Шрифт:
Корепанов Алексей
Перед выбором
Темнело. В сером небе внезапно словно открылись тысячи маленьких отверстий и из них помчались вниз дождевые капли. Они с шорохом пробивались сквозь ветви сосен и падали на усыпанную сухими хвоинками землю. Paльф запрокинул голову и почувствовал, как лицо становится мокрым. Он удовлетворенно хмыкнул и, засунув руки в карманы куртки, продолжал неторопливо подниматься на холм, густо поросший соснами. Под ногами сухо потрескивали ветки, шуршала желтая трава. Проходя сквозь кусты черники, он поскользнулся
"А грибов здесь наверное тьма-тьмущая", - подумал он, поддел носком ботинка сосновую шишку и засвистел.
– Я бы что-нибудь спел, - сказал он, словно размышляя.
– Но не хочется пугать зверье.
Он засмеялся и замер, прислушиваясь к эху.
– Певец-то из меня!
И пошел дальше, раздвигая ногами намокшие папоротники.
За спиной Ральфа, в низине, сосны уже начали сливаться в сплошную черную стену. Впереди, выше по склону, тонкие стволы еще четко выделялись на фоне серого неба. Вверху они редели, обнажая вершину холма.
– Пожалуй, "мушка" там сядет, - задумчиво сказал Ральф.
Он обхватил ладонью ветку молодой сосны, резко провел по ней на себя и набрал полную горсть зеленых хвоинок. Сунул в рот.
– Кисло!
– несколько удивленно сообщил он соснам и траве.
– Ну конечно, кисло!
Будто знал об этом, да забыл.
Так медленно он и поднимался по склону, высокий, светлые волосы намокли и прилипли ко лбу, а на лице какое-то странное выражение. Словно он давным-давно не видел всего этого: сосен, мокрого мха, затейливых листьев папоротника, черных полусгнивших шишек в траве, прибитой к земле долгими осенними дождями. Не видел обыкновенного соснового леса.
Где-то в вышине, скрытый ветвями, мерно постукивал дятел. Шуршал дождь. Пахло осенью. Серело небо над соснами и казалось, что их вершины почти достают до него.
– Ну вот мы и наверху, - сказал Ральф и шлепнул рукой по тонкому сосновому стволу.
Маленький водопад дождевых капель обрушился ему на голову. Он зажмурился на мгновение, потом поднял с земли шишку и собрался запустить ею в обгорелый обрубок ствола, торчащий шагах в двадцати от него. И замер.
Сосны на вершине были когда-то вырублены и теперь из кустов черники торчали только насквозь промокшие от осенних дождей потемневшие пни. Языческим идолом возвышался в центре вырубки обгорелый ствол. А перед ним, на пне, сливаясь со стволом и почти невидимый в быстро наступавшей темноте, сидел кто-то. Ральф различал только светлое пятно лица, обращенного к нему.
"Вот сидит лесной божок, - подумал он.
– Маленький злой божок этого холма. И сейчас он мне задаст!"
Ральф негромко кашлянул и бросил шишку под ноги.
– Послушайте, это вы здесь кидались палками по деревьям, так что треск стоял на весь лес?
"Божок женского пола и никак не старше двадцати", - мысленно отметил Ральф, вслушиваясь в голос.
– Ну, положим, кинул я всего один раз, - сказал он и шагнул на вырубку.
– А насчет
"Божок" промолчал. Ральф, перешагивая через пни, подошел поближе.
Темный костюм плотно облегал небольшую фигурку девушки. Волосы были скрыты капюшоном; несколько прядей выбилось из-под него и с них на землю падали капли. Глазa под темными бровями смотрели внимательно и чуть насмешливо. А может быть холодно и неприязненно? Ральф наклонился, вглядываясь. Девушка шевельнулась, уперлась подбородком в ладони. Костюм ее едва слышно зашелестел, как сухие осенние листья.
– Тактично ли в упор разглядывать незнакомого человека?
– произнесла она в пространство.
Ральф рассмеялся и присел на корточки перед ней.
– Я ведь должен понять ваши намерения и принять какие-то меры самообороны, - сообщил он, покусывая сорванную травинку.
– Что?!
Брови девушки стремительно метнулись вверх и Ральфу показалось, что они вот-вот оторвутся ото лба и взлетят в воздух.
– Поскольку вы, вероятно, одно из тех лесных существ, - начал
пояснять он немного нараспев, - которых мы, люди, называем... м-м-м... скажем, ведьмами... Нет, нет, - торопливо произнес он, увидев, что на лице девушки появилось огорченное выражение.
– Наверное, я ошибся. Конечно ошибся! Вероятно, вы русалка. Ну из тех, что на ветвях сидят, помните?
Девушка улыбнулась и кивнула.
– А коль вы русалка и эта вырубка ваша, - продолжал ободренный
Ральф, - то почему бы вам не надавать по шее всякому, кто сюда забредет?
С этими словами он плюхнулся на колени и нагнул голову, подставляя шею.
"Вот здорово, - думал он.
– Чертовски здорово иногда стоять на коленях где-нибудь в лесу, под дождем, рядом с настоящей русалкой. Как в сказке".
Он закрыл глаза. Костюм девушки опять зашелестел и этот звук слился с шорохом дождя.
– К моему глубокому сожалению, - заговорила девушка в тон ему, русалкой я быть никак не могу.
– Почему?
– Ральф открыл глаза, но с коленей не поднялся.
Девушка смахнула с кончика носа дождевую каплю и серьезно начала:
– Н-ну, во-первых, я плоxо плаваю, а это для русалок нетипично, - и закончила, рассмеявшись: - И потом, у меня нет хвоста. А ведь даже те русалки, которые сидели на ветвях, были с хвостами.
– Да?
– Ральф потер щеку.
– Я как-то упустил это из виду.
– А холм этот мой, здесь вы правы, - продолжала девушка.
– Oго!
– изумился Ральф.
– Как это называется? Частная собственность?
А нас-то учили, что капиталисты вымерли...
– Если уж на то пошло, я скорее помещица.
– Это уже тонкости для специалистов.
– Ральф, наконец, поднялся и отряхивал прилипшие к коленям хвоинки.
– Да, холм этот мой, - повторила девушка, медленно накручивая на палец мокрые волосы.
– Здесь хорошо, особенно в такую погоду. Дождь, тишина...