Патерн
Шрифт:
– Бежим! – старательно отбиваясь от атак оголодавших насекомых, выкрикнул Мишка. – Бежим в заданную точку!
Нина услышала, но ничего не ответила, посчитав, что поступки важнее слов и побежала. Прямо туда, куда велено – к отвалившейся хвостовой части корабля. Побежала со всех ног, стараясь уклониться от атак, изголодавшихся насекомых. Бежала, чувствуя, что Мишка следует за ней. Слышала звуки ударов, которыми он награждает мерзких тварей, спасая свою жизнь, прикрывая её спину. Звуки вселяли уверенность, придавали сил, заставляя бежать быстрее.
Мишка бежал следом, лишь краем глаза подмечая, как Нина применяет все свои навыки для спасения
Сколько времени они так бежали, пытаясь спасти свои жизни и не стать кормом для насекомых, никто не знал. Но силы начинали истощаться, усталость наваливалась, скорость перемещения замедлилась, а жуки то и дело прорывались сквозь оборону, добираясь до тел.
Резкая боль от удара жука о его тело подстегнула инстинкты, открыла второе дыхание, и он сосредоточился на собственном выживании, позабыв обо всём прочем. Но толком ничего не получалось. Жуки всё чаще и части умудрялись запрыгнуть на него, сначала подарив боль от столкновения, а потом, вонзаясь хоботками в его плоть, пытаясь полакомиться вкусной, тёплой кровью, словно земные комары.
Страх перед смертью от потери крови, затуманил его разум, притупил его боль и заставил идти дальше, сражаясь за свою боль. И Мишка шел, отбиваясь, уклоняясь, топча, расплющивая и не видя происходящего вокруг, не замечая, что сумерки ведут ночь за собой.
Чем сильнее сгущались сумерки, тем невероятнее события разворачивались вокруг ребят, но они не замечали этого, сосредоточившись на собственном выживании. То тут - то там, начало что-то поблёскивать, отражая лучи заходящего светила и жуки, усилили атаку, словно пытаясь достичь своей цели перед чем-то неизбежным.
Тела людей уже невыносимо болели от десятков укусов, и боль притупляла сознание. Вот – вот и они упадут без сил. Упадут и станут пищей для назойливых насекомых, но гибель своих носителей не входила в планы нанов обитавших в их телах. Получив полную информацию о противнике маленькие чужеродные создания, выполнявшие неумолимую программу, начали действовать. Благодаря хорошему питанию у них было достаточно ресурсов для размножения, которыми вовремя воспользовались и теперь, многократно увеличив своё количество, начали выбираться из человеческих тел.
Коллективный разум нанов сделал вводы и принял решение о том, что требуется их носителям для выживания. Теперь всякий раз при подлёте жука к телу Мишки они выбирались наружу, сливались воедино, принимая вид небольшой чешуйки, уплотняясь и оставаясь на этом месте дальше защищать его кожу от ударов и прокусов. Но парень не замечал этого, как не замечала Нина действий своих собственных нанов, которые в отличие от симбионтов Мишки, пошли по другому пути. По пути, основанном на желаниях девушки. Они запомнили, записали в память коллективного разума мечтания юной красавицы о драгоценных украшениях, которые они видела когда-то в одном из глянцевых журналов. Драгоценные украшения, на которые она могла лишь любоваться, о которых даже не могла мечтать из-за их баснословной стоимости, теперь создавались на её теле нанами.
Нину поглотила боль, потому она даже не заметила, как в мочках её ушей наны проделали сквозные отверстия, моментально залечив свежие ранки
Левая серьга хоть внешне и была точной копией правой, но при этом выполняла защитные функции. Наны едва наметив её силуэт, навечно становились её частью и начинали испускать волновые вибрации разного диапазона и частоты. С помощью одних неразличимых для человеческого уха звуковых волн они исследовали приближающийся к носителю объект, распознавали его, согласовывали действия с нанами правой серьги, получая от них информацию об опасном объекте, и тут же начинали испускать другие волны. Именно вторые волны становились настоящим оружием массового поражения из-за которого клетки тел нападающих разогревались изнутри и просто разрывались в клочья, словно под воздействием микроволн.
Но молодые люди не замечали этого, продолжали действовать в полусознательном состоянии, стараясь выжить любой ценой и уйти как можно дальше от каменного поток. Потому ребята не заметили ни действий нанов, не новую опасность, что пришла им на помощь из недр планеты.
Наступающая ночь, стала рассветом для жителей тьмы, что многие тысячелетия жили на Патерне до его перемещения. Многие из обитателей планеты, резвившихся для жизни в темноте, не слишком сильно изменили свой образ жизни, оказавшись в новой среде обитания, полной света и тепла. Они просто научились спать под грунтом в темноте, пока на поверхности царствовал свет и с наступлением ночи выбирались наружу, дабы жить полной жизнью пока не наступит рассвет.
Выбирались на поверхность голодными, полными сил и каменные жуки, что бурным потоком преследовали ребят стали настоящим пиршеством для многих. Первыми показались медлительные зверьки чем-то напоминавших обычных земных ежей, вот только их спины украшали не острые колючки, а подвижные волоски, по воле хозяина покрывавшиеся липкими, сладкими капельками. Едва показавшись из-под грунта, липканы распушали свои нежные колючки, словно лепестки ночных цветов, покрывая их сладкой липкой росой, источающей приятный аромат, и старались, как можно ближе подбежать к каменному потоку. Маленькие зверьки пытались прорваться в его гущу потока и налепить себе на спины как можно больше насекомых.
Странные птицы бесшумно срывались с небес, ловко маневрируя между ветвями оживших деревьев, хватали на лету прыгающих насекомых, поднимали вверх, вырывали жуков из-под камней и тут же проглатывали, выбрасывая камень.
За мелкими липканами и ночными птицами к пиршеству присоединились более крупные обитатели тёмного мира. Одни пытались сожрать мелких липканов, другие птиц, а третьи с удовольствием лакомились деревьями. Вскоре к пиршеству присоединились лучшие хищники планеты, и вокруг ребят воцарилась невообразимая суета, наполненная предсмертными криками, запахом крови и энергией смерти.