Перевоплощение
Шрифт:
Неизвестно, сколько Дэниел еще простоял бы, созерцая красоту Стерлингского замка, если бы не собачий лай, раздавшийся совсем рядом. Сначала Дэниел не придал ему большого значения. Но по мере приближения собачьего лая, у Дэниела в груди все больше и больше росло беспокойство. Чувствуя раздражение, Дэниел отвернулся от Стерлингского замка и посмотрел в сторону лающих собак. Лай доносился со стороны Бэк О'Хилл-роуд, невидимой из-за небольшого подлеска, раскинувшегося по обе стороны от Балленджех-роуд. Дэниел поднялся на задние лапы, чтобы дальше видеть. Тревога ворвалась в его сознание, требуя к себе пристального
Из-за деревьев выбежала стая собак и побежала в сторону кладбища Балленджех. Дэниел поднялся на задние лапы и замер сусликом. Ближайшая к Дэниелу собака повернула голову, заметила его и залаяла. В тот же миг все собачьи головы обернулись к Дэниелу. Глаза собак зарыскали вдоль Балленджех-роуд. Заметив кота, собаки издали многоголосый лай и понеслись к нему. Дэниел опустился на передние лапы и оглянулся в поисках камней. Камней было предостаточно.
«Безмозглые собаки, – Дэниел ухмыльнулся и направился к ближайшему булыжнику. – Похоже кое-кого надо проучить».
Дэниел потянулся за камнем и вздрогнул, когда вместо привычной руки увидел кошачью лапу. – «Черт! Я же кот! Опять забыл. Когда-то такая забывчивость может мне дорого обойтись или даже стоить жизни. Чертов человеческий разум. Как я могу думать о себе как о животном, если разум у меня чело?.. – Дэниел замер и посмотрел в сторону приближающихся собак. – Я – кот. Они – собаки. Собаки и коты ненавидят друг друга, а если так, то… Деру!!! – кто-то завопил внутри Дэниела. – Паскудство! Они же разорвут меня на части!»
Дэниел прыжками понесся вдоль дороги. Сзади несся собачий лай. Холод ворвался в сознание Дэниела, когда он понял, что лай не отдаляется, а, наоборот, приближается.
«Точно разорвут! Дурацкие кошачьи лапы!» – в эти секунды безумной гонки кошачье тело с короткими лапами уже не казалось Дэниелу великолепным. Строение тела собак, как и длина их ног, было намного лучше приспособлено к бегу, чем кошачье, особенно на большой дистанции. Дэниел чувствовал, как выдыхается. Дыхание сбилось. Мышцы на ногах заныли, жалуясь на выпавшую им горькую участь. С сожалением Дэниел понял, что изнеженное, не знавшее улицы тело Тайги если и способно бегать, то только на кухню к миске с кормом или в туалет к судку.
«Нет, нет. Я не хочу умирать. Не хочу!!!» – Дэниел почувствовал, как холод когтистой лапой ухватил за сердце.
Слева показались дома. Между ними Дэниел заметил проход, свернул туда и выбежал на поле. Слева возносился Замковый холм со Стерлингским замком на вершине, справа, в отдалении, виднелась Раллок-роуд.
Дэниел понесся вперед, с ужасом осознавая трагичность ситуации, в которую попал. Лай слышался совсем рядом. Похоронным маршем звучал он в ушах Дэниела, заставляя трепетать сердце от страха. Ох, как неприятно было ощущать себя жертвой. Ужасно неприятно! Дэниел боялся обернуться. Ему казалось, что зубы собак вот-вот вонзятся ему в спину. Он уже чувствовал боль, которая должна была взорвать его сознание с секунды на секунду. Его шерсть щетинилась от одной мысли, что совсем скоро тигровый окрас станет темно-красным от крови,
«Я не могу… – мысли в голове Дэниела носились как безумные. – Больше не могу… Мне больно… Лапы… лапы отваливаются. Я их уже совсем… не чувствую. Умереть… Лучше умереть, чем терпеть эту боль… Горлом кверху… Упасть… Тогда будет не больно… Наверное… Клыки вонзятся в горло и все… Тогда будет все…»
Дэниел готов уже был грохнуться на мягкую траву и застыть в ожидании быстрой смерти. И все же что-то в груди удерживало его от этого шага. Лапы, как и прежде, возносили тело вверх, бросали вперед, стараясь унести прочь от опасности. Жажда жизни все никак не желала покидать это маленькое кошачье тельце.
«Чертов инстинкт самосохранения, – Дэниел почувствовал, как страх начал уступать место злости. – Сдохнуть и все! Конец мучениям. Зачем ты только нужен? Тупой инстинкт! Тупой пережиток прошлого! Не даст умереть!»
По правую сторону от Дэниеля панорама поля слилась в одну сплошную линию, по левую мелькали деревья Замкового холма. Едва взгляд Дэниела зацепился за деревья, в тот же миг в его груди затеплилась надежда.
«Как только мне это раньше в голову не пришло! – сознание Дэниеля заполнил поток мыслей. – Я же кот, а где коты прячутся от собак? На деревьях!»
Словно второе дыхание открылось в груди Дэниеля. Лапы наполнились новыми силами, боль в груди поутихла, надежда окрепла. Дэниел рванул к ближайшему дереву, высокому ильму. Дэниел не думал о том, как он взберется по его вертикальному, без единого сучка стволу. Главное было до него добраться, а там видно будет. Если разум у него человеческий, то тело – кошачье, с цепкими острыми когтями на пальцах. Нижние ветви дерева находились метрах в двух от земли, не так уж и много для кота, правда, для кота полного сил, а не для едва ли не издыхающего от перенапряжения всех членов.
Добежав до подножия Замкового холма, Дэниел начал прыжками взбираться вверх по склону. Пять метров до вожделенного дерева… четыре… два… Дэниел рванул к дереву. Тело взмыло вверх, когти выскользнули из пазух и вонзились в ствол дерева. Где-то за спиной раздалось клацание зубов. Но Дэниел ничего не замечал. Все его внимание сосредоточилось на том, чтобы удержаться на стволе, и не просто удержаться, а взобраться по нему наверх, к нижней ветви, обещавшей безопасность и отдых в тени раскидистой кроны дерева.
Дэниел напряг мышцы на задних лапах, прижался к стволу и выбросил тело вперед, затем снова и снова. Мышцы ныли от перенапряжения. Рот пересох. Было невероятно жарко. И, тем не менее, Дэниел снова и снова бросал тело вверх, карабкаясь по стволу, подальше от воя, несшегося снизу, поближе к безопасности. Наконец-то, обессиленный, но довольный Дэниел втащил тело на нижнюю ветку дерева, обхватил ветку лапами и свесил голову вниз. Улыбка тронула его губы. Стая собак бесновалась внизу, жадно пожирая кота глазами. Дэниел насчитал семь собак в стае. К своему удивлению среди них он узнал немецкую овчарку и колли. А он-то думал, что за ним гнались дворняги.