Персик
Шрифт:
Муж Клер Антони был вице-президентом компании «Крайслер» и отвечал за подразделение легковых и грузовых автомобилей. И именно поэтому ей было особенно обидно, что эта огромная глыба, а не машина, не заводилась. Ей всегда хотелось иметь что-нибудь симпатичное, маленькое, например спортивный «ягуар» или «МЖ» — что-то импортное и стильное, под стать ей самой, подумала она с улыбкой. А вместо этого Клер застряла сейчас в наипоследнейшей модели компании, такой неудобной и длинной, так что было чертовски неудобно давать задний ход, а еще труднее —
Вздохнув, Клер вышла из машины и печально оглядела ее. Внезапно она со всей силы пнула ногой по колесу. «Черт бы тебя побрал!» — злобно выругалась она.
— У вас неприятности? — Ноэль рассмеялся вслед за своими словами, и она рассмеялась вместе с ним.
— Поймана на месте преступления, — ответила она. — Муж никогда бы мне этого не простил.
— Тогда он не очень понимающий человек. В конце концов, вы только пнули ногой шину. Могли бы разбить машину о стену.
— Я бы сделала это, — призналась Клер, — но она не заводится.
— Очевидно, из-за того, что вы надолго оставили включенными фары. — Ноэль показал на фары, ярко горевшие в вечернем солнце. — Было темно, утром шел дождь, а когда выглянуло солнышко, вы и забыли, что они включены.
— Так, — сказала Клер, скрестив руки и прислонясь спиной к машине, — из вас вышел бы неплохой Шерлок Холмс.
Ноэль пожал плечами.
— Простая дедукция, леди, но я работаю под Филиппа Марлоу.
— Послушайте, Филипп Марлоу, теперь, когда мы знаем, в чем дело, как будем выходить из этого положения?
Он оценивающе взглянул на нее. Она была высокой, пять футов и девять-десять дюймов, с длинными изящными ногами в красивых туфлях из кожи ящерицы, которые совсем не предназначались для того, чтобы пинать шины. Гладкие черные волосы, коротко и модно постриженные, одета в красный жакет и юбку, а за очками в красной оправе ему улыбались карие глаза.
— Мы можем пойти в «Пойнт-Чартрейн-отель», он через дорогу, — ответил Ноэль, — позвоним в гараж, чтобы подъехали и зарядили аккумулятор, а я могу предложить вам пока выпить чего-нибудь на ваш вкус.
Клер вздохнула.
— Всегда ценила в мужчинах сообразительность, — сообщила она, забирая свою сумочку с сиденья и и захлопывая дверцу. — Вперед, Филипп Марлоу.
Клер отказалась от предложения Ноэля выпить, и вместо этого они заказали кофе, а она поведала ему свою историю — почему обречена иметь огромный «крайслер», несмотря на свою близорукость и габариты машины, заставив его смеяться над рассказом о перипетиях парковки. Она жила в белом двухэтажном доме в колониальном стиле на Блумилд-Хиллз, с мужем, преданным служащим «Крайслера», и двумя детьми — тринадцатилетним Кимом, посещавшим среднюю школу и носившим скобки на зубах для исправления прикуса, и одиннадцатилетней Керри, обещавшей вырасти красавицей.
— Как ее мать, — подсказал Ноэль.
— Вообще-то она похожа на отца. Но, тем не менее, спасибо за комплимент.
— Вы, наверное,
Клер лукаво посмотрела на него.
— Если хотите знать, мне тридцать четыре года, — сказала она, — и я действительно слишком рано вышла замуж. Я сама часто об этом думаю. Но это вовсе не означает, что я чем-то недовольна, — добавила она с улыбкой, — это просто размышления дамы среднего возраста. А теперь поговорим о вас.
— Мне тридцать, управляющий отделом в «ГЛ Моторс». Живу здесь, в Детройте, в городе.
— И это все?
— Что вы имеете в виду?
— Ну, все остальное. Откуда вы, что делали до того, как стали управляющим, кто ваша жена?
Ноэль наклонился через стол и взял ее руку, посмотрел на широкое золотое обручальное кольцо и кольцо с крупным бриллиантом, полученное в подарок в день помолвки.
— Я могу прочитать вашу судьбу по ладони, — сказал он. — Милая английская девушка из хорошей семьи, помолвлена в девятнадцать лет с подающим надежды парнем из колледжа Айви Лиг, замуж вышла в двадцать, сразу родила ребенка, спокойная семейная жизнь в Блумфилд-Хиллз — дамские завтраки, собрания литературного кружка, званые обеды, а на Рождество собирается вся семья, и масса подарков для каждого.
Клер спокойно выдержала его взгляд, затем взяла его руку, удерживавшую ее, и перевернула ладонью вверх.
— А теперь я узнаю вашу судьбу, мистер Марлоу, — тихо сказала она. — Я вижу очень одинокого человека.
Ноэль согнул пальцы, сжав ее руку в своей.
— Может быть, вы и правы, — небрежно бросил он. — Я никогда не задумывался над этим.
— Тогда, может быть, пришла пора сделать это. — Клер резко поднялась. — Я должна идти. Возьму такси, а потом попрошу, чтобы занялись моей машиной.
Они вместе вышли из отеля.
— Подождите, — сказал Ноэль. — Я хотел бы увидеть вас снова.
Она внимательно посмотрела на него, стянув рукой в перчатке ворот своего красного жакета под подбородком.
— Мы даже не представились друг другу, — наконец, улыбнулась она.
— Ноэль, Ноэль Мэддокс.
Он быстро нацарапал свой телефон На обратной стороне визитки.
— Клер, — попросил он, — позвоните мне, пожалуйста.
Такси остановилось у тротуара, и она села в него, натягивая юбку на свои красивые колени. Ноэль с волнением ждал, придерживая дверцу.
— Я позвоню, — сказала Клер, встретившись с ним взглядом.
Ноэль захлопнул дверцу, и такси тронулось. Когда она оглянулась, он стоял и смотрел ей вслед.
Ноэль не представлял, куда приглашают замужнюю женщину, известную в обществе Детройта, для того чтобы заняться с ней любовью, поэтому пригласил ее домой.
— Господи помилуй! — воскликнула Клер на пороге квартиры. — Что-то среднее между могилой и залом ожидания в аэропорту.
Она осторожно прошлась по черному ковру, осматривая скользкие кожаные диваны с выражением ужаса на лице.