Перекресток
Шрифт:
Ко мне, пульсируя матовым светом, медленно двигался ближайший шар и лениво размахивал короткими уродливыми отростками — от него явственно веяло ненавистью и угрозой. Удивительным было то, что сфероид не испытывал никаких сложностей в преодолении препятствия в виде густых нитей — они эластично выгибались, пропуская шар вперёд. Противник, готовый обрушиться всей массой, приблизился вплотную и как-то незаметно трансформировался в "огурцоид". Тело начало действовать независимо от пассивно взиравшего на происходящее сознания — сместилось в сторону и сильно пнуло противника в нижнюю часть кокона. К немалому изумлению, враг
Ощущение реальности вернулось резью в глазах от яркого солнца. Ещё немного, и я начну откровенно ненавидеть здешнее светило — никакого уважения к гостям, то плавит, то серпом по… органам! Зрительным. Со всех сторон доносился ропот множества голосов — вокруг с недоумёнными рожами галдели орки, а среди них затесался единственно молчащий Грох. Он закусил нижнюю губу и в упор пристально смотрел прямо в глаза. Что-то в его взгляде мне определённо не понравилось. Только теперь я сообразил, что сижу верхом на поверженном борове — некогда зелёное лицо каратиста приобрело подозрительный синюшный оттенок. Орк слабо застонал и зашевелился — меня мгновенно сдуло на три метра в сторону. Хряк с трудом сел, осоловело огляделся и попытался встать, но этого ему сделать не удалось и он вновь грузно опустился на землю. Толпа вновь недовольно загудела…
Наконец, спустя томительных минут десять, боров оказался на ногах и неуверенной походкой приблизился ко мне, протягивая снятое с могучей руки украшение в виде нанизанного на кожаный шнурок большущего когтя какого-то огромного животного. Хотя, чёрт его разберёт — возможно, в их мире среди зверья принято носить маникюр, а коготок принадлежит обычной чучундре. Я слегка напрягся и с недоумением уставился на недавнего противника — продать что-ли хочет за огненную воду? Сам бы не отказался сейчас хлопнуть стакан после всего случившегося, да нету.
— Бери, это теперь должно принадлежать тебе, — отчётливо прозвучал голос чёрного командира. — Таков обычай. Ты победил в поединке сильнейшего бойца племени.
— А на кой оно мне сдалось? — я спрашивал совершенно искренне.
— Лучше возьми, если немедленно не хочешь нажить множество кровных врагов, — усмехнулся он. — Орки злопамятны и найдут способ отомстить тому, кто собирается наплевать на их традиции.
Я выдавил жалкое подобие улыбки и "великодушно" принял подношение. Вновь приобретённые зеленокожие "братья", посчитав инцидент исчерпаным, переместились ближе к воротам, где тут же нашли новую забаву — принялись с энтузиазмом ковыряться в куче сваленного прямо на земле оружия. Удивительные создания! Прямо как дети…
— Дрался ты, конечно, нечестно, — вновь заговорил Грох. — В таких поединках ценятся сила и ловкость, а не магия. Но когда речь заходит о собственной шкуре, все средства хороши, не так ли? Твоё счастье, что эти болваны ничего не заметили, иначе в коллекции вождя Унка стало бы на один череп больше.
Кровосос посмотрел таким взглядом, будто хотел вывернуть меня наизнанку и узнать, чем мы сегодня завтракали. Затем продолжил нравоучения:
—
— Берегись, если что-то задумал — теперь я буду следить за тобой, — бросил он напоследок и, резко развернувшись, быстро зашагал прочь — полы его плаща колыхались, как крылья гигантской чёрной моли.
— Я думала, орк тебя убьёт, — послышался сбоку тихий голос Хельги. — Так страшно было…
— Я тоже… А что вообще произошло? — я с надеждой посмотрел в испуганные глаза девушки. — Ничего не помню, всё как в тумане — очнулся только верхом на борове.
— Да я и сама не успела ничего разглядеть. Когда он набросился, ты как-то оказался у него за спиной, потом орк споткнулся, а ты начал его душить…
Похоже, с перепугу она тоже ничего не рассмотрела, а очень хочется знать, что же на самом деле произошло. Не идти же теперь с расспросами к кровососу, уж он-то точно всё заметил. Ещё подумает, что над ним решили поиздеваться, ну и устроит показательные выступления по всем правилам…
— Ну что же, очень неплохо. Правда, контроль над телом ты полностью потерял. Мне пришлось заняться им самому, но в остальном твои действия достойны всяческой похвалы — испуг помог тебе на короткое время увидеть потоки Силы.
Серхио! Вот кто ответит на все вопросы — совсем забыл про тёзку- квартиранта!
— Все объяснения потом, — мгновенно отреагировал испанец, — а сейчас нужно заняться тобой — из-за сильного стресса выплеснулось разом столько энергии, что просто необходимо срочно восстановить силы. Сядь где-нибудь поудобней и расслабься, я научу тебя правильно дышать…
А ведь верно, только сейчас до меня дошло, как дрожат от усталости колени, а тело покрылось липким холодным потом — точь-в-точь как после полёта. Я перебрался под дерево поближе к уже высохшей рубашке и с наслаждением привалился к стволу.
— Значит, так, — начал Серхио инструктаж. — Правило первое — дыши животом. Вообще-то, сделать это несложно, большинство мужчин от природы привыкло именно к такому способу, а вот женщины, в основном, дышат грудью. Просто постарайся выдвигать вперёд живот, всё остальное получится автоматически…
Я старательно проделал предложенную гимнастику.
— Хорошо, — похвалил испанец. — Теперь второе условие — придерживайся следующего ритма: для начала на четыре секунды вдох, потом на четыре задержка дыхания и опять же на четыре выдох. Когда не будешь испытывать трудностей, увеличивай счёт до восьми, шестнадцати и так далее. Главное, чтобы сам процесс проходил легко, без напряжения… Схемы дыхания существуют разные, но пока освой эту — в восточной традиции она называется заполнением равностороннего треугольника.
Странно, но почему-то приказы Серхио не вызывали ни малейшего протеста, я сам себя не узнавал! Возможно, понемногу начинал чувствовать единство с испанцем — всё же тело у нас теперь общее, вряд ли он станет небрежничать в отношении нового дома.
— Подожди немного, расслабь кисти, — испанец прервал меня на середине цикла.
Пальцы на руках вдруг зашевелились и сплелись в немыслимую для здравого рассудка комбинацию.
— Что это?! — совсем гуру с ума спрыгнул!