Перевоплощение
Шрифт:
«Знали бы о том, что произошло Патрик с Кэйлой. Вот посмеялись бы они. И эта, красавица с Глазго. Тоже смеялась бы. Все смеялись бы. Придурки. Наверное, это все же хорошо, что так все и произошло. Теперь я больше никогда не увижу ни этого идиота Патрика, ни эту шлюху Кэйлу. И учиться теперь не надо, и ходить куда не хочется тоже не надо, и делать. Никто теперь меня не заставит, никто не знает, что Дэниел стал котом. Теперь я буду сам по себе. Сам себе буду хозяином. А все остальные пусть горят синим пламенем. Буду одиноким, каким и всегда был. Так легче жить. Должно быть легче, – Дэниел почувствовал, как увлажнились глаза. Он попытался утереть глаза, да не
Откуда-то донесся шум. Дэниел соскочил с дивана и побежал на звук. Оказавшись в коридоре, Дэниел успел заметить Тайги, побежавшего в спальню. Из комнаты сына показалась Мэри.
– Да что ж это за наказание-то такое? Теперь одеть его не могу.
«Ты б его еще запеленала, – фыркнул Дэниел. – Где ты видела кошку или кота в одежде? Теперь этот придурок будет голяком бегать и меня позорить, вернее, мое тело. Нет, это уже не мое тело. С сегодняшнего дня это тело придурка Тайги, а мое тело теперь вот это, – Дэниел выпрямил передние лапы и довольно выгнул спину. – В чем-то оно даже лучше предыдущего. Гибче и выносливее. А еще у меня должно быть девять жизней. Интересно, это правда про девять жизней или чушь собачья? Ну, если кошка вдовы Дженкинс себе шею не свернула, когда падала с балкона, то, может, и есть парочка жизней в запасе. Хорошо было бы».
Дэниел заглянул в спальню. То, что он увидел, заставило его расхохотаться. Правда, хохот у него получился не человеческий, а кошачий, череда фыркающих звуков, рвущихся будто наперегонки из пасти. Дэниел стоял и смотрел, как Тайги-человек пытается втиснуться в кошачью корзинку.
«Вот придурок! Человеческое тело хочет засунуть в кошачью корзинку. Ну, разве не придурок? Всегда это знал», – Дэниел упал на спину и принялся кататься по полу, пофыркивая.
– Мамочки, – Мэри приложила пальцы рук к губам. Взгляд ее метнулся от сына к коту, от кота к сыну. – Да вы что оба с ума посходили? За что же мне это? Дэни, – Мэри схватила сына за руку. – Как же ты не понимаешь, что это корзинка Тайги? Она же такая маленькая, а ты такой большой. Ну почему ты не хочешь полежать на кровати в своей комнате? Что же это такое творится? – Мэри попыталась поднять сына на ноги, но тот мяукнул и упал на корзинку. Корзинка затрещала, словно закричала от боли, и развалилась.
– Дэни, что же ты наделал? Где же теперь Тайги спать будет? – всплеснула руками Мэри.
Но ее мнимого сына это вряд ли озаботило. Он скрутился калачиком на обломках корзины и задремал.
Мэри хотела, было, его разбудить, но махнула рукой, развернулась и направилась к телефону. Сейчас у нее было только одно желание. Чтобы мистер Браун как можно быстрее приехал и вылечил ее сына.
Глава 6. Мистер Браун
Дэниел лежал на табурете в кухне и наблюдал за тем, как Тайги-человек, склонившись над кошачьей миской, выхватывал зубами кусочки мяса и проглатывал. Дэниел фыркнул и ударил лапой по крышке табуретки, затем снова и снова. Совсем недавно он обнаружил еще один способ выразить смех. К частому фырканью добавились удары лапой.
«Он такой смешной, – думал Дэниел. – Хотя идиоты все смешные. У него есть руки, а он хватает мясо зубами. Мозги совсем не соображают. Видели бы это отец с матерью. Точно, инфаркт получили бы».
Желанию Дэниела сбыться было не суждено, Мэри закрылась
Насытившись, Тайги-человек принялся лакать воду из соседней тарелки, затем посмотрел по сторонам, заметил деревянный брусок, прислоненный к стене, и двинулся к нему. Приблизился к бруску, выгнул спину и положил на брусок пальцы рук. Дэниел не сразу понял, что собрался делать Тайги. Но когда тот принялся двигать пальцами по бруску вниз-вверх, ему все стало понятно. Тайги точил когти!
«Ну и дубина! У тебя же когтей нет. Ногти только посдираешь», – Дэниела передернуло, когда он представил раны на пальцах от содранных ногтей.
Тайги понадобилось немного времени, чтобы понять, что он что-то не то делает. Острая боль пронзила его руки, и из-под парочки ногтей показалась кровь. Зашипев от боли, Тайги отскочил от бруска, словно от змеи. Взглянув на брусок, будто на заклятого врага, он лизнул поврежденные ногти и вышел из кухни, вернее, выполз, так как передвигался на коленях и ладонях. Дэниел проводил Тайги недоумевающим взглядом, затем поднял голову и устремил взгляд на стол. Нос задвигался, вдыхая запахи, несшиеся со стола.
«Зато у меня теперь нюх шикарный. Вот бекон учуял, – Дэниел повел носом. – Ага, точно – бекон».
Дэниел заскочил на стол, где лежали нарезанные, но так и не съеденные Эваном Макмиланом кусочки копченого бекона, выбрал на вид самый аппетитный и принялся за трапезу.
«Вкуснятина, – Дэниел вонзил зубы в мясо. – Это тебе не кошачий корм. Я б эту вкуснятину каждый день ел».
Кусочка бекона Дэниелу вполне хватило, чтобы насытить маленький кошачий желудок. Облизавшись, он спрыгнул со стола и направился прочь из кухни. Но, оказавшись в коридоре, остановился, так как заметил Тайги. Тот как раз выползал из туалета.
«Хорошо, что хоть к туалету он был приучен», – подумал Дэниел. Дождавшись, пока Тайги скроется в спальне, Дэниел забрался в туалет и мгновение спустя выскочил оттуда пулей.
«Ну и вонь! – Дэниел забежал в свою комнату и запрыгнул на кровать. В памяти всплыла куча кала в кошачьем судочке. – Тупой придурок! Унитаз для чего предназначен?! Теперь мне некуда в туалет сходить. Хотя…» – Дэниел соскочил с кровати, выбрался в коридор и двинулся к ванной. Спустя минуту он уже выходил из нее довольный тем, что нашел выход.
Клацнул ключ в замке, входная дверь открылась, и на пороге возник Эван Макмилан. Дэниел метнулся к себе в комнату, запрыгнул на кровать, прижался к ней телом и устремил взгляд в коридор. В коридоре слышался шум, затем он переместился на кухню, вернулся в коридор и начал приближаться к комнате Дэниеля. В дверном проеме возник Эван Макмилан, окинул комнату взглядом, принюхался и шагнул в сторону раскрытой туалетной двери.
«Что сейчас будет», – пронеслось в голове Дэниеля.
Эван Макмилан скрылся с глаз. Дэниел спрыгнул с кровати и стал пробираться к выходу из комнаты. Не успел он пройти и метра, как тишину квартиры взорвал крик Эвана Макмилана.
– Твою мать! – орал Эван Макмилан. – Дебил! Обосрал весь туалет! Я его мордой в говно засуну!
Из гостиной выскочила Мэри Макмилан.
– Что случилось? – в глазах женщины поселились тревога и страх.
– Зайди в туалет и посмотри, что натворил этот идиот, – отозвался Эван Макмилан, остановившись у входа в спальню. – У него точно мозги не на своем месте. Но я знаю, как вставить ему их на место.
Мэри подбежала к туалету. Одного взгляда оказалось достаточно, чтобы увидеть, что произошло.