто захлебнулся кровью в богатых покоях древнего Руата.
– Что мы можем, жена? Что нам остается? Мы пойдем в Тиллек… до его границы не так далеко. С моим ремеслом можно прожить везде, – он нежно подтолкнул ее к двери. – Давай поедим свежего хлеба с твоими ягодами и обсудим планы. Одно я знаю – я не стану служить лорду-убийце!
Через пять Оборотов после ошеломляющего захвата холда Руат, Тиллек все еще держал в боевой готовности изрядный гарнизон. Страшная новость со временем потускнела, обросла сплетнями – досужими или истинными о зверствах солдат Фэкса. Впрочем, это уже не помогало разгонять скуку в казармах стражников. Больший интерес вызывали Встречи – праздники и торговые ярмарки, проводившиеся то в одном холде, то в другом. На них, состязаясь в силе и ловкости, чемпионы разных поселений могли показать свою удаль…
В тот момент, когда череп противника треснул, ударившись о камни мостовой, Дашик протрезвел. Рухнув рядом на колени, он дрожащими пальцами пытался нащупать вену на шее мертвеца, пока не понял, что искать пульс бесполезно.
– Я не хотел этого! Клянусь, я не хотел! – запричитал Дашик, глядя на обступивших его кольцом людей; их лица были хмурыми и враждебными. Но не они ли пятью минутами раньше подстрекали его? Делали ставки, рассчитывая на его кулаки, и совали фляги с вином?
Управляющий лорда Отерела, который следил за порядком на этой Встрече, уже прокладывал дорогу через толпу.
– Он мертв?
Дашик встал, чувствуя горечь во рту, и склонил голову – все, что он мог сделать. Это случилось в третий раз, напомнил затуманенный вином мозг. В третий раз!
– Это в третий раз, Дашик, – эхом повторил управляющий, закатывая рукава; за его спиной стояли два охранника. – У тебя довольно оригинальная манера решать споры.
– Я слишком много выпил! – Дашик отчаянно пытался найти оправдание. Три убийства в ссорах – неважно, кто прав и кто виноват, – означали, что родной холд откажется от него; он потеряет дом, родных, работу. И вряд ли его примут где-нибудь еще с таким пятном. Он станет отверженным – человеком без холда, вечным бродягой! – Они… они довели меня! – выкрикнул Дашик, искренне желая переложить вину на зрителей, еще недавно подстрекавших его к побоищу. – Они меня заставили!
Неожиданно сам лорд Отерел протиснулся в круг. – Что это? – он перевел взгляд с неподвижного тела, распростертого на камнях, на Дашика. – Опять ты? И опять убит человек? Ну, Дашик, все кончено! Двери Тиллека закрыты перед тобой, и всех остальных холдов – тоже! Управляющий, пусть его выпроводят через границу с Плоскогорьем – Фэкс как раз подбирает таких! – Отерел презрительно фыркнул. – Здесь все прибрать! Я не хочу, чтобы убийство испортило праздник. – Лорд отвернулся, и толпа почтительно разделилась, чтобы дать ему дорогу.