Перевозчик
Шрифт:
Хорошо, что мы со Штормом среагировали и сильно проредили их «систему освещения», сейчас это мне очень помогало. Но и без прожекторов, светящих на крышу, на дорогах вокруг здания тоже было светло. В основном это похоже, был свет фар. Мне помогало то, что я был над другой крышей, и она заслоняла от меня свет снизу.
Но светло было только в непосредственной близости от нашей постройки. Дальше территория промки тонула во тьме.
Вся, за единственным исключением!
В нескольких сотнях метров я увидел какое-то светящееся зарево бледно-жёлтого, почти белого цвета. Этот неуловимый оттенок желтизны был точно таким же, как и у накрывавшего нас купола, в момент, когда он проявился.
В общем, зарево имело неестественную форму. Свет так себя не ведёт! А какой из этого можно было сделать вывод?
Вывод был простой: мне нужно туда!
Во всём происходящем я очень отчётливо понимал одну простую вещь. Бежать и прятаться мне нельзя. Нужно срочно что-то предпринимать.
Наше положение резко ухудшилось, и обострение ситуации не пошло на пользу. Теперь карман находится на открытом пространстве и на некоторой высоте. В общем, вход просматривается со всех сторон. Помимо этого, враги визуально могли увидеть место, где была точка входа. Если даже не точно, то примерно. Они наверняка видели, где исчезли Петя и Шторм.
Плюс ко всему я остался снаружи, а это могло спровоцировать наших на «операцию по спасению». Я боялся, что они сейчас ринутся в бой, чтобы меня вытащить. Этого делать ни в коем случае не стоило, потому что тогда чёрные точно добьются своего, но помешать им отсюда я никак не мог. Оставалось только надеяться на их здравый смысл. Выпрыгивать из кармана под колпаком у противника, это чистое безумие. Тем более что нас ведь ждали! Наших сил наверняка не хватит, чтобы справиться с чёрными. И пусть мы имеем некоторые козыри, но и они наверняка тоже. Кое-что мы видели на эстакаде, и, скорее всего, это была лишь малая часть. Да ещё и этот проклятый купол!
Я свесился по пояс и попытался нащупать ногами выбоины в кирпичах. Одну ногу мне удалось зацепить, я посчитал что этого достаточно и, ухватившись за край, стал медленно опускаться.
Скалолазание, наверное, очень интересное занятие, но сейчас этот процесс мне радости совершенно не доставлял. Цепляясь пальцами за выщербленные кирпичи, сдирая на них кожу и ломая ногти, я очень осторожно опускался всё ниже и ниже.
Я собирался прыгнуть с высоты полутора, может, двух метров, но так сосредоточился на спуске, что сам не заметил, как достиг крыши примыкающего здания. Железо слегка прогнулось и громыхнуло под ногами. Та крыша, где мы были до этого, была плоской и состояла из бетонных перекрытий, застеленных рубероидом. Эта же была двускатной и металлической.
Благо, после того как началась заварушка, на улице стало очень шумно и режим тишины чёрные соблюдать совершенно перестали. Это давало мне шанс пробежать по громыхающей крыше незамеченным. Однако сильно шуметь всё равно не стоило.
Справа от здания активность на земле была выше, и света там было больше. За краем крыши не было видно, что именно там происходит, но я предпочёл держаться от этого места подальше и побежал вдоль конька с левой стороны, ещё и пригибаясь при этом.
Как осторожно я ни старался ставить ноги, всё равно железо несколько раз сильно сыграло под ногами, издав характерный звук. Ну да ладно, уже ничего с этим не поделаешь.
На территории промки было много построек. Большинство крыш были наверняка заняты чёрными. Я старался держать в уме те места, где были расположены раньше прожектора, чтобы не попадать в зону прямой видимости. Хотя эта самая видимость была сейчас плохой, ведь на улице была тёмная постапокалиптическая ночь. Оставшаяся пара прожекторов освещала крышу, с которой я сейчас сбежал, а свет снизу не доставал сюда, отрезаемый краем крыши. Эти частичные засветы даже были мне немного на руку. Если кто-то смотрел на освещённое место, а большинство именно так и делало, то, переведя взгляд на тёмную крышу, где я находился, они видели хуже, потому что зрение не успевало перестроиться.
В общем, до конца крыши я добрался без приключений, и вроде бы меня никто не заметил. Там, где я оказался, был торец здания, вдоль которого шла дорога. Напротив был большой корпус, значительно выше того, на котором я сейчас стоял. Наверное, там раньше были какие-то цеха. Чтобы попасть туда, нужно было спускаться вниз, перебегать открытое пространство дороги и искать вход внутрь.
Был и другой вариант. Между корпусами шла труба. Не очень толстая, в диаметре всего сантиметров семь или восемь, наверное. Можно было попытаться перебежать по ней. Правда, если оступиться, то падать придётся с высоты высокого второго этажа. Шансы сломать себе при этом что-нибудь были вполне реальные. Чудо, что я там, на крыше, при падении остался цел.
Послышался приближающийся шум мотора, я быстро лёг на крышу и прижался к ней, постаравшись слиться с тенью. Из-за угла выехал грузовик. В кузове что-то бугрилось накрытое брезентом. За грузовиком бежала дюжина солдат, топая синхронно в ногу.
Они быстро миновали переулок, и здесь вновь стало относительно тихо, хотя с соседних улиц по-прежнему доносилось много шума. Чёрные развернули на территории промки бурную деятельность, и не нужно было гадать, против кого она направлена.
— Ладно! — шепнул я, — ладно! Нельзя объять необъятного. Всего сразу я не решу, нужно сделать хотя бы что-то, что в моих силах!
И не давая себе опомниться и передумать, вдруг резко побежал по трубе через этот переулок.
Я не знаю, хорошим ли это было решением и стоит ли такое повторять, но в этом случае то, что я не дал себе подумать, сыграло на руку. Я не оступился, не поскользнулся и сумел добраться до противоположного здания. Продолжил бы сомневаться, возможно, всё получилось бы хуже. Потому что как только я прижался к стене, луч прожектора сместился с крыши где всё началось, и начал скользить по окрестностям.
«Пощупал» он и ту крышу, где я только что был. Но вот на стене он меня уже не коснулся, мешал угол, и пошёл дальше исследовать здание, где остался наш карман. Осветил и то место, где я спускался по стене.
Труба, достигнув здания, изгибалась под углом девяносто градусов и дальше шла строго вертикально вдоль стены. Здесь мне деться с неё было некуда, и я полез выше. Моей целью было окно, находящееся сейчас метрах в пяти от меня и полуметре от проходящей мимо трубы.
Карабкаясь от одного крепления трубы к стене, к другому, я довольно быстро преодолел нужное расстояние. Там я некоторое время висел, прислушиваясь, пытаясь понять, есть ли кто-то внутри. В теории могли быть, но проверить можно было, только заглянув внутрь. Вообще, это здание было напротив нашего корпуса, и здесь наверняка были солдаты врага, но я надеялся, что они расположились выше, чтобы иметь лучшую позицию. Здесь им сидеть было бы бессмысленно.