Партиалы
Шрифт:
– Десять.
Кира приподняла бровь:
– На заднем дворе я насчитала куда больше народа.
Товар рассердился:
– Вы спрашиваете о солдатах или о вооруженных штатских, у которых смелости больше, чем умения?
– Поняла, – ответила Кира.
Товар обвел гостей внимательным взглядом.
– Может быть – я сказал «может», – нам удастся помочь вам пробраться в город. Вы уверены, что у вас все получится?
Кира ухмыльнулась:
– А вы разве не слышали? Меня активно ищут по всему острову как страшную преступницу. Пора оправдать свою репутацию.
– Вот-вот! –
Товар, нахмурив лоб, посмотрел на Киру и наконец расплылся в улыбке.
– Ну, раз вы так уверены, – проговорил он, – так я тоже на прошлой неделе видел говорящую собаку. Правда, чем уж там она писает, не знаю, не пробовал, – он встал. – Сейчас утро, погода хорошая, так что если мы без задержки тронемся в путь, то еще до обеда вас отвалтузят в полиции и бросят за решетку. Хотя есть у меня кое-какие козыри в рукаве. Я соберу отряд.
Глава тридцать шестая
Одним таким козырем Товара оказалась военная форма: дюжина комплектов обмундирования Сети безопасности, украденная со склада старой школы в Ист-Мидоу.
– Еще мы прихватили кучу боеприпасов и пайков, – хитро подмигнул Товар, – чтобы подумали, будто мы за этим и охотились. Но на самом деле нам требовалась именно форма. Каждый из комплектов в нужный момент дороже тысячи пуль.
Кира кивнула и натянула форму прямо поверх одежды.
В гостиной, и без того тесной, столпились лидеры Голоса. Кира разглядывала их, пока они говорили, раскладывая на столе самодельные карты острова. Решимости и сноровки у всех было не занимать, в отличие от профессиональной четкости солдат Сети безопасности. Бойцы последней были организованнее, и это проявлялось даже в таких простых вещах, как вылазки. Один излагал план, другие внимательно слушали. У Голоса все происходило совершенно иначе.
– Это Фарад, – Товар указал на угрюмого мужчину с копной огненно-рыжих волос. – Форма, конечно, дело хорошее, но именно он – наше истинное секретное оружие: солдат Сети безопасности, который присоединился к нам буквально вчера. Так что командиры, надеюсь, его даже еще не хватились.
Фарад нервно оглядел комнату; было заметно, что в обществе людей, еще совсем недавно являвшихся его врагами, он чувствует себя неловко.
– После восстания я какое-то время пытался привыкнуть, – негромко пояснил он, – но эти новые законы… в общем, я так больше не мог. Они зашли слишком далеко.
– Фарад служил водителем, – продолжал Товар, – а мы, какое совпадение, реквизировали у Сети безопасности джип, – он повернулся к Кире: – Наверное, один из тех, что отправили в погоню за вами после восстания. Он в хорошем состоянии, с брезентовой крышей, с эмблемой Сети безопасности, а Фарад знает пароли, чтобы провезти вас через границу.
– Знал, – поправил здоровяк, стоявший у стенки, старый, седой, бородатый, с мускулистыми руками. – Их могли поменять, наверняка так и сделали, если не дураки.
– Но они не в курсе, что я сбежал, – возразил Фарад. Голос у него был тонкий и хриплый. – Откуда бы они узнали? Да еще так быстро?
– Они
– Они нас узнают даже в форме, – подал голос Джейден. – По крайней мере, Киру с Маркусом точно: в больнице их лица известны всем.
– А они зато знают ее изнутри, – ответил Товар. – В отличие от нас. Так что план такой: Фарад доставит вас в город, перевезет через границу, а вы будете сидить тихо и не высовываться. Рискованно, конечно, но если будете осторожны, то все получится. Доедете до больницы и найдете тот запасной служебный выход, о котором мне рассказывали.
– Тот, через который мы сбежали в ночь восстания, – согласилась Кира. – К нему ведет широкий пандус, а значит, нас будет труднее заметить: разумеется, охрана увидит, что мы там, но за джипом не поймет, кто именно приехал.
Товар кивнул:
– Через нижние этажи подниметесь в родильное и заберете подругу. Это самое сложное.
– Поэтому я поеду с вами, – добавила Джанна. – Вы, главное, проведите нас черным ходом наверх, а уж в родильное я попаду, не привлекая к себе внимания: меня там никто не знает, увидят форму и решат, что я по службе.
– Это вы так думаете, – вставил бородатый.
– Ну хватит уже, Роуан, – отрезал Товар. – Сейчас не время. Сколько можно спорить по каждому пункту плана?
– Весь ваш так называемый план основывается на чистом везении и расчете на то, что вы не вызовете подозрений, – гнул свое бородач. – Ты посылаешь их в самое сердце вражеской территории, так что мог бы придумать что-то посолиднее.
– Между прочим, я не хочу, чтобы они ехали, – Товар вскинул руки вверх, – я планирую массированное нападение на город, и это лучшее, что возможно при нашем недостатке времени и ресурсов.
Бородатый Роуан обернулся к Джанне:
– И ты готова рискнуть жизнью ради «лучшего, что он может придумать»?
– Мы готовы рискнуть жизнью ради этого, – Кира показала шприц. – Не какой-нибудь выдумки, а реального лекарства, инъекции, которая спасет жизнь младенца. Вы хоть понимаете, что это значит? Здоровый, дышащий ребенок, который проживет неделю, месяц, год, будет смеяться, ползать, научится говорить, – У Киры дрогнул голос. – Да я ни минуты не раздумывая готова за это умереть.
В комнате повисло молчание.
Первым опомнился Роуан:
– Даже если оно того стоит, план не перестает быть рискованным.
– Все получится, – горячо заверил Товар. – Фарад знает пароли, а наши источники в городе сообщили все подробности охраны больницы. Так что мы поможем ребятам пробраться туда и вывести Мэдисон Сато. Отвезем ее на восточные фермы, там она родит, и ребенок будет жить.
– Я разделю лекарство на три равные дозы, – сказала Кира. – Одна останется у Товара, здесь, в тылу, для Арвен, дочери Мэдисон. Вторую мы возьмем с собой, на случай, если Арвен уже родилась. Учитывая, что вирус поражает мгновенно, мы сделаем малышке укол прямо в больнице.