Озноб
Шрифт:
«Во дворе стоит машина, я не гасила свет – ясно, что тут люди… И мало ли, что я одна? Может, вот-вот кто-то приедет! Какая нужна наглость, чтобы залезть в обитаемый дом?!»
Через полчаса бесплодного ожидания, во время которого у нее затекли ноги, Ирина была уже твердо убеждена, что стала жертвой самовнушения. Еще раз, на всякий случай, подергав ручку запертой двери, она вернулась в постель, забралась под одеяло и, пытаясь согреться, обругала себя дурой. «У страха глаза велики! А еще собралась жить одна! Счастье, что Сергей отключил телефон, а то приехал бы, решил, что я его клею! Что удивительного? Симпатичный, одинокий
Самокритика помогла больше, чем тишина, царившая теперь во всем доме. Женщина вскоре успокоилась и сама не заметила, как уснула.
Утром ночное происшествие показалось ей забавным недоразумением. Ирина уже смеялась над собой. Дневной свет, проникавший в комнату через полукруглые окошки, придал ей мужества. «Вызывать милицию всякий раз, как наверху мыши подерутся! А тут точно мыши – вон, изгрызли печенье на столе!»
Появление Валентина с лопатой наперевес обрадовало ее так, что Ирина сама удивилась. «Какой-никакой, а сосед!» Тот же едва поздоровался, когда женщина вышла во двор, и с угрюмым видом принялся чистить выпавший за ночь снег. На «пежо», стоявший теперь под навесом вместо исчезнувшего черного «ауди», он едва взглянул. Такое подчеркнуто безразличное поведение человека, прежде казавшегося ей излишне любопытным, удивило Ирину. Озадаченная, она остановилась рядом с ним:
– Все в порядке?
– А как же. – Сосед продолжал скрести лопатой заснеженный гранит, делая вид, что целиком поглощен этим нехитрым занятием.
Однако женщина видела, его что-то гложет.
– Пожалуйста, почистите получше перед дверью, – попросила она, убедившись, что Валентин развивать тему не намерен. – Боюсь, начнет таять, все потечет в дом.
– Почищу, как всегда, – проворчал тот, остервенело сгребая снег к забору. – А получше… Это уж вы сами…
Заявление тянуло на откровенную дерзость, но Ирина решила не вступать в перебранку. Похоже, невинно брошенное слово обидело Валентина, и это еще раз подтверждало мнение Сергея, что с этим человеком не стоит вступать в разговоры. Пожав плечами, она поднялась на крыльцо, вокруг которого снег, к ее сожалению, был уже счищен. Ирина рассчитывала увидеть утром какиенибудь следы – если кто-то все же проникал в дом, в чем она теперь сомневалась. Спрашивать Валентина, не заметил ли он следов на снегу, женщина не решилась. «Если тут побывали воры, я и так пойму!»
Ирина решила немедленно произвести осмотр второго этажа, и пока рядом есть человек, могущий при случае стать свидетелем. Однако никаких результатов беглый осмотр комнат не дал. Насколько она помнила, вещи были на местах, уцелела вся дорогая аппаратура, даже слой пыли на ней остался нетронутым. В спальне, на кровати, она сразу нашла свою подушечку и радостно прижала ее к груди. Оглядываясь, Ирина вновь и вновь ругала себя за мнительность. «Мыши, крысы, вода в трубах или ветер на крыше… Когда живешь одна, воображение нужно отключать! Егор бы сразу меня успокоил!»
Пройдя по всем комнатам, она заглянула напоследок в ванную и еще раз пожалела, что вся эта роскошь располагается на нежилом этаже.
Спустившись во двор, Ирина обнаружила Валентина возле «пежо». Теперь он открыто его рассматривал, скользя по сверкающей машине цепким, неприязненным взглядом. Сосед нисколько не смутился и, когда Ирина спросила,
– Не переживайте, закончу. Снега много… А я смотрю, Сережа вчера побывал? Забрал свой джип?
– Как видите, – нетерпеливо ответила она. Ирину отчего-то возмущало, что этот сиплый мужичонка так пристально осматривает ее машину. «Пежо» Ирина уже бесповоротно ощущала своим.
– А эта, стало быть, ваша? – будто вторя ее мыслям, продолжал Валентин.
– Моя.
– То-то я ее как будто раньше тут видал… Это замечание разом всколыхнуло вчерашние подозрения, касавшиеся судьбы автомобиля. Ирина подобралась и сменила раздраженный тон на обходительный:
– В самом деле, видели? А…
Она запнулась, тут же сообразив, что любой вопрос касательно машины выдаст ее с головой. Поскольку Сергей настоятельно просил не выходить из образа его мифической супруги, вести какое-либо расследование было невозможно. «Раз машина моя, я должна сама про нее все знать!»
– Ну да, разумеется, – после секундной заминки поправилась Ирина. – Кстати, хотела вас спросить… Этой ночью, около полуночи или часа, вы ничего не слышали на улице? Мне вот что-то послышалось…
– А я думал, к вам гости… – протянул Валентин, и бегающий взгляд его крошечных глазок на миг остановился. – Гости приезжали… Нет, значит?
– Ко мне никто не приезжал! – твердо заявила женщина, содрогнувшись от неприятного предчувствия. – Что вы хотели сказать?
– Ночью за угол завернула машина, – охотно сообщил Валентин, явно любуясь страхом, отразившимся на лице Ирины. – Не то «газель», не то фургончик какойто… Ну, я решил, вещи ваши привезли, так что не стал бегать, беспокоиться. Только выглянул… Они возле вашего дома остановилась, за воротами. Я еще подумал, Сережи вроде нет, тогда кто это к вам?
– Я не слышала машины, спала… – похолодевшими губами выговорила Ирина. – Говорите, «газель»? А когда она… обратно?
– Часа в два, а может, позже, – неопределенно махнул рукой Валентин. – Я уж сам спал. А что? Стучали к вам?
– Нет, то есть… Нет. – Она с трудом перевела дух. Расчищенный двор, залитый солнечным светом, казался самым мирным и безмятежным местом на земле, но женщина помнила, каким он был ночью, при луне, когда она всматривалась в каждую тень, боясь, что та вдруг шелохнется. – И ничего не пропало.
Сосед надолго задумался, скребя гранит черенком лопаты, которую все еще держал в руке. Ирина подавленно молчала, пытаясь сообразить, как соотнести ночной визит неизвестных людей с идеальным порядком, который она застала наверху. Наконец мужчина откашлялся и заявил:
– Ну что ж, буду посматривать. Если услышите кого, звоните. Телефон есть? Приду, пугну, у меня и ружье…
– Может, лучше сразу вызывать милицию?
– Да на что она… – кисло возразил сосед. – Сами хуже воров! И дождетесь ли? Говорил я Сереже, ставь дом на сигнализацию, сразу будут приезжать, за деньги-то! Нет, ему ничего не нужно! Ну вот, пусть теперь расхлебывает!
Валентин успокоился не сразу, неожиданно близко приняв к сердцу ночное происшествие, будто что-то угрожало его собственному имуществу и личной безопасности. Женщина с трудом выпроводила его, сказав, что оставшийся снег можно вычистить и на другой день. Валентин ушел неохотно, дав на прощание несколько советов, как себя вести в экстренном случае. А главное…