Пасынок судьбы
Шрифт:
– Сколько можно, Ланочка? – Он добавил голосу показного участия. – Каждый раз наступаешь на одни и те же грабли!
Мужчина остановился напротив окна. Это было настоящее окно, не голографический муляж релаксационной программы. И выходило оно на самый настоящий унылый венерианский пейзаж – серое, пасмурное небо, тучи, камни и песок. Ещё вырисовывался вдали силуэт безликих гор, но они больше напоминали кляксу, тёмное пятно, и красоты пейзажу не добавляли. Панорама венерианской равнины, что может быть унылее?
Но этот человек любил всё натуральное.
Лана молчала. За прошедшую ночь ей надоело оправдываться. Действительно, сколько можно?
– Ты знаешь, почему к Бэль приставили именно вас, «девятку»? Хотя есть люди старше и опытнее? И, несмотря на все перипетии, ваше звено никогда не отстраняли от дела?
– Нет, сеньор, – уныло выдавила она.
– Потому что именно ты, согласно всем этим долбаным психологическим тестам, лучше всего подходишь на эту роль.
Мужчина обернулся. Она уткнула глаза в пол.
– Ты должна была стать её подругой, Ланочка. Напарницей для её безумств. Чтобы в случае чего она бежала не в Центральный парк, побродить в одиночестве, а к тебе, за советом. И что я вижу в итоге?
– Но долг службы… Инструкции… – попыталась протестовать девушка, но была перебита гневным окриком:
– Негру в задницу долг службы! И инструкции все туда же! Речь идёт о моей дочери, Лана! Никто… Никто и никогда пальцем бы не посмел шевельнуть, чтоб наказать тебя за… креативный подход к обязанностям! Если бы ты была рядом и она тебе доверяла! Понимаешь меня?
Лана понимала.
– Главный критерий – результат! Так было и так будет! А за инструкции прячутся лишь бездари и трусы!
Девушка тяжело вздохнула. Да, у неё не получилось войти в доверие. Ни у кого из их звена. Плохо старались?
Возможно. Она думала над этим вопросом, но не находила ответа. Бэль слишком сложный человек, с непредсказуемым дурным характером, с ней нельзя ничего планировать.
– Я пыталась.
– Плохо пыталась! – рявкнул мужчина, но уже тише, остывая. Затем ещё раз прошёлся по кабинету и сел в напротив неё. – Итак, разбор полётов. Оставим пока в покое мою дочь и поговорим о ваших ошибках.
Лана кивнула.
– Поскольку от тебя никакой отдачи, значит, огребать будешь на сто процентов, и без обид. – Он злорадно усмехнулся. Лана вновь кивнула. – Сколько ошибок вы вчера допустили?
– Я не считала.
– А ты, голубушка, попробуй посчитай! Сколько получится? У меня вот вышло аж семь! А потом сравним…
Девушка выпрямилась и расправила плечи. Да, она его боится, но она – профессионал. И сейчас разговор от абстрактных тем перешёл к конкретным вещам, за которые она в состоянии ответить, что бы там ни было.
– Первая. Не успели отреагировать, когда Бэль убегала. Мы должны были следить за ней, но слишком ей доверились. А она, усыпив бдительность, спокойно исчезла.
– Правильно, – кивнул мужчина. – Неуместное доверие. Вы знали, на что она способна, это не первый её фокус. Дальше.
– Не смогли
– Это моя дочь, Лана! – ледяным тоном отрезал мужчина. – Пока я жив, на ней не будет никаких следящих устройств. Вы – лучшее следящее устройство. И вы дали сбой. Дальше.
Девушка опустила глаза.
– Мы не смогли перехватить того юношу, что находился с ней рядом. Упустили.
– Это следствие. Ошибка в другом. В чём?
– Мы не установили его личность.
Мужчина кивнул.
– Вы и не обязаны перехватывать таких, как он, для того есть другие люди. Но вы не добыли ни одной наводки, по которой его можно найти.
– Это можно сделать через архив камер слежения метро, а ещё…
– Я и без тебя знаю, как можно найти человека в этом городе! – перебил её мужчина. – Есть десятки способов, как сделать это в муравейнике под названием Альфа! Но это мои способы, вы к ним не имеете никакого отношения.
Лана вновь втянула голову в плечи. Это правда. Вчера они лопухнулись по полной. Но в отличие от предыдущих ошибок, которые можно оспорить (насчёт факта бегства), это стопроцентно их недоработка. И далеко не последняя за вчерашний вечер.
– Вы даже не сделали ни одного его изображения! Только двухмерный вид сзади и сбоку! Позор, Лана!
– Да, сеньор… – Девушка готова была провалиться сквозь землю.
– Вас восемь человек! Неужели никто не догадался сделать щелчок? Почему архивные записи навигаторов – это всё, что у нас есть? Если уж на то пошло, почему никто не зашёл им спереди и не снял его в пассивном режиме, без всякого щелчка?
– Рядом никого не было, сеньор. Мы рассеялись по парам, остальные просто не успели. Нас рядом было всего двое, и мы старались не светиться.
– Не светиться они старались! Двое всего их было! – Мужчина картинно усмехнулся. – Достаточно! О том, сколько вас, ещё поговорим. В данный момент рядом находилась лично ты! И ты этот момент с изображением провалила!
– Так точно, сеньор…
Мужчина замолчал.
– Теперь по поводу пар. Вы нашли её, но вас двое. Представь, что кто-то попытался бы на неё напасть? Не киллер-одиночка, а организованная группа? Она гуляла несколько часов, только Древние знают, кто её мог за это время узнать! Могло такое произойти?
– Могло.
– Что бы вы сделали вдвоём на дальней дистанции против опергруппы? Из профессиональных бойцов?
Лана хотела возразить, но промолчала. Да, она бы грохнула минимум двоих. Ещё столько же Арабелла. Но этого мало. Их задача – охранять, а опытная группа, даже понеся чувствительные потери, сумела бы отсечь их с напарницей, похитить Бэль и скрыться.
– Это великое счастье, слава всем богам, что мы добрались до неё первыми! Богам, Лана! Не вам! А что дальше произошло? Вообще цирк! Поняла, о чём я?