Переплавка
Шрифт:
Гораздо больше мальчишку интересовал другой вопрос:
— А зачем нам эти бревна? Сидеть на них, что ли? Так маловаты.
— На костер, на ночь, — пояснил Серёжка. — Кладешь в костер сначала два рядом, а потом между ними сверху третье, и можно всю ночь спать спокойно. Долго будут гореть.
— А что, разве ночью дозора не будет? — удивился Никита.
Серёжка посмотрел на друга круглыми как старинные монеты глазами.
— Ты чего? Как можно без караула?
— Ну, так они бы могли дров подкинуть.
— Им что, делать больше нечего? Караул для того и назначается, чтобы караулить, а не
— Понятно, — задумчиво протянул Никита.
За ужином Валерка, а потом и присоединившийся к разговору Паоло постарались разговорить Игоря на тему межзвездных перелетов, чтобы выяснить, где же всё-таки они очутились. Но тут, как говориться, коса нашла на камень. Игорь то ли тщательно скрывал свои знания в области астрономии, то ли ими не обладал.
Валерке почему-то вспомнилась пьеса Фонвизина «Недоросль» из школьного курса русской литературы. Главный герой… правда, никакой он не герой, а совсем наоборот, но положено говорить, что главный герой… В общем, центральный персонаж по имени Митрофанушка абсолютно не хотел учиться. А мать его лень только поощряла. По ходу пьесы про географию говорилось, что она, мол, "не дворянская наука: есть извозчики, которые знают, куда вести". Казалось, что именно таким образом Игорь и воспринимает космос: есть название Сипа — и достаточно. А знать всякие лямбды да каппы, да ещё из маленьких созвездий вроде Лисички или Волос Вероники — это ни к чему. Если к этому добавить, что Игорь, как и Митрофанушка, был дворянином, то картина складывалась удручающая. Но ведь были же во времена Митрофанушек и совсем другие дворяне. Те, что не просто знали географию, а, собственно, её создавали, уходя в дальние экспедиции и стирая с карт Земли белые пятна. Так что не в дворянстве тут дело, а в отношении к жизни. Одни всю жизнь ищут знания, а для других знания — досадная обуза.
Ну, ладно, можно допустить, что при активном освоении космоса гелиоцентрическая система координат станет неудобной. Всё-таки Солнце, пусть родное и единственное, но не более, чем маленькая звезда на краю Галактики. Но тогда напрашивается переход на сферическую систему координат с центром в центре этой самой Галактики. Радиус-вектор и пара углов: один от условной плоскости Млечного Пути, другой на ней. Вычислительной мощности и программного обеспечения коммуникаторов, которые были у Валерки и Паоло, хватило бы, чтобы пересчитать координаты. А база данных известных звёзд, позволила бы привязаться к старому доброму земному названию, если эта звезда, конечно, в базе имелась. Ведь даже самая современная техника не позволяла астрономам делать громких заявлений, что им известны все звёзды, входящие в Галактику.
Но Игорь не про какую систему координат не обмолвился. Совсем. Сипа и Сипа. А когда ребята попробовали перевести разговор на астрономию вообще, понес какие-то совершенно несусветные вещи. Отец, услышав такое, наверняка бы вспомнил одну из своих любимых шуток, про специалистов, "не способных отличить бозона от бизона".
Валерка счел за благо под благовидным предлогом разговор замять. Это опять же была отцовская мудрость: если не знаешь, что делать и можешь подождать, то подожди.
Информации вскоре действительно прибавилось. Но только таким образом, как никто не ожидал.
Ужин был уже съеден ("научная экспедиция" продемонстрировала не то что отменный, а просто волчий аппетит), пора было расползаться по палаткам ложиться спать, но, как водится, народ немного засиделся у костра. В этом плане жители разных миров оказались схожи, одинаково подвластны очарованию танцующего пламени, возле которого хочется задержаться подольше, даже если точно знаешь, что назавтра предстоит тяжелый день.
Тут-то и проявил активность молчаливый до этого Робик:
— Простите, но я хотел бы задать вопрос.
— Конечно, спрашивай, — поспешил с ответом Валерка, давно осознавший, что если андроиды проявляют инициативу, то ситуация очень далеко выходит за рамки нормальной. Даже если, как это было сейчас, люди не замечают абсолютно ничего необычного.
Игорь шумно выдохнул, неприязненно покосился на Робика, но ничего не сказал.
— Я только хотел узнать функции сопровождающего нас устройства наблюдения.
— Устройства наблюдения? — переспросил Мурманцев.
— Да.
— Ты хочешь сказать, что нас сопровождает устройство наблюдения? — в голосе Игоря явственно слышались тревога и подозрительность.
— Да.
— И давно?
— Я не могу ответить на этот вопрос. В тот момент, когда мы присоединились, оно уже было с вами.
— И ты ничего не сказал? — Валерке показалось, что глаза Игоря полыхнули огнем.
— Я не имел такого задания.
Робик в своем поведении был безупречно логичен, претензий к нему быть не могло. Другое дело, что Никита сразу догадался: устройство слежение могло быть только вражеским. Для человека такие вещи очевидны, но не для андроида.
— Так, — Игорь машинально утер рукой лоб. — Ну и где сейчас это самое устройство наблюдения?
— Дистанция семнадцать целых сорок две сотых…
— Робик, лучше покажи, — сориентировался Никита. — Можешь дать картинку так, чтобы это устройство её не заметило?
— Конечно. У него довольно ограниченный спектр наблюдения.
Из открывшегося во лбу андроида крохотного отверстия ударил тонкий, но быстро расходящийся по сторонам зеленый луч, сформировавший прямо над костром светящуюся сферу диаметром немного поменьше полуметра. Внутри неё проступила картинка: сначала сидящий вокруг костра отряд. Черты расположившихся у огня маленьких фигурок были переданы настолько четко, что каждый мог опознать себя.
Толя и Поля не выдержали и захихикали. Да и у ребят постарше картинка вызвала невольные улыбки. Серьезными остались только привычные к такому зрелищу «попаданцы», Игорь и еще один парнишка с вечно грустным лицом, которого звали, кажется, Виталиком.
Между тем, Робик постепенно увеличивал масштаб изображения. Теперь в него попали не только костёр и ребята, но и палатки, а главное — ближайшие к костру деревья. Возле ствола одного из них красным пятнышком замерцал искомый прибор наблюдения. На короткий момент андроид дал его изображение крупным планом: маленький бочонок, с парой вытянутых вдоль корпуса крылышек-стабилизаторов. А потом снова вернул прежнюю картинку.