Падь
Шрифт:
Пробежав в конец пустынного коридора, оглянулась. За ней никто не гнался. Наташа удивилась, поспешно сворачивая налево в узкий тёмный туннельчик. Наощупь продвигалась вперёд, касаясь кончиками пальцев холодных стен с обеих
— Так, посмотрим…
С последним словом Наташа толкнула боком дверь справа от себя. Она не поддалась. Шаря по ней в поисках ручки, толкнула сильнее. Подёргала круглую ручку двери. Глухо! Девушка в панике толкнула соседнюю резную дверь. Тоже заперто! Ещё и ещё. Ага, значит, есть двери с замками!
Ничего не оставалось, как вернуться в кабинет и признать своё поражение. Вон он, в самом конце, если смотреть отсюда.
Яркий дрожащий свет справа привлёк внимание. Он лился из открытой настежь двери, отбрасывая на пол оранжевое зыбкое пятно. Не выпуская из вида дверь кабинета, подкралась к дверному проёму. Заглянув в покои, отметила, что там никого нет. По крайней мере, так показалось. От жара и неприятного запаха, валившего оттуда, сморщила нос, вдыхая через раз.
Заскочив в комнату и быстро осмотревшись, Наташа увидела огромную кровать с кучей подушек на ней. Обегая вокруг неё, зацепилась за сундук. Едва не упав, буркнула: «Зараза», юркнула за балдахин и там нырнула за высокую спинку кровати. Открытым ртом хватала воздух. В пересохшем горле першило. Сердце бешено колотилось. Испарина покрыла тело. Девушка затихла, прислушиваясь к происходящему в комнате.
Из открытой умывальни доносился плеск воды, характерный скользящий звук передвигаемых по полу деревянных вёдер.
Пылающий жаром камин удивил. Насыщенный запах горящих дров и трав кружил голову. Тяжёлый спёртый воздух вызывал тошноту.
Послышались шаги, и уставший голос ласково произнёс:
— Сейчас, мой мальчик, вам станет лучше.
Женщина всхлипнула, а раздавшийся следом голос Дитриха показался оглушительно громким:
— Кива, ты кого-нибудь здесь видела?
— Нет, господин барон, никого не видела.
Женщина тихонько заплакала, шмыгая носом.
От звука быстрых приближающихся шагов, нервная дрожь прошлась по телу Наташи. Кто-то вошёл в комнату. Ей показалось, что этот кто-то направляется к ней. Сидеть и дрожать от страха? Хватит, посидела сегодня ночью. Она выглянула из-за балдахина.
Граф, проводив Юфрозину к стулу, устроился за столом напротив, натянуто улыбнулся будущей родственнице:
— Как отдыхали, графиня?
Впрочем, мог не спрашивать. По всему было видно, что невеста сына спала плохо. Да и утреннее посещение её покоев говорило о том же. Бригахбург не любил вести пустые светские беседы, тянул время, надеясь, что в скором времени появится брат и возьмёт инициативу в свои руки. У Дитриха это получалось несравненно лучше.
Венгерка вяло улыбалась, с трудом понимая речь отца жениха, но видела,
— Отдыхали? — поджала губы Юфрозина. — Плохо… Мне нужна прислуга и мои сундуки. Покажите мне, где у вас молельня.
Графиня очень старалась сдерживать себя. Получалось плохо. Всё шло не так, как она мечтала. На обоз напали. Компаньонка убита. Она сама едва избежала смерти. Как ей казалось, появление незнакомки спутало всё. Ей уделялось недостаточно внимания. Юфрозина привыкла, что в монастыре к ней, как к любимице короля, относились предупредительно-заискивающе, стараясь выполнить любую прихоть. Она не давала никаких обетов и это неудивительно. Нравственная распущенность царила во всей силе как среди мирян и духовенства, так и среди монашества. Монастырская дисциплина с течением времени ослабла даже в клюнийских монастырях! А вот приблудной девке удалось завладеть вниманием всех!
Тщательно скрываемое раздражение прорывалось наружу. Юфрозина помнила, зачем она здесь:
— Когда я увижу своего жениха?
— Не сегодня, — спокойно и как можно медленнее ответил его сиятельство, с тревогой посматривая на дверь. — Отдохните с дороги. Сундуки сейчас принесут. — Почему экономка не проследила за доставкой сундуков в покои графини, ему ещё предстояло разобраться. — Молельня? Вас туда проводят.
— Прислуга… Мне нужна прислуга, — выпрямилась на стуле Юфрозина. — Мою компаньонку убили. Вы знаете.
Герарду было искренне жаль женщину. Они не должны умирать насильственной смертью. Он тяжело вздохнул:
— Примите мои соболезнования. Что касается прислуги, то, к сожалению, у нас нет никого, кто бы понимал вас. Вы не говорите по-немецки.
— Пусть мне прислуживает девка, — наткнувшись на его усталый взор, пояснила: — Та, с которой я столкнулась в дверях.
В кабинет вошёл Дитрих. По его возбуждённому виду можно было догадаться, что что-то не так. Бригахбург, с немым вопросом уставился на него и провожал взглядом до тех пор, пока тот шёл от двери.
С любопытством разглядывая Юфрозину, барон, наклонившись к уху брата, шепнул:
— Ты сейчас удивишься, Герард, но… — запнулся он, — дьявол, это невозможно… Девчонка пропала.
— Как пропала? — обернулся его сиятельство, глядя в упор в синие глаза Дитриха. — Что значит «пропала»?
— Как сквозь землю провалилась. Я приказал, её ищут, — улыбка растянула пухлые губы мужчины. — Честно признаюсь, я ожидал от неё чего-то подобного. Какова, а?
— У тебя только одно на уме! — повысил голос Бригахбург, вставая. — Она здесь только появилась, а уже весь замок лихорадит. Хоть на цепь её сажай. Пора ей показать место в моём замке.
Граф в задумчивости отошёл к окну. Что получается? Он в лесу подбирает девчонку, привозит её в свой замок, спасая от голодной смерти и когтей хищников. Она, вместо того, чтобы благодарить его, обвиняет его в жестокости и пленении. И куда она собралась уйти без охраны и сопровождения? Почему молчит о своей семье? Причина одна — не хочет, чтобы её нашли. Обмолвилась о женихе. Сбежала от навязанного брака? Возможно. Но это норма и все девицы воспитываются именно с требованием полного послушания и покорности родительской воле. При виде её, ни о какой покорности речи не идёт! Если она обставила свой побег правильно, разыграв свою смерть, то искать её не будут. Что это даст лично ему?