P.U.M.E.
Шрифт:
взгляды охранников. Я последовал за ним, а наёмники, как наши охранники следуют за нами с двух сторон. Я осторожно оглядываюсь по сторонам и замечаю, что даже цветы, посаженные в золотистые вазы, цветут золотыми листьями.
— С праздником независимости, — радостно поздравил Теодор девушку, сидящую за стойкой администрации. — Здравствуйте, мы с моим партнёром по бизнесу хотим занять место в самом лучшем вашем конференц-зале, желательно поближе к ресторану девяти созвездий, что обладает чудесным видом на поверхность планеты.
Девушка подняла глаза и посмотрела на нас. По движению её тела
— Приветствую вас в Центурионе! К сожалению, все интересующие вас залы уже забронированы, а ресторан работает по записи. Могу предложить вам залы, ничуть не уступающие в комфорте на минус 2 уровне, там открывается чудесный вид на Колизей. Также на данный момент свободен один зал на первом уровне с видом на долину страданий. Желаете ознакомиться с прайсом? — С характерной почти всем андроидам безэмоциональностью в голосе, ответила девушка, а затем улыбнулась.
— Жаль, тогда, если можно, давайте тот, что на первом уровне. Оплата по карте, — изображая разочарование ответил Теодор.
Девушка протянула руку в нашу сторону ладонью к небу, под её большим пальцем загорелся маленький экранчик со всей информацией для оплаты. Теодор достал из кармана пиджака белую пластиковую карту, которую нам любезно передала Пандора, и приложил её на ладонь. В ту же секунду глаза андроида погасли, а её тело замерло без движения.
— Убери проверку в лифте. После этого отключи все камеры, к которым у тебя есть доступ, а как только мы отойдём — сотри оперативную память за последние десять минут. Выполняй, — приказным тоном произнёс Теодор. — Большое спасибо, на какой этаж нам подниматься? — Чересчур громко, чтобы не вызвать подозрений у охраны, спросил Теодор и, дёрнув меня, пошёл в сторону лифта.
Мы вчетвером зашли внутрь, Теодор нажал на кнопку с номером “-1”, и двери лифта закрылись.
— И что теперь? — спросил я.
— Штаб-квартира отца находится на самом верху, на четвёртом этаже. Как туда попасть с минус первого, я не знаю, но что-нибудь придумаем.
Уши неслабо заложило, а значит мы быстро поднимаемся. Колени начало трясти от страха, а дыхание сбилось. Вдруг я почувствовал приятный аромат женских духов позади меня. Запах был знакомым, но я не мог понять, откуда. А через секунду в голове всплыла Элис.
«Точно! Именно так пахло от неё, когда я видел её в последний раз,» — вспомнил я и обернулся.
Позади только наёмники, вновь злобно посмотревшие на меня. Я сглотнул накопившиеся во рту слюни и отвернулся.
«Но откуда здесь может быть её аромат?» — спросил я себя.
Лифт остановился. Секунда тишины, а затем двери открылись. Пути назад — нет. Мы вышли в просторное и светлое от солнечных лучей помещение. Справа и слева от нас два огромных конференц-зала, из которых наверняка открывается чудесный вид, но двери в них закрыты, а жалюзи занавешены. В самом центре помещения стоит стеклянный короб — по всей видимости лифт наверх. Как только я сделал ещё один шаг вперёд, вступая на светлый ковёр с абстрактными узорами, этаж начал поворот, неслабо меня напугав. Вскоре стало темнее и движение остановилось. Мне вдруг стало очень интересно, как этот
— Так, ладно. Вон там лифт, а там лестница, — Теодор показал пальцем на дальнюю часть комнаты. — Но на лестнице должно быть полно стражи, а значит это не вариант. Идеи?
— Твоя волшебная чудо-карта не поможет нам с лифтом, правильно понимаю? — спросил я. — Может разбить стеклянные стенки и как-нибудь вскарабкаться?
— Не думаю, что это хорошая идея, — сухо ответил Теодор.
Мы неподвижно стоим в чётных попытках придумать хоть что-нибудь. Как назло — мозг совсем не работает.
Дверь справа от нас открылась с приятным для ушей скользящим звуком и из неё вышел невысокий мужчина средних лет с повязкой на правом глазу, а с ним трое привлекательных девушек топлес. У него длинные волосы и стильный деловой костюм. Мужчина, заметив нас, дёрнул рукой в сторону правой ноги, где обычно бандиты хранят своё оружие, а девушки моментально забежали назад, закрыв за собой дверь.
— Всем стоять! — закричал мужчина, направив карманный бластер на Теодора.
— Джонни, какая встреча! Совсем не рад меня видеть? — спросил Теодор у мужчины. Он засунул руки в карманы и медленно зашагал навстречу бластеру.
— Какого чёрта ты тут делаешь, Теодор?! — выкрикнул одноглазый мужчина. — Не двигайся, я выстрелю, и ты это знаешь.
— Конечно знаю, но ты не кипятись. Как жена поживает? — после этого вопроса Теодор остановился.
— Охрана, минус первый этаж тут нарушители. Четверо, все вооружены и опасны. Один из них Теодор Х, его, по возможности, оставить в живых.
Мужчина перевёл оружие на ногу Теодора и нажал на курок. Яркая вспышка света осветила пространство и врезалась в ногу Теодора. Его правая штанина испарилась вместе с кожей. Теодор согнулся, как мне казалось, от боли, а затем одним резким прыжком сократил всё расстояние между ним и мужчиной. Я мельком заметил, что под кожей Титанца, в том месте, куда пришёлся выстрел, в момент прыжка что-то сверкнуло, издав звук, какой издают навороченные протезы.
Мужчина упал на землю, а Теодор ударом ноги выбил у него из рук бластер.
— Зря ты сказал, что меня следует оставить в живых, — со злобной гримасой на лице произнёс мой друг. — А ещё — стрелять лучше в голову, — сказал он, подбирая бластер.
Теодор нажал на курок и миниатюрный, но смертельный механизм внутри оружия загорелся, разгоняя и закручивая плазму.
— Не убивай! Виноват! Не признал. Хочешь денег дам? — заумолял мужчина на полу. — Там вон женщины, — он рукой показал на дверь. — Бери любую, — взмолился он, услышав звук заряжающегося бластера. — Бери сразу трёх! Поща..
Мужчина не успел договорить. Его голова испарилась вместе с ковром, оставив под собой лишь округлое выгоревшее пятно. Все сосуды на остатках шеи прижглись и крови почти не было.
— Как твоя нога? — спросил я, подбежав к Теодору. — Боже, что это…
Я потерял дар речи. У Теодора полностью механическая нога, скрывающаяся под тонким слоем ткани, в точности имитирующей человеческую кожу.
— Скоро узнаешь. Сейчас нет времени, — в его голосе бушевала злость и агрессия. — Лучше сделай со своим шариком нож и дай его мне.