Переправа
Шрифт:
Дэвид смотрит в сторону автостоянки. Проследив за его взглядом, Рут видит знакомый грязный «мерседес», останавливающийся у доски объявлений заповедника. Из него вылезает Нельсон в джинсах и старой куртке и идет широким шагом к траншее. Рут бессознательно вытирает грязные руки о штанины и пытается пригладить волосы.
— Привет, Рут.
Устав смотреть на людей снизу вверх, Рут вылезает из траншеи.
— Привет.
— Похоже на цирк, не находишь? — говорит Нельсон, неодобрительно оглядывая
— Тут все очень организованно, — говорит Рут. — И ты же сам дал разрешение на раскопки.
— Да, мне важна любая помощь.
— Нашли что-нибудь в круге хенджа?
— Ничего.
Нельсон молча смотрит мимо траншей и аккуратных отвалов земли на море. Рут уверена, что он вспоминает то утро, когда они обнаружили тело Скарлетт.
— Я видел тебя вчера, — произносит Нельсон, — на похоронах.
— Да, — кивает Рут.
— Хорошо, что приехала.
— Мне это было нужно.
Нельсон как будто собирается что-то сказать, но тут раздается знакомый веселый голос:
— А, старший инспектор…
И появляется Эрик.
Насколько Рут понимает, звание это более высокое, однако Нельсон не поправляет его. Он довольно сердечно приветствует Эрика, и, перемолвившись несколькими словами с Рут, мужчины уходят, деловито разговаривая. Рут непонятно почему чувствует себя раздраженной.
К обеду, устав и потеряв интерес, она подумывает, как бы незаметно улизнуть к себе в коттедж, выпить чашку чаю и принять горячую ванну. И тут две тонкие руки закрывают ей глаза.
— Догадайся, кто?
Рут отстраняется. Она узнала запах духов. Шона.
Подруга садится рядом с ней на траву.
— Ну, — спрашивает она улыбаясь, — нашли что-нибудь интересное?
Как обычно, Шона выглядит потрясающе, несмотря на то (или потому?), что как будто и не добивалась этого. Ее длинные волосы закручены в тугой узел, ноги в джинсах выглядят очень стройными, а объемная серебристая куртка только подчеркивает худобу. «Я бы выглядела пугалом в этой одежде», — думает Рут.
— Почти ничего, — отвечает она. — Только несколько монет.
— Где Эрик? — интересуется Шона, Рут кажется, с чуть преувеличенной небрежностью.
— Разговаривает с Нельсоном.
— Правда? — Шона приподнимает брови, глядя на Рут. — Я думала, они друг друга терпеть не могут.
— Я тоже так думала, но теперь они как будто вполне ладят.
— Мужчины, — пренебрежительно говорит Шона, плотнее запахивая куртку. — Чертовски холодно. Долго ты намерена здесь оставаться?
— Я как раз собиралась пойти домой, выпить чашку чаю.
— Тогда чего мы ждем?
Глава
По дороге Рут борется с совестью. Шона была так любезна — не раздумывая позволила пожить у нее. Рут толком не поблагодарила ее, оставила лишь краткое сообщение на автоответчике. Нужно вернуться туда за своими вещами. Шона была ей хорошей подругой в течение многих лет. Когда Рут рассталась с Питером, Шона утешала ее и купила несколько бутылок белого вина. Они провели вместе бесчисленное количество вечеров, смеясь, болтая, плача. Даже ездили в отпуск в Италию, Грецию и Турцию. Позволит ли Рут злобным сплетням Катбада разрушить эту дружбу?
— Извини, что я вчера так уехала, — говорит наконец она. — Почему-то после похорон захотелось оказаться дома.
Они уже подошли к коттеджу. Рут открывает дверь и пропускает Шону вперед.
— Ничего, — успокаивает Шона. — Я все прекрасно понимаю. Тяжело было на похоронах?
— Да, — отвечает Рут, ставя на плиту чайник. — Ужасно. Родители едва держались на ногах. А гробик… Душераздирающее зрелище.
— Могу представить. — Шона садится и снимает серебристую куртку. — Ничего нет страшнее, чем потеря ребенка.
«Все так говорят, — думает Рут, — может быть потому, что это правда. Трудно представить что-то более жуткое, чем похороны своего ребенка». Она мельком вспоминает родителей Люси Дауни, уходящих с похорон под руку. Это еще страшнее? Лишиться дочери и не иметь возможности с ней проститься?
Рут заваривает чай, делает бутерброды, и они сидят в дружеском молчании. За окнами начинается дождь и укрепляет решение Рут не возвращаться на раскопки.
— Вчера я видела Катбада, — сообщает она.
— Кого-кого?
— Майкла Мэлоуна. Которого допрашивали в связи с убийством Скарлетт.
— Господи! Где ты могла его видеть?
— Здесь. Он пришел поговорить со мной.
— Черт возьми, Рут, — содрогается Шона. — Я бы голову потеряла от страха.
— Почему? — спрашивает Рут, хотя так перепугалась, что спала с кухонным ножом под рукой. — Его же не обвинили в убийстве.
— Знаю, но все равно. Что ему было нужно?
— Хочет, чтобы я обелила его имя.
— Ну и наглость.
— Да, пожалуй, — соглашается Рут, хотя чуть-чуть польщена.
— Какой он, этот Катбад?
Рут смотрит на подругу.
— Не помнишь его? Он тебя помнит.
— Что?
Шона вынула гребни, распустила волосы и явно недоумевает.
— На раскопках хенджа он был лидером друидов. Все время носил большой пурпурный плащ. Он не забыл, как ты им сочувствовала, присоединялась к протестующим.
Шона улыбается:
— Катбад… Теперь вспоминаю. Ну, если я не ошибаюсь, он был доброй душой.