Перстень Агируса
Шрифт:
— О, мне бы очень этого хотелось!
Марк улыбнулся и сказал:
— Я тоже приготовил подарок для тебя, но позволь мне вручить его в более спокойной обстановке, когда мы хоть немного уладим возникшие проблемы.
— Разумеется, милый.
Пока я собирала лекарства по старинным рецептам в чемоданчик, Марк отыскал Питкина и сделал ему укол.
— Что это?, — спросила я.
— Инъекция «Спиритуса».
— Зачем, он же идет на поправку?
— На всякий случай, для твоей безопасности.
Сюзан Картер впервые
Вернувшись в Мейсен Мэнор, Марк отправился в лабораторию, чтобы помочь профессору, а мне надлежало дать Соне привезенное средство от смертельной лихорадки.
Я нашла ее лежащей под капельницей. Она была обессилена и ужасно бледна. Кисти рук девушки подрагивали и без конца теребили одеяло. Дыхание было коротким и поверхностным. Я очень испугалась, потому что подруга выглядела умирающей.
— Соня, — обратилась я к ней.
Никакой реакции. Я тормошила ее, звала по имени, гладила по волосам. В ответ на все эти усилия девушка попыталась открыть глаза, заморгала часто-часто, стало видно, что зрачки скрыты под верхними веками, показались лишь белки и глаза снова закрылись. Соня промычала что-то слабым голосом и обмякла, вытянувшись на кровати.
В панике я принялась искать пульс, нашла с трудом, он был слаб, будто подрагивающая ниточка. Положение было крайне опасным.
Вошла Рэйчел, она толкала перед собой тележку с какими-то приборами и прозрачными трубками. Увидев, в каком состоянии оказалась Соня, женщина всплеснула руками, охнула и нажала красную кнопку тревоги на пульте, укрепленном позади кровати. Я подбежала к ней со словами:
— Как же вы оставили Соню одну, миссис Слейтер? Она может умереть!
— Я выполняю все распоряжения сэра Альфреда, мисс Грей, — строго глядя мне в глаза, ответила Рэйчел, — эта девушка была в одиночестве не больше пяти минут, я всего лишь вышла за приборами.
Она еще говорила, когда в палату, как ураган, ворвался профессор с криком:
— Что случилось!?
Ученый прибежал по тревоге, Марка с ним не было.
— Соня умирает!, — мой голос был каким-то чужим, прерывающимся от волнения и страха за подругу.
— Странно! Я не заметил никакой опасности. В моей лаборатории я вижу на мониторе жизненные показания мисс Складовски. У нее все протекает так, как и должно в этой ситуации.
Профессор подошел к лежащей девушке, взглянул на светящиеся цифры и символы приборов, но, все-таки, по старинке, приложил ладонь к ее лбу и нащупал пульс. Выпрямившись, он с усмешкой сообщил:
— Ложная тревога, дамы. Пациентка не умирает, она превращается. Сейчас самое время дать ей ваше лекарство, мисс Грей.
Я немедленно приступила к выполнению этого задания. Через полчаса мне удалось завершить свое дело. Все это время Рэйчел находилась поблизости. Дружеского расположения ко мне она не выказывала, но и враждебности не демонстрировала. Меня это вполне устраивало.
Пора было ехать домой и я стала искать Марка, чтобы попрощаться. Его лаборатория оказалась запертой. В коридоре дежурил Джек Слейтер, он сообщил, что Марк куда-то уехал, а профессор пошел в палату к миссис Фостер. Я отправилась туда же.
Альфред Мейсен сидел в стороне от кровати Евы, чтобы не провоцировать попытку нападения. Рядом с ним стояла такая же тележка с приборами и трубками, какую я видела в палате у Сони. Альфред Мейсен поднял на меня угрюмый взгляд и сказал:
— Хорошо, что вы пришли, мисс Грей, поможете мне немного?
— Конечно, сэр, — с охотой согласилась я.
— Мы будем переливать Еве искусственную кровь, вытесняя тот страшный коктейль, в который превратилась ее собственная кровь в результате инфекции.
— А что это такое — искусственная кровь, сэр?
— Это изобретение Марка, — с гордостью ответил профессор, — он создал заменитель крови путем сложного синтеза, используя морские водоросли.
— А почему, сэр, нельзя перелить донорскую человеческую кровь?
— Сейчас это не поможет. Вирус быстро испортит донорскую кровь. А в искусственной крови эта инфекция не живет и не размножается. Заменитель можно использовать не более трех дней, а потом все же придется перелить Еве донорскую кровь. Но эти три дня дают нам запас времени, чтобы попытаться изгнать вирус из клеток тела Евы, где он «гнездится».
— Спасибо за объяснение, сэр, а где Марк?
— Недавно позвонила Эллинор и попросила его срочно приехать, сказала, что это очень важно.
— Где у них встреча, сэр?
— В Белдорфе.
Не могу сказать, что меня порадовало повышенное внимание Эллинор к моему парню и его готовность помогать ей. Но я прогнала посторонние мысли, облачилась в халат, тщательно вымыла руки, натянула перчатки и шапочку, а лицо закрыла маской и защитными очками.
— Командуйте, профессор Мейсен, — сказала я, и мы приступили к переливанию крови.
Когда я вернулась в палату Сони, то увидела у ее кровати плачущую Рэйчел.
— Она все-таки умерла, — всхлипывала женщина.
В моей груди все сжалось и похолодело, со страхом я приблизилась к лежащей подруге и склонилась над ней. Девушка была страшно бледной, лицо изменилось — стало похудевшим, черты заострились.
Рэйчел показала рукой на прибор, регистрирующий работу органов:
— Видишь, Энни, сердце не бьется.
Я стала искать пульс на запястье девушки, но так и не нашла его.