Перед бурей
Шрифт:
Девушка дважды перечитала короткое послание.
— Странный стиль, — осторожно сказала.
— Верно, — Архивариус несколько раз кивнула, словно наставница, довольная удачным ответом ученицы. — Стиль совершенно неудобоваримый. Почерк человека, явно непривычного писать такие послания. Бумага сложена не так, как положено в таких посланиях.
— То есть писал не церковник, — Тания послушно сделала вывод, к которому её зачем-то подводила Архивариус. — Кто же?..
— Судя по почерку, молодой, левша,
— Чем же?
Архивариус повела единственным глазом на листок бумаги. Предлагает определить самостоятельно. И как, интересно?.. Тания не знаток всяческих зелий.
Она потрогала полоску бумаги. Помимо неровных строчек на желтоватой поверхности каким-то образом оказались записаны невнятные образы, отпечатки мыслей автора…
— Проводник меня! — удивлённо сказала Тания.
— Ага, — госпожа Архивариус кивнула. — Мне так и показалось, но проверка человека более чувствительного к таким вещам, не помешала бы.
— Поведайте остальным свою догадку, — предложил Алеф.
— Чернила!.. они были разведены жидкостью тела, слюной, скорее всего!..
— Что за ерунда? — удивилась Бета. Госпожа Архивариус неодобрительно кашлянула в кулак, и женщина выпрямилась, приняла примерный вид. Тания чуть не рассмеялась, женщина-пластун напомнила ей своих воспитанниц.
— В старых хрониках, — размеренно заговорила женщина, — есть упоминание о том, что раньше тайные послания писались кровью. Люди, достаточно чувствительные, могли определить принадлежность крови, заверив личность писавшего и подлинность послания. Сейчас это уже не практикуется.
Впрочем, я не думаю, что автор письма думал о чём-то таком. Скорее всего, он просто очень торопился. Но благодаря этому у нас есть… отпечаток мыслей. И, вместе со всем, у нас набирается достаточно примет, по которым автора можно определить.
Дальше, о содержании.
— Скорее всего, — начала Тания, видя, что все молчанием и взглядами побуждают именно её говорить, — скорее всего, всё, что изложено там, соответствует действительности.
— Да, скорее всего, — согласилась Архивариус. — К сожалению, мы мало что можем сделать.
Повисла тишина, полная безнадёжности. Из Радона уже не впервые поступали тревожные сигналы. Разбойники, которые прикрываются сепаратистскими лозунгами, перекрывают тракты и перехватывают торговые обозы, даже осмеливаются нападать на небольшие деревушки.
Стратиг на время "расследования", которое затеяли в столице, лишился всех своих полномочий. Стагор Матис был популярен в народе, Кайв опасался, что провинция встанет за своего стратига, и принял определённые меры. Вокруг Танора было несколько военных городков, но их
Сложилась ситуация "междувластия", никто не мог своей волей отправить даже малый отряд в неспокойную провинцию, не заполучив обвинение в измене.
Погодите-ка…
— Вы сказали — "мало что", — медленно произнесла Тания. — Значит, что-то всё-таки можно сделать?..
Госпожа Архивариус переглянулась с Алефом. Мужчина встал, кашлянул, сел.
— Да, есть варианты, балансирующие на грани нарушения дурацких приказов, и есть варианты, выходящие за эту грань…
Клочья утреннего тумана повисли на ставнях, стекали каплями по стеклу.
Туманное утро вползло в дом, выстудило. Симона скорчилась под плащом, пытаясь удержать крохи тепла, но прохлада щипалась, прогоняя сон. Смирившись с необходимостью вставать, она решительно отбросила плащ, спустила ноги с кровати и едва не наступила на Джонатама.
— Доброе утро, — сказал тот. В ещё затуманенном сном сознании мелькнуло непрошеное воспоминание, то же "доброе утро", только сипловатый голос не вещает с пола, а звучит со спины, щекочет тёплым дыханием.
— Это вряд ли, — Симона тряхнула головой, сбрасывая стыдные грёзы. Попыталась расчесать волосы пальцами. — Ты чего тут разлёгся?
Кошмар что такое творится с волосами. В последний раз она мыла голову, если это можно так назвать, как раз в том корыте, из которого её так невежливо вытряхнули. Волосы высохли, пряди слиплись, сбились в колтуны, события этих дней как-то не располагали к уходу за собой.
— Если я не ошибаюсь, у Фременов есть обычай мыться перед боем, — задумчиво сказала девушка, пытаясь скрутить волосы в пучок.
— Это уж как получится. Но если есть возможность — да. Ты так уверена, что будет бой?
— Не знаю, — призналась девушка. Опустила веки, считывая ментальный фон. Небольшой отряд потихоньку просыпался. В домах мало кто осмелился ночевать, ну как же, обиталища Проклятых, этак можно и на себя что-нибудь накликать… Ночи тёплые, и мужики запросто ночуют под кустом, это она, мерзлячка, прячется под плащ… даже под два плаща, надо же, как великодушно с его стороны…
Вот Джурай обходит деревню, прикидывая рубежи обороны. Луиса проверяет, как идёт заживление раны Кэвина, тот смущается, мальчишка он всё-таки, несмотря на всё продемонстрированное вчера бесстрашие. Тролль что-то обсуждает с Пегим. Джонатам сидит на полу и откровенно ей любуется…
Сосредоточение безнадёжно скомкалось. Симона почувствовала, как плеснуло огнём в лицо и шею.
— Не пялься, — сердито сказала. — Мешаешь.
Джонатам, спохватившись, опустил взгляд, и она попробовала снова. Проводник проводи этого парня!..