Перекресток

Сир Андре

— Хорошо, — Хрохан махнул рукой, понимая, что спорить с упёртым идиотом бесполезно. — Мне твой план не нравится, но я понимаю, что ты просто не хочешь бросать своих новых друзей. Странно, конечно, наблюдать столь трогательную заботу о злейших врагах, ну да ладно — пусть идут с нами. Смотри только, не пожалей потом…

На улице я шумно вздохнул — маленькая, но победа! И тут же возмущённая до последней степени Хельга встретила меня вопросом:

— Зачем?! Лучше бы оставались здесь и получили по заслугам!

В её словах слышалась неприкрытая ярость, а мне вдруг стало невыразимо тоскливо. У кажого есть готовое решение,

каждый уверен в своей правоте, ну почему же тогда никто не хочет понять и меня?!

— Видишь ли, я не считаю "наших" орков врагами. Они отличаются от местных злобных созданий, помогали нам не раз, хотя никто их об этом не просил, и бросать их на верную гибель я не могу, не хочу и не буду! — я говорил подчёркнуто спокойно, но при этом чувствовал, что ещё чуть-чуть и начну самым натуральным образом хамить. — Нравится тебе это или нет, уж извини. Я не собираюсь потом вечно носить клеймо предателя!

Девушка собиралась что-то сказать, но потом передумала и, круто развернувшись, направилась к ожидавшему нас чуть в стороне уаху. Опять двадцать пять! Господи, ну почему все шишки вечно летят в мою голову?! В минуты раздражения в голове частенько возникают глупые риторические вопросы. Вот как сейчас, например — есть ли на свете хоть одна счастливая семья из космополита и расиста? Новое слово в социологии — космополитический расизм! Абсурд, конечно, только почему на душе так гнусно?

В то же самое время в шатре Трижды Великого вождь Огу рассказывал о неудачном нападении на Краст и серьёзных потерях в армии. Бедолага военачальник красочно расписывал слаженные действия своих воинов, которые без сомнения захватили бы крепость, если бы не неожиданно огромное число защитников, а также подлые действия людей, зашедших в тыл наступавшим и перебивших почти половину шаманов.

— Но самое главное, — добавил Огу, — что нас одновременно атаковали десятки сильных магов, против которых мы ничего не смогли сделать. Мои воины отважны, Трижды Великий, но против магов бессильны. Хорошо ещё, что я вовремя заметил опасность и увёл армию, иначе погибли бы все.

Вождь Тху чувствовал, как внутри начинает медленно разгораться чёрный огонь ярости и мщения. Он хмуро смотрел на командира-неудачника и соображал — убить его прямо сейчас или устроить всё же показательную казнь? Похоже, и сам Огу понимал, что жизнь его висит на волоске, поэтому поспешил предъявить то, ради чего он прибыл в ставку сам, рискуя лишиться головы — протянул Трижды Великому стрелу, вырванную из тела убитого шамана.

— Что это? — Тху недоумённо переводил взгляд с лица обречённого командира на зажатый в кулаке предмет.

— Три зимы назад мои воины столкнулись в жестокой схватке с разведчиками эльфов. С ними был человек, лучник, и он успел убить немало моих бойцов такими же самыми стрелами, — Огу вновь продемонстрировал характерное серое оперение, — а эту я вчера нашёл на поле возле Краста.

— Ты хочешь сказать, что против нас выступили эльфы?! — от изумления Тху совершенно забыл о собственной ярости.

— Вряд ли, — осторожно заметил Огу. — Эльфы без повода не нападают. Точно утверждать можно лишь одно — вчера тот самый лучник был возле крепости людей и именно он перебил наших шаманов.

— И что с того?

— У меня есть идея, как хотя бы на время поссорить людей с эльфами, а поможет нам эта стрела. Надо скрытно послать небольшой

отряд опытных разведчиков, уничтожить несколько остроухих и обязательно оставить там стрелу. Судя по всему, эльфы хорошо знают этого лучника, поэтому легко догадаются, кто именно совершил подлое убийство. Они непременно захотят заполучить его голову, Трижды Великий!

На лице вождя появилась злорадная улыбка — план ему определённо понравился. Что же, Огу заслужил прощение, но пусть сам и докажет на деле свою преданность и умение.

— Немедленно отправляйся в дорогу, — Тху вновь принял важный вид. — Разведчиков подберёшь сам. И с тобой пойдет мой шаман — я хочу, чтобы в этот раз всё прошло гладко…

* * *

… На этот раз Серхио в астрале я нашёл на удивление легко — казалось, что он поджидает меня давно и с нетерпением. Для полного антуража не хватало только кучи окурков у него под ногами. Сомневаюсь, конечно, что испанец курит, но здесь же можно всё — для прикола мог бы себе позволить "пыхнуть". Местом встречи испанец выбрал скалистый берег моря: отвесные стены с глубокими трещинами подступали к самой воде, а ленивые волны раз за разом накатывались на мокрый камень, словно пытаясь тихой лаской успокоить истерзанную плоть земли. Высоко над головой вцепилась узловатыми корнями в утес и тянулась мохнатыми ветвями к облакам стройная корабельная сосна. Как будто надеялась поймать и примерить ажурную туманную обновку. Серхио сидел на гладком валуне, собирал крупную гальку и "лепил блины", с силой запуская голыши в сторону моря. Обманутые всплесками чайки широко раскрывали клювы в беззвучном крике, пикировали на место очередного фонтанчика воды и в который раз обиженно взмывали вверх, так и не получив несуществующую добычу.

— Ну, что у вас нового? — заметив моё присутствие, испанец начал разговор первым.

— Завтра утром отправляемся дальше. Теперь наша цель — море, — ответил я, устраиваясь рядом. — Символично, что ты выбрал именно такой пейзаж.

— Море? — переспросил Серхио. — Зачем личу понадобилось море?

— Если уж быть совсем точным, он собирается за море — там якобы есть материк, к которому он в данный момент и стремится. Очевидно, принц что-то вычитал в старинных манускриптах — я видел у него свиток.

— Откуда у Хрохана свиток, орки дали?

— Нет, похоже, Грох привёз — он на четыре дня куда-то исчез, сегодня только вернулся, а у лича сразу появился старый пергамент. Кстати, там записана легенда человеческой расы, так что вряд ли свиток хранили орки.

Испанец надолго задумался, продолжая механически собирать гальку. Похоже, в Хоредоне от заметил именно Гроха. Теперь можно сказать наверняка, что любознательный некромант посетил городскую Библиотеку, а свиток попросту украл…

Разочарованные неудачей, чайки улетели от берега и кружили теперь в отдалении маленькими белыми точками. Повинуясь моей воле, исстрадавшаяся бесконечной охотой сосна, наконец, нацепила на себя, как фату, симпатичное облачко и стояла, горделиво выставив напоказ белоснежное свадебное убранство.

— Харат и дальше идёт по нашим следам? — прервал я размышления Серхио.

— Что? Да, но сейчас он находится возле Краста — это крепость примерно в дне пути от лагеря Тху. Вчера орки напали и если бы не вмешательство Магистра, крепость бы пала.