Панацея
Шрифт:
Стук в аудитории, видимо, не был услышан. Я решалась снова постучать, в сотый раз сокрушаясь о своей халатности, как около меня раздались быстрые шаги. Я обернулась, поправляя лямку сумки.
Это был парень немногим старше меня. Он был в теле, то есть немного полным, хотя будет ошибкой так его назвать. Он не был высок ростом и его лицо казалось мне знакомым. Серо-голубые глаза молодого человека остановились на мне и на губах появилась ухмылка.
– Посмотрите кто пришел, – хмыкнул он, приближаясь.
– Привет, – растерянно
– Привет, Эден, – удивленно поднял брови парень, убирая со лба длинную челку.
– Ты на пару? – спрашиваю я, в наглую осматривая молодого человека, а мое время опоздания все увеличивается.
– Конечно, нет. Помогал мисс Беренс отнести ваши проектные задания в лабораторию.
– Оо, – вспоминаю, что это Курт Стайл – спортсмен, по которому сохла Натали. – Я пойду на пару, мистер Галастер…
– Мистер Галастер, – улыбнулся парень и подошёл к нужной мне двери. Он без стука открыл её и заглянул внутрь, потом обернулся на меня ещё более довольный. – Заходи.
Я медленно двинулась к двери и с опаской заглянула в аудиторию. В ней стоял гул голосов, место за кафедрой пустовало. Наконец, я выдохнула спокойно. Стало даже обидно.
– Откуда ты знал, что его там нет?
– Он в лаборатории.
– Полезно иногда помогать преподавателям, – улыбнулась я парню.
– Можно сказать и так, – снова ухмыльнулся парень и вышел за порог аудитории. – Мне лучше поторопиться.
– Спасибо.
– Не стоит, – студент откинул свою челку и поспешил к концу коридора.
Я смотрела ему вслед пока кто-то не свистнул мне из аудитории. Кажется, пора закрыть дверь с нужной стороны.
– О боже, это же Эден, – крикнул девичий голос и все взгляды обратились ко мне.
– Наконец-то. Я уж думал, что не сдам органическую химию.
Раздается смех, а потом несколько человек спускаются ко мне, осыпая вопросами. Их голоса превращаются в противный гул, а стук сердца вновь усиливается. Но меня спасает преподаватель, зашедший в аудиторию.
Мистер Галастер – мужчина в самом расцвете сил, но он не похож ни на одного из тех, кого мне доводилось когда-либо видеть. У него выбритые виски и уложенная челка, костюм, который нельзя назвать иначе как стильным. Его полные жизни темные глаза с интересом оглядывают аудиторию. Когда я сажусь рядом со светловолосой девушкой, он улыбается мне. И я понимаю – он мой научный руководитель.
– Кто скажет, какую лабораторную мы будем проводит сегодня?
Мистер Галастер расставляет на свой стол горсть монет, пробирки, химикаты и металлическую губку.
– Будем делать золотые монеты?
– Я слышу в вас нотки неуверенности, мисс Морган. А ведь вы абсолютно правы. Что вы можете сказать про этот опыт?
– Если опустить начищенную медную монету в кипящий раствор хлористого цинка с их гранулами, то ионы цинка начнут оседать на поверхности монеты, и она станет серебряной.
– Вы хотите сказать, что медь
– Нет, поменяется только цвет монеты, мистер Галастер.
– Верно. Что-то еще?
– Да. Если разогреть данную монету, уже с серебряным блеском, то она станет золотой.
– Золотой, мисс Морган?
– Лишь цвет, мистер Галастер, – улыбаюсь я, – В ходе химической реакции медь монеты и осевшие на ней ионы цинка формируют металлическую связь и образуют латунь. При нагреве начнется диффузия цинка в меди. Когда содержание цинка на поверхности станет ниже тридцатипяти процентов, латунь станет золотистой.
– Отлично, мисс Морган. Рад, что вы снова в строю. Жду вас в проектной мастерской в четверг.
– Спасибо, мистер Галастер.
– Сейчас я проведу эксперимент, который описала наша коллега. Мы рассмотрим в подробности все реакции и после обеда вы самостоятельно выполните данный опыт.
***
На обед мы с Натали и Гектором идем вместе. Я делюсь эмоциями от пар с мистером Галастером, ребята лишь вопрошают о реакции однокурсников.
– Все в порядке. А что, меня здесь не любят?
– Нет, ты достаточно общительна, но все-таки мы волнуемся о тебе.
– Все в норме. Правда.
Ребята кивают и обсуждают свои дополнительные занятия. Я комментирую все, пытаясь влиться в студенческую жизнь. Это оказывается не так сложно, как кажется.
Мы проходим пару смежных корпусов, пока не входим в кафетерий. На пути к нему я замечаю нечто необычное. Какой-то странный мемориал, сделанный явно самими студентами. Уголок обложен записками, в центре фото парня и куча бутафорских денег вокруг. Под фото значится надпись: «Трой Бернс – вечная память».
– Что с ним произошло? – киваю я на мемориал.
Гектор замирает, Натали лишь отводит глаза:
– Он умер недавно. Его нашли в его же квартире. Многие говорят, что он совершил самоубийство, а некоторые уверены, что его убили.
– Натали! – шипит на нее Гектор.
– Я его знала?
Ребята переглядываются, но кивают. Быстро переводят тему и отводят меня подальше от мемориала. Лицо Троя Бернса кажется мне очень знакомым, а слова Натали производят на меня странное чувство, неведомое прежде.
– Посмотри на эту очередь.
– Может съездим в «Колибри»? – с надеждой спрашивает Натали.
– Я за. Эден?
– Почему бы и нет, – быстро соглашаюсь я.
Нет-нет, я встречаю настороженные взгляды студентов и мне это отнюдь не нравится. Так же, как и идиотские переглядки Натали и Гектора, поведение Джексона и всей семьи. Самое время заткнуться и взять тайм-аут.
***
Дни пролетают стремительно. Погода становится более капризной. Конец декабря становится приятной неожиданностью. Мы с Натали готовимся к зачетам. Джексон пропадает на работе, но постоянно проверяет мое местоположение и созванивается с кузенами Брасс.