Перекресток
Шрифт:
Грох замедлил шаги и обернулся — вроде всё спокойно, погони нет. "Едва не попался на глаза Магистру Дастарога", — с облегчением вздохнул маг, — "Никак не ожидал встретить его в столице. Не мешало бы, конечно, узнать, что он тут делает… Впрочем, это уже неважно — я добыл то, что искал и появляться в городе больше не собираюсь." Грох сжал спрятанный под плащем старинный свиток и слегка поморщился: опять не всё прошло так гладко, как хотелось, опять Повелитель будет недоволен. Маг слишком увлёкся поисками, поэтому не сразу заметил подкравшегося сзади служителя Библиотеки. Досадно, но любопытного смертного пришлось убить. Причём примитивнейшим способом, при помощи
На полпути к Лесам Орков навстречу некроманту попался всадник, яростно погонявший взмыленного коня. Грох задумчиво посмотрел ему вслед — что-то случилось на границе, неужели зашевелилась Орда? "Странно, принц не собирался ничего предпринимать до моего возвращения, надо спешить", — пронеслось в голове мага и, прижимая к груди драгоценную добычу, он помчался в сторону Краста в надежде ещё до темноты добраться до границы леса.
Однако, планам Гроха осуществиться в этот день не судилось: издалека некромант услышал глухое буханье взрывов и заметил вспышки зарниц над крепостью — легко было догадаться, что там кипит жаркая битва с использованием мощных заклинаний боевой магии. Чертыхнувшись, командир нежити резко свернул в сторону. Придётся объехать опасное место дальней дорогой — быстрого возвращения в лагерь орков уже не получится…
Серхио ожидал Мадука в небольшой комнате для важных гостей в резиденции Верховного Магистра Хоредона. То ли сказывались столичные порядки, то ли сам Маг любил роскошь, но аппартаменты он обставил по-королевски. Ламбрекены с изящными золотистыми кистями, прикрывавшие сверху тёмно-синие драпри на стрельчатых окнах, полупрозрачные узорные портьеры на дверях, мебельный гарнитур, выдержанный в стиле, напоминающем рококо, огромное металлическое зеркало на стене в тяжёлой бронзовой раме и чудесного розового мрамора массивный стол на гнутых ножках — все говорило об изысканном вкусе хозяина. Если добавить сюда ещё и толстый ковер на полу возле уютного мягкого дивана, красивые гобелены на стенах, канделябры из тёмной бронзы и десятки ярко горящих свечей, то можно было догадаться, что Магистр не привык экономить на обстановке.
В комнату стремительно вошел Мадук и испанец облегчённо вздохнул — двухчасовое вынужденное безделье в золотой клетке порядком ему надоело.
— Орки напали на Краст, мы срочно выезжаем, — коротко бросил Магистр.
Серхио молча проследовал за ним во двор, где уже слышался гул множества голосов и резкие слова команд — городской гарнизон спешно собирался в дорогу. Неровный свет сотен факелов бликовал многочисленными отражениями на металле доспехов, выхватывая из вечернего сумрака напряжённые лица воинов — молодых и старых, бородатых и безусых, разных и всяких. Узнает ли он кого-нибудь, когда вернётся назад? Странно устроены люди, чаще всего запоминают только героев и погибших, остальные как-то теряются в суете мирных будней…
— А где сам Магистр? — спросил испанец, оглядываясь по сторонам.
— Он сейчас занят, собирает магов Хоредона.
— Я думал, что в предвоенное время все должны быть наготове, — искренне удивился Серхио.
— Конечно, только орки торчат на границе уже больше года и до сих пор не нападали. Какой смысл держать людей в постоянном напряжении? У них своих забот хватает, — слегка раздражённо ответил Мадук — видимо, он тоже был недоволен беспечностью
— Только бы гарнизон Краста продержался до нашего прихода, — с тревогой добавил Магистр, пристраиваясь в конец колонны рыцарей Хоредона.
Тяжелые конники походным порядком проехали через ворота Внутреннего Города и с ужасным грохотом пустили коней рысью, распугивая редких прохожих на центральной улице сонной столицы. Впрочем, пройдёт совсем немного времени и Хоредон всё равно проснётся — худые вести разносятся быстро…
Отряд добрался до крепости под утро. Ещё издали воины услышали истошные крики воронья — этих пернатых крыс военных баталий. Беспокойная стая кружила ленивым вихрем, прижималась к земле и постепенно редела — всё больше и больше птиц приступало к долгожданному кровавому пиршеству. Само поселение пряталось за пеленой едкого удушливого дыма, сквозь который проступали неясные очертания полуразрушенных стен. И всюду, насколько далеко позволял увидеть серый сумеречный свет, на чернеющем как после весенней пахоты поле валялись присыпанные землёй, исковерканные какой-то могучей силой трупы орков…
Уцелевшие ворота со скрипом отворились — навстречу всадникам вышли несколько десятков оставшихся в живых измученных битвой людей. Мадук проехал вперёд и вслушался в негромкие слова доклада командира защитников:
— Они напали днём с трех сторон одновременно и сразу взорвали стены. Мы бы не продержались, если бы не те люди, — он сверкнул белками глаз на закопчёном лице и устало кивнул головой в сторону, где только сейчас Магистр разглядел группу вершников.
— Мастер! — один из незнакомцев помахал рукой. Мадук с удивлением узнал в кричавшем Агриэля.
Маг приблизился к мечнику с радостной улыбкой на лице — он никак не ожидал встретить следопыта под стенами Краста. Магистр медленно обвёл взглядом спутников Агриэля и, хотя готовился к этой встрече всю дорогу, вдруг словно окаменел — на него пристально смотрел человек, которого давно считали исчезнувшим навсегда.
— Нам надо поговорить, Мадук, — ровным голосом произнёс "воскресший" Харат.
— Думаю, тебе стоит его внимательно выслушать наедине, — подтвердил подъехавший Серхио. Испанец почему-то был абсолютно уверен, что следопыты не знают, с кем провели столько дней вместе — уж слишком свободно чувствовали себя друзья Агриэля. А время ворошить прошлое ещё не настало…
5. Дорога на юг
Одиночка на чужой земле, что может быть хуже? Когда не знаешь, в какой стороне ждёт тебя отдых и обед, где найти кров над головой, чтобы пережить ночь или переждать непогоду. Тем более, что каждый встречный легко опознает в стройной девушке степнячку — раскосые глаза кочевника не спрячешь. Гауры точно так же видели в кара-маулях только врагов. Когда и почему началась эта вражда, вряд ли кто теперь вспомнит — повод для ссоры найти всегда легче, чем сделать шаг к примирению…
Гата решила пробираться вдоль реки — выведет поток к какому-нибудь селению, а там и дорога в Город отыщется. Девушка внимательно посматривала по сторонам, стараясь запомнить малейшие подробности. Видеть, понимать и помнить дорогу отец научил с детства. Как-то зимой, совсем ещё маленькая Гата побежала за юркой серой мышкой, выскочившей из-под снега возле самых ног. Не догнала, конечно, куда такой малявке тягаться с ловким грызуном! Потом девочка заметила ещё одну мышку, а чуть дальше резвились сразу три… Гата сама не заметила, как ушла далеко в степь. А потом пошёл снег. Даже не пошёл, а повалил сплошной стеной, так что небо и земля слились в одну молочную пелену. Следы засыпало почти сразу, и девочке стало страшно — она не знала, в какой стороне искать дом…