Пепел
Шрифт:
– Это гражданское учреждение, так оно и числится в списках.
– Да, я понимаю, но...
В случае чего я мог бы послать его за копами. Если они придут, руки злоумышленников будут связаны. Неприятности им не нужны.
– Семье требуется чистое место, такое, как это, в котором могут работать люди, подобные тебе.
– Да, сестра мне говорила.
– Давай договоримся раз и навсегда. Ты не один из моих людей. Когда говоришь об Аюми, называй ее мама-сан, как это делают в других клубах. Только мои парни должны
Я прикурил сигарету от зажигалки "Дюпон". Когда я начинал с собственной семьей, босс подарил мне ее, свою старую зажигалку. Я не мальчишка, которого можно купить подержанной зажигалкой. Просто рассчитывал, что парни из старшей семьи оценят, что я ею постоянно пользуюсь.
Вошли посетители. Девушки поднялись навстречу. Настоящие и будущие жены некоторых моих парней могут когда-нибудь присоединиться к ним. У женатого парня, отправляющегося за решетку, есть повод для беспокойства. Если же его жена работает здесь, то ему почти все равно, сколько сидеть – год или два.
Я прикончил второй бурбон и с сигаретой вышел на улицу. Сел в машину и по мобильному позвонил в штаб-квартиру клана.
– Это Танака. Есть там кто?
– Да, Кураучи.
Голос парня звучал нервно. Кураучи сразу же взял трубку.
– Что происходит, брат Танака?
– Ты хочешь сказать, что мы могли бы быть поактивней?
– Черт побери, мы не просим вас "быть поактивней". Клан в состоянии войны, значит, и вы тоже.
– Что скажет босс?
– Ты знаешь, что он почти не говорит. Из-за этого ты не прислал нам даже своих младших братьев?
– Погоди минуту, Кураучи-сан. – Я посмотрел на часы и проверил, сколько горючего в баке. – Ты обвиняешь меня в том, что я не исполняю своих обязанностей, потому что босс болен?
– Конечно.
– Не побоишься сказать это еще раз, Кураучи-сан? Кураучи молчал. Он был умен. Он должен был сразу сообразить, что ему невыгодно сейчас объявить меня врагом. Кураучи просчитывал все. Он всегда с легкостью обходил Сано, самого старшего из старших членов братства. Меня он тоже обошел. Однако на сей раз настал мой черед поставить его на место. Когда идет война, бесполезно быть умным на лад Кураучи.
– Не стоит так толковать мои слова, брат.
– Не пытайся меня успокоить. Ты не знаешь, что мне говорил босс? Когда он еще мог говорить. Он сказал: "Танака, я назначаю тебя ответственным за наркотики. Защищай этот бизнес любой ценой". Если ты настаиваешь, чтобы я пошел против прямого приказания босса, я приеду прямо сейчас. Но предупреждаю, нам это дорого обойдется. Все мечтают перехватить наши потоки, потому что видят, что у старшей семьи трудности.
– Конечно, потоки наркотиков важны.
– Чья вина, что у старшей семьи возникли трудности, Кураучи-сан?
– Не мог бы ты обойтись без "сан", брат?
– Ты младший босс всего клана. Не могу же я называть
– В любом случае дела обстоят неважно.
– А кто виноват?
– Никто. Это из-за болезни босса.
– Понятно. Значит, боссу теперь и заболеть нельзя?
– Я не это имел в виду, – отчетливо произнес Кураучи. – Они пытаются использовать преимущества, которые дает болезнь босса. В такой крайней ситуации мы должны сплотиться. Вот что я хотел сказать.
– Чертовски правильно.
– Так в чем проблема?
– Кураучи-сан, чего ты от меня ждешь? Мне защищать потоки наркотиков, которые босс приказал защищать ценой моей жизни, или плюнуть на них? Вот о чем я спрашиваю. Я могу быть только в одном месте в одно и то же время. Когда заваривается такая каша, я начинаю теряться в догадках, чего же от меня ждут. Если ты мне скажешь плюнуть на наркоту, я с удовольствием сделаю это прямо сейчас. А то копы уже что-то заподозрили.
– Я не говорю, что тебе следует так поступить.
– Для меня твои слова значат именно это. Я не могу сразу заниматься двумя проблемами. Ты должен решить, чем именно я должен заниматься, Кураучи-сан.
– Давай будем честными друг с другом, брат. По-другому мы это дело не решим.
– Я говорю с тобой абсолютно честно. Я не знаю, что делать. Я прошу твоего совета.
– Значит, ты не собираешься помогать клану.
– Ты что, не слушаешь меня, Кураучи-сан? Черт возьми, если ты так считаешь, я приеду прямо сейчас.
– Так ты нам поможешь?
– Да. Только я не смогу сдержать слово, которое дал боссу. Поэтому сделаем так. Я забуду его приказы, но ты дашь мне расписку, что ты, как действующий босс, приказал мне забыть его приказы.
– А ты становишься мерзавцем, брат Танака.
– А ты? Ты намекал, что я предаю клан и босса.
– Другими словами, ты не хочешь протянуть нам руку.
– Достаточно, Кураучи-сан! Лучше не провоцируй меня. Дела с наркотиками сделали меня раздражительным. У нас не первая война с ними. Я делал с ними что хотел. Раньше я отвечал за это. Но теперь это место занимаешь ты, Кураучи-сан.
– И потому я вызываю тебя сюда.
– А что же дядья?
– В каком смысле?
– А, так мы отвечаем за все, что представляет малейшую опасность? Понял. Если наша группа создавалась для этого, то я немедленно распускаю ее.
– Разве я прошу у тебя людей, которые выиграют за нас войну? Я лишь предлагаю тебе явиться в штаб-квартиру.
– Кураучи-сан, я знаю, что должен тебе. Однажды ты договорился об отсрочке ежемесячного платежа, я это помню. Потому в разговоре с тобой я изо всех сил старался сохранить терпение. Во всяком случае, я соберу людей и приеду помогать тебе. Но больше ты договариваться об отсрочках не будешь. Потому что мы сможем вносить ежемесячные платежи – какое-то время.