Пасынки страны
Шрифт:
Хлопнуло и я проснулся.
Как ни странно, но всё осталось без изменений: то же бледное сияние и дверь, открытая после визита непонятного создания. Рядом медленно поднялась Рита и уставилась на меня тёмными угольками раскосых глаз. Хм, странный у неё разрез, а я прежде и не замечал. Впрочем, как и её вполне приличные формы: грудь и бёдра плотно заполняли ткань костюма. Наваждение, не иначе.
— С добрым утром, — сказала она и улыбнулась, — вот это отдохнула, чувствую себя заряженной батарейкой!
Сравнение оказалось очень точным. Но с утром она немного ошиблась: был глубокий вечер.
— А, проснулись, — он сочно зевнул, — прошу прощения, но не дотерпел, дрёма сморила. Привык ложиться пораньше: старость — не радость. Вот, друзей ваших на сеновал устроил и баиньки, — в глазах старика появился хитрый огонёк, — вот уж парочка! Хе, хе…Такие оба горячие! Он её и за попку и за титьку, а она только взвизгивает!
— Дед, — сумрачно сказал я, — вообще-то, Вера — моя жена, А Сергей — муж Риты.
— Ась? Не понял, — Подорожник потёр лоб, потом хотел что-то сказать, но передумал и постояв с открытым ртом, тихо пробормотал, — вона чё…А я то! И чё делать?
— Да откуда я знаю! — я обошёл его и вышел на улицу, — может ничего и не надо.
Риту я нашёл не сразу. У входа в дом её не было, только на плетне сидела нахохлившись, смутно знакомая птица. Она или очень похожая на неё пернатая наведывалась к нам прошлой ночью. А может, это и не птица совсем, хрен его знает. Очень трудно усваивалась мысль о потере родного мира.
Завернув за угол дома, я обнаружил Марго, которая задумчиво рассматривала небольшой сарай с островерхой крышей, крытой потемневшей соломой. Видимо, это и был сеновал, о котором упоминал Подорожник. Рита повернулась ко мне и я увидел загадочную ухмылку на её бледном лице.
— Ты чего? — спросил я, вполголоса и кивнул на домик, — наши?
— Закончили трахаться и легли спать, — так же негромко ответила женщина и покачала головой, — уму непостижимо! Как поступим?
— Ты уже вторая, кто меня об этом спрашивает, — я взял её за руку и повёл прочь, — пошли. Уже, один чёрт, ничего не изменишь, пусть спят. Не портить же людям впечатление.
Мы посмеялись. Нет, конечно, лёгкая горечь оставалась, но я, как будто, уже был готов к такому исходу. Тем не менее, утром следовало обсудить всё начистоту — достаточно проблем и без нелепых тайн.
Знакомая птица уже успела улететь и мы спокойно расположились на крохотной лавке, прильнувшей к ограде. С вершины холма открывался совершенно восхитительный вид, который просился на холст или, хотя бы, в чьи-то стихи.
Золотой шар луны утопал в звёздном небе, отражаясь от тёмной полосы, петляющей в полях. Лес, через который мы прошли минувшим днём, казался издыхающим костром, так много в нём было всяких сверкающих точек, блуждающих звёздочек и прочей пиротехники. Кроме того, я заметил, как бутоны цветов, растущих на склоне холма, светятся призрачным розовым цветом.
— В любой ночи есть волшебное очарование, — негромко сказала Рита, когда я попытался
— Не похоже, — я накрыл ладонью её пальцы, ощутив их вздрагивание, — о матери беспокоишься?
— Да, но уже не так, как во время того разговора, — она покачала головой, — столько всего…Да ещё и такое странное ощущение, будто я — это не совсем я, а кто-то другой. Мой балбес, ещё…Ну я ему утром устрою! — она рассмеялась, — знаешь, с тех пор, как мы попали в Страну, во мне словно что-то открылось. Я больше никого и ничего не боюсь. А ведь мне, ещё с самого детства, хотелось стать такой: смелой, гордой, у которой мужики падают к ногам и шепчут: о, моя богиня!
Я опустился на колено и протянув руки к Марго, пафосно провозгласил:
— О, моя богиня!
— Дурень! — она засмеялась и хлопнула ладонью по моему лбу, — но порыв мне понравился. Хотелось то хотелось, но получалась всякая ерунда. То пыталась наколку сделать, то — пирсинг в пупке, но всё боялась, как бы родители не заругали. А какой был дома скандал, когда я чуть готкой не заделалась!
— Ты — готкой? — я покачал головой, — ну да, сейчас типаж почти соответствует, ещё бы одежонку сменить…
— А что! — она гордо задрала подбородок, но покосившись на меня, не удержалась и хихикнула, — ну, я же тебе рассказывала о своих пристрастиях в кино. Одно время я вообще была без ума от всей этой тематики: с кладбищами, склепами и вампирами. О, это такие няшки! Нет, не эти современные сладкие мальчики. Брэд Питт в Интервью с вампиром, о! Я от него просто кончала, прости за такие подробности.
— А чем это я хуже какого-то бреда? — я повернулся и так и сяк, — ну? Ведь ничем не хуже.
— Ну да, ну да, — она согласно покивала, — пару десятков пластических операций — и даже лучше. Ладно, не обижайся, ты тоже, очень красивый и на вампира, кстати, похож. Хм, а я этого раньше даже не замечала…
Я сделал большие глаза и тут же получил дружеский хлопок по коленке.
— Да не парься, я пошутила. Но, всё равно, ты — очень красивый мужчина. У меня таких никогда не было, — она вдруг порывисто вскочила на ноги, — а знаешь, чего я сейчас хочу?
Вопрос оказался настолько неожиданным, что я даже растерялся. В голове вертелось самое разнообразное: от кекса до секса и чуть дальше. Рита протянула руку и взяв меня за ладонь, потянула к себе. В её тёмных глазах плясали лунные чертенята.
— Я хочу, — с придыханием, сообщила она, склоняясь к моему уху, — побегать!
— Что?!
— Пошли, — меня тащили с неудержимой силой и я едва успевал переставлять ноги, — идём, идём. Смотри, какая чудесная ночь. Сколько в ней тайн и странных ароматов. Луна какая! Неужели у тебя нет желания нестись куда глаза глядят и ни о чём не думать?
Как ни странно, но такое желание присутствовало. Действительно, прозрачный ночной воздух струился вокруг и дикие запахи в нём вынуждали сердце биться подобно обезумевшей птице, запертой в клетке из рёбер. В мышцах скользили крошечные электрические искры, заставляя ноги двигаться быстрее и быстрее.