Оттенки
Шрифт:
29
— Вы здесь живете один? — спросила Тикси, входя в помещение.
— Один, совершенно один. У меня есть еще и вторая комната, не хотите ли взглянуть?
Кулно распахнул двери в соседнюю комнату.
— Прежде здесь жил один мой товарищ, но вот уже больше года я занимаю все один. Видите, вокруг сад.
— Как красиво! — сказала Тикси в тихом экстазе. Она на мгновение задумалась, затем словно бы стряхнула с себя что-то и удивленно воскликнула: — Как много у вас книг!
Тикси остановилась
— А что во всех этих книгах?
— Слова, только слова, — ответил Кулно с улыбкой.
— Как много слов! — еще сильнее удивилась Тикси, и Кулно не мог понять, деланное это удивление или искреннее.
— Можно мне посмотреть эти книги? — спросила девушка после недолгого молчания.
— Сделайте одолжение. Вот на этой полке, пожалуй, самые интересные. Возьмите, к примеру, эту.
Кулно указал на какую-то книгу по естествознанию, где было много картинок.
Девушка села на ковер возле полок, положила толстую книгу на колени и начала ее листать. Пышный завиток волос упал Тикси на лоб, и она стала похожа на маленькую девочку. В ней уже не было и следа от той умудренной жизненным опытом женщины, которая несколько дней тому назад шла рядом с Мерихейном по улице, торопясь то ли к больной подруге, то ли еще по какому-то спешному делу.
— Так неудобно, может быть, лучше положить книгу на стол, — заметил молодой человек.
— Нет, мне хорошо тут, — возразила девушка и посмотрела на Кулно снизу вверх такими глазами, словно бы испытывала ужасную неловкость оттого, что ей именно тут так хорошо.
— Ну и прекрасно, если хорошо, — согласился молодой человек, придвинул свой стул поближе к девушке и склонился над нею, словно и ему тоже хотелось посмотреть картинки. Тикси все листала и листала книгу, девушка переворачивала страницы даже в те мгновения, когда поднимала глаза на молодого человека, а он все время что-то ей говорил.
— Мне очень хочется задать вам один вопрос. — сказал вдруг Кулно, меняя тему разговора. — Не скажете ли вы мне, почему вы разошлись с Лутвеем?
Девушка опустила глаза и ответила уклончиво:
— Я не знаю почему, он так хотел.
— А Лутвей говорит, что вы хотели.
— Он вправду это сказал?
— Да, и ему я верю больше, чем вам.
— Тогда не знаю, не знаю ничего.
Кулно молчал и неотрывно смотрел на Тикси, она же, низко опустив голову, вперила взгляд в книгу, — можно было подумать, будто ее заинтересовала какая-то картинка. Молодой человек не видел ничего, кроме макушки девушки и ее ушных раковин, которые ярко пылали.
Прошло несколько мгновений, по-видимому, мучительных для девушки, — ее пальцы начали машинально что-то пощипывать. Наконец, словно прося
— Зачем вы это спрашиваете?
Это звучало как вопрос и все-таки казалось больше сожалением, — дескать, не надо бы этого.
— Ведь Лутвей предлагал вам обвенчаться, — сказал Кулно.
— Если вам все известно, зачем вы об этом говорите?
— Мне хотелось бы знать, почему вы за него не вышли?
Тикси не ответила, лишь покраснела.
— Я понимаю, вам неприятно говорить об этом, но, может быть, вы все-таки мне ответите, я затем вас и пригласил.
— Только затем?
— Не совсем, но все же.
Кулно поднялся со стула и зашагал взад-вперед по комнате. Ему хотелось что-то обдумать, понять, но голова его работала плохо. Он вновь сел на стул возле Тикси.
— Если бы я знала… — начала девушка.
— Если бы вы знали… что?
— …зачем вы спрашиваете.
— Я скажу об этом потом.
— Но — одно условие.
— Хорошо.
— Лутвей не должен этого знать.
— Само собою разумеется.
— Я не хотела стать его женой.
— Это мне известно, но — почему?
— У нас не было бы детей.
Девушка опять уставилась в книгу, и ее уши запылали еще сильнее прежнего. Кулно поднялся со стула, прошелся по комнате, затем остановился возле девушки и сказал словно бы для себя:
— Об этом я должен был и сам догадаться.
Так как Тикси ничего на это не сказала, Кулно вновь сел около нее на стул и смотрел на кудрявую головку девушки, опустившуюся еще ниже. Оба молчали. Наконец Тикси осмелилась поднять глаза на молодого человека, словно хотела спросить: «Зачем вы меня мучаете?» — и Кулно нашел, что ее глаза соблазнительнее, чем когда-либо прежде, а губы вызывают желание.
— Знаете, Тикси, — сказал он, — я всегда считал вас хорошей девушкой, а выходит, вы даже лучше, чем я думал. Правда-правда, еще лучше.
Кулно опять поднялся со стула, надеясь, что движение поможет ему собраться с мыслями, но и на этот раз ничего не вышло, потому что он все время чувствовал на себе странный взгляд девушки, молодой человек снова сел на стул, наклонился к ней и спросил:
— А за меня вы не хотите выйти замуж?
В глазах девушки мелькнуло нечто, похожее на страх; она еще ниже опускает голову и не говорит ни слова.
— Конечно, доходы у меня небольшие, но авось перебьемся. У меня нет ничего, кроме этих книг, но если вы согласитесь, то будет еще и Тикси.
Девушка на ковре становится маленькой-маленькой, словно она и впрямь еще девочка. Непослушный локон опять падает ей на глаза, мягкие волоски на затылке шевелятся от дыхания молодого человека.
— Почему вы не отвечаете? Не хотите за меня выйти? — спрашивает Кулно и отодвигает пальцем прядь волос с лица девушки. — Златые горы я вам не могу обещать, — продолжает он, так и не дождавшись ответа, — но, может быть, вы все же выйдете за меня?