Пепел Бикини
Шрифт:
— Какой ветер, штурман? — спросил адмирал.
— Запад-северо-запад, сэр.
— Не забудьте: держаться только с наветренной стороны… Всем надеть очки!
Три минуты, две… Лицо штурмана в черных очках кажется мертвенно-бледным. Адмирал поспешно надевает очки-консервы.
— Внимание!
Застрекотали киносъемочные аппараты. И в то же мгновение стало светло.
Сквозь густо-черные окуляры отчетливо были видны окаменевшие лица, приборы и аппаратура в кабине, рябая поверхность океана и серые полосы слоистых
Первая минута; Над горизонтом поднялся быстро увеличивающийся в размерах ослепительный желто-оранжевый шар.
Вторая минута. Шар поднялся выше. Диаметр его около километра, высота — примерно три километра. Смотреть на него без очков все еще трудно, но можно разглядеть на его поверхности темные прослойки.
Третья минута. Шар продолжает стремительно подниматься и увеличиваться. Цвет его стал кроваво-красным, темные полосы и пятна обозначились резче. Из-за горизонта появились клубящиеся облака раскаленного пара.
Пятая минута. Шар теряет правильную форму и превращается в пухлое багровое облако, похожее на солдатскую каску. Диаметр облака — восемь километров, высота — двенадцать километров. Облако тянет за собой огромный хвост пара и пыли.
Десятая минута. Облако раздается вширь. Теперь оно напоминает исполинский гриб на скрученной клочковатой ножке. У основания гриба громоздятся тучи пара.
Пятнадцатая минута. Шляпка гриба расплылась в веретенообразную массу, над которой вырастает второй гриб. Высота верхнего гриба — двадцать пять — тридцать километров.
Через полчаса над океаном неподвижно встал невиданной высоты прямой столб серебристо-серого цвета. Вершина его упиралась в туманное пятно, расползавшееся где-то в ионосфере, на высоте ста — ста пятидесяти километров над океаном.
Адмирал откинулся на спинку кресла и перевел дыхание. Ученые лихорадочно возились у своих приборов. Были слышны их отрывистые возгласы:
— Двадцать пять тысяч… тридцать…
— Температура падает медленнее, чем мы рассчитывали, Джеймс.
— Оставьте этот спектрограф в покое…
— Здесь что-то не так, джентльмены!
— Ага! Радиоуглерод… Позвольте, а это еще что такое?
— Восемьдесят тысяч каунтов!
— Пора выбираться отсюда…
— Ни за что, пока я не кончу! Внезапно самолет сильно встряхнуло. Встревоженный адмирал приказал лечь на обратный курс. И тут кто-то крикнул:
— Атолл горит!
Сквозь облака пара у основания огненного столба мерцало красно-желтое пятно. Это горел, рассыпался и тончайшим прахом уносился внутрь столба обреченный атолл;
Он продолжал гореть и под водой.
Чарли и Дик, убаюканные легкой качкой, спали и счастливо
Кваджелейн
— Проклятый ветер… Ну кто бы мог подумать? Адмирал Брэйв раздраженно ткнул окурок сигары в красивую большую раковину, служившую пепельницей.
— Одному богу известно, что получится из всего этого…
Полковник Смайерс насупился. Генерал Коркран усмехнулся, показав мелкие желтоватые зубы, и откинул со лба жидкую, влажную от испарины прядь.
— Ничего, адмирал. Вы еще должны благодарить бога, что ветер был западный. Представляете, что бы было, если бы ему вздумалось подуть с севера? Как раз в эту сторону, на Кваджелейн?
— Тогда прежде всего досталось бы вашему великолепному теплоходу… «Санта-Круц», или как его там…
— Вот именно. И хлопот было бы много больше. Лучшее из двух зол — меньшее. Брэйв вздохнул:
— Боюсь, хлопот нам хватит и теперь. Ведь на Ронгелапе была наша метеостанция. Четырнадцать нижних чинов и лейтенант.
— И они…
— Попались. Точно так же, как и туземцы.
— Черт побери, — пробормотал Смайерс, вертя зажигалку, — не хотел бы я быть на их месте. Но, боюсь, я не совсем понимаю, что же произошло… Неужели все это наделала наша бомба?
— Нет, — желчно сказал Коркран, — это не наша бомба. Это последнее великое противостояние Марса. Не будьте таким… э-э… младенцем, Смайерс. Дело серьезное.
Брэйв исподлобья взглянул на него, но промолчал. Смайерс обиженно поджал губы:
— Я, разумеется, не ученый. Я только строитель. Но… полагаю, как участник операции, я мог бы рассчитывать на… на более вразумительное объяснение. Ронгелап… туземцы, метеостанция — и наша бомба! И при чем здесь ветер, скажите на милость?
Коркран снял очки, достал из нагрудного кармана кусочек замши и принялся протирать стекла. Без очков и тропического шлема, за который Смайерс втихомолку называл его «английским резидентом», лицо генерала-ученого стало каким-то детским и растерянным.
— Хорошо, Смайерс, попробую объяснить вам популярно. Полмесяца назад мы произвели взрыв нашего устройства — так? Я не буду вдаваться в подробности термоядерного процесса, это долго и скучно. Главное то, что над местом взрыва возникло, по-видимому, плотное облако радиоактивных продуктов взрыва. И ветер понес это облако на северо-восток. К счастью, — на северо-восток, а не на юг, не сюда, на Кваджелейн. Но и на северо-восток было достаточно плохо. На пути облака оказался атолл Ронгелап с населением в две сотни канаков и с нашей метеостанцией…