Папа
Шрифт:
– Тебя как зовут, предсказательница? – Костя вдруг отвлекся и забыл, зачем он здесь. Черные волосы и карие глаза делали свое дело, напуская туман в Костину голову.
– Айна.
– А меня Костя. Буду теперь ставить каждый день, – он сложил руки на подоконник и, положив на них подбородок, как щенок овчарки, посмотрел на девушку.
– Приходите. Я буду ждать.
Сзади уже начала кричать возмущенная очередь. Костя, очнувшись, вернулся к ставкам.
Он достал все деньги, которые у него были, и положил на подоконник:
– Все. На Турцию.
Он
Учащенный от быстрой ходьбы пульс продолжал набирать скорость, его разгонял риск ставки, шансы которой были равны нулю.
Но это сочетание огромного риска и возможного семикратного выигрыша победило надежный «верняк».
Лекция была скучная – «Мировая экономика». Косте же всегда нравились более прикладные предметы. Если он видел в получаемых знаниях практическое применение, он скрупулезно разбирался в каждой мелочи. Но фундаментальная теория вызывала у него зевоту.
Даже в высшей математике он интересовался лишь одним разделом: теорией вероятности.
Он все же слушал преподавателя вполуха, но постоянно посматривал на часы, ожидая начала матча.
Рядом сидели однокурсники, у них был радиоприемник. Все ждали футбол.
Наконец время подошло. Костя взял доставшийся ему один наушник и ближе подсел к кучке студентов, слушающих футбол.
«Ну, давайте, парни. Я в вас верю. Разбейте немчуру!» – Костя сжал кулаки и, монотонно постукивая ими по парте, представил себя на стадионе.
Первый тайм пролетел незаметно. Германия прессинговала и постоянно атаковала. Костя был уверен, что половина его головы уже седая. Но счет был по-прежнему ноль-ноль, с этим счетом футболисты ушли на перерыв.
– Немцы должны дожать. Тем более на своем поле.
– Вот, статистика: шестьдесят пять процентов владение мячом Германией.
– Турки, вообще, это кто такие?
Вокруг слышались реплики явно в пользу Германии. Парни подбадривали друг друга и вселяли друг в друга надежду, что Германия не может не победить.
«Видимо, Вова уговорил тут многих», – Костя усмехнулся про себя, но не подавал виду, что болеет за Турцию. Лишь изредка бледнел, когда Вася Уткин комментировал выход немецкого нападающего один на один с турецким вратарем.
Тем временем лекция закончилась. Преподаватель поправила пучок сбившихся седых волос, собрала свои тетради, сложила очки в потрепанный футляр и направилась к выходу. В это время в аудиторию зашел декан факультета с каким-то важным мужиком.
– Коллеги, я прошу не расходиться. У меня для вас интересный гость, – было видно, что они хорошо знакомы, но вместе смотрелись очень комично. Невысокий декан, одетый в аккуратную старомодную серую тройку и несуразные запыленные полуботинки, зачесывал вперед редкие волосы, скрывая лысину. А мужик был выше на полторы головы, и его белоснежная шевелюра была похожа на песцовую шапку. Под мышкой он держал внушительных размеров черный ноутбук.
– Алексей Алексеич, давай я сам представлюсь, – мужик приобнял за плечи
Мужик представился Борисом Викторовичем. Он оказался коммерческим директором крупной дистрибьюторской компании. Когда-то он закончил этот факультет и сейчас был приглашен профессором для рассказа об успехах своей компании.
До начала второго тайма оставалось пять минут, Костя слушал рассказ Бориса Викторовича о том, как «космические корабли бороздят просторы вселенной».
Тайм начался. Немцы понеслись вперед, прижав турок к своей штрафной зоне. Те яростно оборонялись, но на табло так и оставались нули.
Начали нервничать все. Ничья не устраивала никого. Шла семидесятая минута, а счет не был открыт.
Реплики с задних парт звучали все громче и категоричнее, и декан начал зло поглядывать на студентов.
Борис Викторович был менее терпелив, поэтому он остановил свою проникновенную речь и, достав из внутреннего кармана массивный «Паркер», постучал по столу.
– Я вижу, у вас тут с дисциплиной все плохо. Алексей Алексеич человек добрый, а я совсем нет. И то, о чем я здесь говорю, нужно вам, а не мне. Поэтому советую слушать внимательно.
После слов строгого директора аудитория немного успокоилась и сделала вид, что слушает.
– Вы уже практически готовые специалисты. Через полгода экзамены, выпускной и новая интересная жизнь. – Борис Викторович глотнул воды из пластиковой бутылки и, взяв мел, подошел к доске:
– На дворе две тысячи второй год. Новое время и новый поход к кадрам. Никакой уравниловки. Каждый может стать лучшим и заработать больше, чем все остальные, вместе взятые.
Директор нарисовал на доске большой круг и начал делить его на части, изображая пирог:
– Вы зарабатываете столько, сколько продаете, – директор подписывал каждую часть пирога, продолжая комментировать:
– У вас есть оклад, который составляет примерно тридцать процентов от вашего заработка. Остальное – это процент от ваших продаж. В удачные месяцы лучшие наши торговые представители зарабатывают больше директоров.
Костя начал прислушиваться. Очень убедительно и увлеченно рассказывал Борис Викторович о своей компании и новых каналах сбыта. Костя поднял руку и после утвердительного кивка задал вопрос:
– Как вы делите территории между торговыми представителями? Ведь кому-то может достаться изначально более выгодное место.
– Очень хороший вопрос, молодой человек. Мы придумали целую систему… – Борису Викторовичу не суждено было договорить. С задних рядов, где-то слева от Кости, кто-то прокричал: «Пенальти!».
Судя по тональности реплики, пенальти назначили в сторону ворот Германии.
– Молодой человек, вы меня слышите? Вы задали вопрос, я хотел бы на него ответить.
– Да, да, конечно. Я слушаю. – Костя не видел ничего и никого. Все затихли. Даже комментатор ждал, когда мяч будет установлен на точку и прозвучит свисток арбитра.