Переселенки
Шрифт:
— Выгода, Варт. Ты же всегда твердил, что вы живете по принципу: «Я делаю, что мне выгодно».
— Это означает как минимум: «Я не нарушаю законов»!
— Да что ты так взъелся на меня? Какие законы я нарушила? Перечисли! Он все равно отступник, драконы встали на мою сторону, так что все нормально.
— Нет! Притащить в дом бывшую собаку с драконенком-полукровкой — это ненормально! Заявить в лоб всем драконам, что они бесчувственные чурбаны, а ты знаешь лучше, что делать в таком случае, — это тоже ненормально! Приказать барону открыть портал, не обращая внимания на законного отца ребенка, — это тоже
— Совершила выгодную сделку, естественно. В твоем клане будет подрастать еще один дракон, сильней меня и наших с тобой детей. Разве плохо?
— Не нужно невинно взмахивать ресницами! Я на тебе женат уже девять лет!
— Вот именно. Девять жутких лет я сижу в этом дурацком мире, света белого не вижу, чуть ли не вяжу-вышиваю, жить, как привыкла, не могу, одеваться — тоже, и когда я наконец совершаю доброе дело… Варт! Я не договорила!
Портал захлопнулся, я ожидаемо осталась в комнате одна. Козлина, а не муж…
Ирма:
Еще один длинный день наконец-то прошел, незаметно и невозвратимо. Скоро с работы должен был вернуться любимый, а пока же, закончив делать уроки с детьми, я отправила их смотреть мультфильмы под присмотром домработницы, а сама привычно села к зеркалу. Ира, появившаяся с той стороны, выглядела усталой, раздраженной и какой-то растрепанной.
— Вот скажи мне, дражайшая подруга, глупость мужская, она лечится? Хотя бы скалкой? Или сковородкой? Или уже все, поставить крест и прибить по-тихому?
— Вы опять поругались?
— Это даже руганью назвать нельзя. Тут все в разы хуже: «Есть два мнения: мое и пошли все в лес». Да, Антону передай, у Зойки пацан родился. Собственно, поэтому мой ненаглядный супружец сегодня и бушевал.
— В смысле? Он был против родов?
Иронично изогнутая бровь подруги привычно дала понять, что я несу чушь.
— В смысле, что снова решил отказаться от выгоды.
Фраза прозвучала странно, и я уточнила:
— Так а в чем лично его выгода?
— Как в чем? В новом драконе для клана, — и безмятежный, кристально честный взгляд.
Уже начиная подозревать, что именно могло случиться, я спросила:
— Ты забрала ребенка?
— И ребенка, и Зойку, — кивнула собеседница.
— Оба сейчас живут у нас дома, в отдельных комнатах. И не надо на меня так смотреть. Ничего ужасного не произошло. Этот дебильный дракон, ее законный муженек, как оказалось, хотел в наглую присвоить младенца, чтобы с помощью малыша выторговать себе возвращение всех возможных привилегий, а не нужную ему Зойку планировал вышвырнуть куда подальше. Так что ящерицы должны мне спасибо сказать и в ножки поклониться: я им сложную ситуацию разрулила.
— Не понимаю, — недоуменно покачала я головой. — Как рождение ребенка способно помочь в возврате привилегий? Чем он мог их всех шантажировать?
— Да просто все, — пожала плечами подруга, рассеянно вертя в руках какое-то изящное серебряное украшение. — У драконов сейчас практически перестало появляться потомство. Фиг его знает почему, может, из-за спеси их, может, что в организме не то, но чудовища теперь дрожат за каждым драконенком. А этот урод же вне закона за все свои выходки. Ну и хотел поторговаться: у меня, мол, право отца, я могу сделать с ребенком все, что захочу; но
Действительно, урод. Я не могла себе представить, чтобы Тоша или тот же герцог, при всех его недостатках, поступили подобным образом по отношению к собственным наследникам. Что ж в душе должно твориться, если человек, вернее дракон, на такие гадкие поступки оказывается способен?
— А ты? У тебя разве есть права на ребенка?
— С какой это радости? Кто я им? Нет, естественно. Зато у Зойки есть. Как у матери. Правда, не все ящерицы с этим согласны, но то уже их проблемы.
— И ты просто взяла и забрала мать с ребенком? Тебе позволили? И отец не пытался помешать?
Кривая усмешка подругу не портила, но придавала ее красивому аристократичному лицу хищное выражение.
— Ты забываешь, что у меня пятеро детей. Пятеро потенциальных драконов, Ирма.
— To есть ты…
— Шантажировала этих чешуйчатых гадов, все верно. И в отличие от отступника, мои права в их обществе не урезаны, так что… Для всех сплошная выгода. Осталось только дождаться, когда этот тупой баран все наконец поймет.
Глава 2. Уже поздно возвращаться назад, чтобы все правильно начать, но еще не поздно устремиться вперед, чтобы правильно закончить. Ошо. В Бенгалии и Греции, в Австралии и Швеции Вам скажут, что находчивей Мюнхаузена нет. Мультфильм «Приключения Мюнхаузена»
Ирина:
Услышав от перепуганной Верис, что в коридорах на всех этажах завелись очередные плотоядные монстрики, причем довольно крупные и, похоже, в этот раз, ради разнообразия, ядовитые, я тяжело вздохнула: похоже, Зире все же придется нанимать учителя уже в таком нежном возрасте. Варт настаивал на данном шаге еще полгода назад, но мне не хотелось загружать ребенка. Все-таки учеба — это труд…
Тройняшки активно грызли гранит науки уже два года, хотя, судя по постоянно творимым ими пакостям, полученные на уроках знания только прибавили их и так не маленькой силе разрушительности. Дочь я тоже планировала «усадить за парту» с пяти лет. Увы, похоже, не судьба. Слуги уже шарахаются ребенка и стараются поменьше передвигаться по дому. Была б их воля, совсем сбежали бы. Вот когда за клятву верности роду спасибо скажешь.
— Госпожа, к вам барон Лоринор дос Патнерус.
Я очень рада… Опять Лора принесло. И что ему неймется, на ночь-то глядя.
Дракон разговаривал в гостиной с моим ненаглядным муженьком, высоким плечистым шатеном с лукавыми глазами цвета пьяной вишни, тонким прямым носом и волевым, почти квадратным подбородком на аристократическом холеном лице. Оба сидели, развалясь, в удобных мягких креслах и неспешно потягивали из пузатых хрустальных бокалов вино домашнего приготовления, совсем недавно присланное управляющим из дальнего имения Варта. Глаза цвета пьяной вишни внимательно осмотрели жену, облаченную в скромный темно-зеленый шиварон, нечто длинное и мешковатое, изобретенное для подобного приветствия гостей в ночное время. Удовлетворившись увиденным, Варт кивнул своим мыслям и поднялся.