Отступник
Шрифт:
Смысл этих слов с трудом доходил до меня. Я клонилась на бок, не в силах держаться прямо. Моя рука соскользнула с его щеки. Я даже не могла заставить себя пошевелить языком, сил больше не было. Все, что еще оставалось, было устремлено к Дэймону.
Не… оставляй меня. О боже… прошу тебя, не… оставляй меня. Я люблю тебя. Дэймон, я люблю тебя. Пожалуйста, не уходи. Пожалуйста!
Арчер еле слышно бранился, переводя взгляд с Ди на меня.
– Кэт, я…
Я не чувствовала, что падаю, но внезапно я оказалась на спине
«Нет. Нет. Нет».
У нас должны были быть сегодняшний вечер и завтрашний день, и множество недель и месяцев, но получается, что у нас не осталось ни минуты. Лицо стало влажным, мокрым, а сердечный ритм замедлился. Мир начал ускользать от меня.
«Я люблю тебя. Я люблю тебя. Я люблю тебя».
И потом у Дэймона и у меня… не осталось ничего. Больше ничего не было.
Мое тело медленно возвращалось к жизни. Я чувствовала боль и покалывание, словно до этого приняла участие в зомби-марафоне, во время которого меня слегка пожевали. Раздавалось странное пиканье. Оно раздражало меня, потому что все, чего я хотела, – погрузиться в забвение, где не было ничего. Я даже не хотела вспоминать, почему именно я с такой неохотой открываю глаза.
Действительность находилась где-то на краю моего сознания, действительность, которая должна была оказаться страшной, разбивающей надежды, разрывающей мое сердце, и я не хотела встречаться с ней. Я хотела остаться там, где ничего не было.
Но это настойчивое пиканье не позволяло мне отвлечься. Оно было тихим, и за каждым звуком сразу же следовал другой, как будто эти звуки доносились из двух источников, и один как будто шел по следам другого – или наоборот. Когда я слушала, у меня сжимались пальцы. Дрожь поднялась у меня по руке, а потом покатилась и по всему моему телу.
– Кэти?
Я узнала этот голос, и мне стало больно, потому что голос напомнил мне о…
Нет.
Я не могла думать об этом. Не хотела об этом думать.
Теплая ладонь легла на мою руку и нежно пожала ее.
– Кэти?
Звуковой сигнал участился, и то же сделал другой.
Другой.
Что-то вспыхнуло у меня в груди, словно разгорающаяся искра. Мои чувства стали вихрем подниматься вверх. Я ощутила на своей груди нечто холодное. Пиканье звучало уже совсем с безумной скоростью. И тут я поняла, что это.
Кардиомонитор.
Аппаратов действительно оказалось два, и один стоял на втором. Два. Это должно было означать… Почувствовав знакомые земные запахи, я заставила себя открыть глаза и сделать глубокий вдох.
Ди наклонилась надо мной, ее зеленые глаза заблестели, выражая облегчение.
– Ну вот, наконец-то. Я уже начала волноваться, проснешься ли ты вообще.
С пересохшим от паники ртом я смотрела на нее. Она выглядела нормально –
Сделав еще один вдох, я повернула голову влево. Кажется, сердце взорвалось у меня в груди, и я чуть не задохнулась.
Он лежал там, его загорелая кожа была, может быть, чуть бледнее, чем обычно. Я смогла увидеть только половину его лица, но это был сильный, прекрасный профиль: лепной подбородок и прямой нос.
Я снова посмотрела на Ди, испытывая замешательство, а потом быстро перевела взгляд на кровать, стоящую рядом с моей, боясь, что он исчезнет. Дрожа, я заставила себя приподняться.
– Я… я не сплю?
– Не спишь.
У меня перехватило дыхание, но больно не было.
– Я не понимаю.
Ди отодвинулась, освобождая место, чтобы я могла сесть.
– Наверное, тебе сейчас не стоит волноваться.
Отмахнувшись от ее предупреждения, я отклеила разные штуки, прикрепленные к моей коже, и опустила голые ноги на холодный пол. Только тогда я увидела, что на мне больничная рубашка и я нахожусь в больничной палате.
– Я не понимаю, – повторяла я.
Ди подошла к изножью его кровати и устало улыбнулась.
– Пуля была обычной, но в ней был электрический ток, как бы образующий ее оболочку. Если бы она осталась в его теле дольше, то убила бы его… – Ди осеклась, качая головой. – Она должна была его убить, но он крепко цеплялся за жизнь.
Он крепко цеплялся за жизнь.
Пошатываясь и спотыкаясь, я подошла к его кровати и стала смотреть, как ровно поднимается и опускается его грудь. Он был жив. Он дышал. Сердце чуть не вырвалось у меня из груди.
Не в силах подобрать слова, я потянулась к Дэймону и коснулась пальцами его руки. Кожа оказалась теплой и сухой. У меня снова перехватило дыхание.
– Арчер позвонил генералу и сообщил о происшедшем. Поблизости все еще было довольно много военных, и генерал послал за вами вертолет.
Я просунула в его ладонь свою, дрожащую.
– Вертолет забрал его и тебя. Мы на военной базе в Мэриленде. Здесь есть врачи, – продолжала рассказывать Ди. – Они сумели извлечь пулю. Они говорят… с ним все будет в порядке, Кэти.
Опустив голову к его груди, я услышала это: сердцебиение Дэймона, не уступающее по скорости моему.
– О господи… – Я села на край кровати, крепко прижавшись к груди Дэймона. – Пожалуйста… скажи мне, что это правда, – прошептала я, и мои глаза наполнились слезами. – И я сейчас не проснусь, и все это не окажется жестоким сном. Пожалуйста.
– Это не сон. Я тебе обещаю. – Ди подошла туда, где сидела я, и наклонилась, нежно обняв меня. – Все это происходит в действительности. С ним все будет в порядке, Кэти.