Партиалы

Уэллс Дэн

Джанна принялась крутить ручку настройки в поисках нужной частоты: тик, пауза, тик, пауза, тик, пауза. Каждый раз, поймав голоса, она останавливалась, вслушиваясь в названия улиц. Наконец Кира с облегчением услышала, как какой-то мужчина назвал Гардинерс-авеню.

– Это мы, – Кира забарабанила пальцами по стене. – Продолжай слушать все три канала. Мы спрячемся, будем наблюдать за ними и ждать темноты, – Она посмотрела сквозь изгородь, оценивая расстояние до блок-постов. – А ночью, если будем соблюдать осторожность, они нас не заметят.

С каждым часом у Киры

все сильнее сводило живот от волнения. «Кто я? Почему я здесь? Кто меня сюда забросил? Есть ли у меня феромоны? Или что-то похуже?» Сотни тысяч вопросов крутились в голове, и ей не терпелось получить ответы. Усилием воли девушка заставила себя не думать об этом, переключиться на задачу, которую предстояло выполнить, но от этого стало только хуже. Стоило Кире вспомнить про Мэдисон и Арвен, и она еле удержалась, чтобы не броситься со всех ног в больницу. Девушка потрогала шприц на поясе и приказала себе сохранять терпение.

Когда наконец стемнело, Фарад вытащил доски из ограды и проделал дыру в кудзу. Ребята взвалили на плечи снаряжение, покрепче его пристегнули и замерли возле изгороди, вытянувшись в шеренгу: Фарад, Зочи, Джейден, Джанна, Кира и Маркус. Кира сжала винтовку и глубоко вздохнула.

– Не выключай рацию, – попросила она, – пусть работает, только тихо. Если солдаты нас заметят, я хочу об этом знать.

Джанна сухо улыбнулась:

– Уже сделано.

– Тогда пошли, – сказала Кира. – Не высовываться, не разговаривать, если нас засекут, бежим вперед.

Фарад несколько раз подпрыгнул, приземляясь на цыпочки.

– Приготовились… пошли!

Он лег на землю, неслышно скользнул через дыру в зарослях и пополз к баррикаде из машин. Остальные, стараясь не шуметь, последовали за ним. И буквально сразу из рации раздались треск и крики:

– Сюда! Сюда! К югу от двадцать третьего!

Пуля вонзилась в асфальт в считаных сантиметрах от Кириной руки.

– Все, нас заметили, – произнесла девушка. – Бежим!

Они вскочили на ноги и бросились через дорогу, к стене машин. Кира оперлась о широкий металлический капот, еще горячий от дневного солнца, обожгла руку, но все равно забралась на него, пробежала по крыше автомобиля и спрыгнула на землю. Рация разрывалась от криков тревоги. Послышались звуки выстрелов, сперва из приемника, потом совсем рядом – громкий треск автоматных очередей. Фарад уже был на той стороне и бежал через парковку к проходу между магазинами, когда Джанна рухнула на землю и в воздух вокруг нее поднялось облачко пыли.

– Нет! – крикнула Кира, которая бежала так близко за Джанной, что споткнулась о нее и упала на разбитый асфальт. Кира быстро опомнилась, встала, обернулась, чтобы помочь Джанне, но проносившийся мимо Маркус схватил ее за руку, рывком поднял на ноги и потащил за собой:

– Не стой!

– Мы должны ей помочь!

– Она мертва, бежим!

Кира вырвала руку, обернулась и услышала, как пуля впилась в землю в опасной близости от нее. Джанна лежала лицом в луже крови.

– Прости меня, – прошептала Кира и схватила не Джанну, а рацию. Это

слишком важная улика, нельзя ее оставлять.

Кира почувствовала, как в нее что-то ударило, покачнулась, но устояла на ногах, устремившись за Маркусом и остальными. Куда мне попали? Она мысленно проверила все органы и части тела, пытаясь определить источник боли, но ничего не поняла. «Слишком много адреналина, – произнес ее внутренний исследователь, на удивление спокойный и трезвый. – Ты истечешь кровью и умрешь, даже не почувствовав, где пуля». Кира свернула в укрытие переулка и помчалась вперед. Маркус сзади ругал ее на чем свет стоит:

– Хочешь, чтобы тебя убили?

– Заткнись и беги, – Зочи потянула их за собой через покосившуюся калитку, висевшую на одной ржавой петле. Они очутились на заднем дворе, заросшем сорняками, и пробрались к сломанной двери осевшего дома, краска на которой облезла длинными выцветшими полосами. В домах на самой окраине по-прежнему никто не жил, и беглецы рухнули на пол в гостиной рядом со скелетами. Джейден с ружьем развернулся к двери.

– В меня попали, – Кира поставила рацию на пол и оглядела себя, идет ли кровь. Фарад схватил рацию, щелкнул выключателем и прокричал:

– Блокпост двадцать три, это патруль сорок. Мы здесь, но Голос мимо домов не проходил. Повторяю, мимо домов они не проходили. Вы их видите? Прием.

– Патруль сорок, никак нет, – протрещала рация. – Пока ищем. Прием.

– Вас понял, тоже продолжаем поиск. Прием. Конец связи, – Фарад выключил рацию и бросил обратно Кире. – Ты рисковала своей дурацкой жизнью ради этой штуки, так пусть хотя бы от нее будет польза.

– Кто такие патруль сорок? – спросила Зочи.

– Их пост расположен к северу отсюда, – пояснил Фарад, – другой канал. У нас есть минут десять, пока Сеть безопасности это выяснит. А теперь давайте выбираться из дома, пока нас не засек настоящий патруль.

Не успел он договорить, как во дворе послышались шаги и голоса. Джейден схватил винтовку, подбежал к задней двери и, пригнувшись, замер у покосившейся стены.

– Это Сеть безопасности Лонг-Айленда, – заорал он, оглянулся на спутников и жестом велел им взять винтовки. – Мы приказываем вам бросить оружие и немедленно сдаться.

Последовала пауза. Джейден, наклонив голову, прислушивался к происходившему снаружи. Спустя мгновение чей-то голос крикнул:

– Патруль сорок, это вы?

Джейден ухмыльнулся:

– Так точно. Блокпост двадцать три?

Кира услышала, как солдаты снаружи выругались:

– Только не говорите, что вы их упустили!

Фарад достал форменную фуражку и осторожно шагнул за дверь; Кира наблюдала за происходившим через трещину в стене.

– Мы проверили район, – произнес он. – Тут никто не проходил.

– Как это не проходил? – удивился солдат. – Мы преследовали их и загнали в переулок.

– Мои люди в половине этих домов, – Фарад обвел рукой окрестности, – и никто ничего не видел.