Перстень Мериада
Шрифт:
Ударив одного в пах, и до крови прокусив руку второму мужчине, она неожиданно вырвалась и вцепилась в волосы невесте, в клочья разорвав подвенечный венок.
Подняв с пола нож, стриженая девушка обвела безумным взглядом гостей и прошипела:
— Убью первого, кто подойдёт! Ну, кто смелый?
К ней бросились пятеро крепких мужчин. Бороться с ними было бесполезно, но она боролась. Её обезоружили и поволокли во двор.
— Повесьте её, повесьте эту гадину! — крикнула им вдогонку изрядно потрепанная невеста.
Когда на следующий день Стелла выезжала из
Земли от Британа до Симонароки покрывал пёстрый ковер табунов, в которых выращивались лучшие грандванские лошади, по баснословным ценам продававшиеся на гигантском торге в Эмиаре.
Стелла сделала короткий привал возле одного из таких табунов. К ней тут же подъехал главный погонщик и осведомился, не продаёт ли она своих лошадей. За Ферсидара он давал две тысячи, а за Лайнес — одну. Принцесса в вежливой форме отказала ему.
Ночевать тоже пришлось под открытым небом.
Ей не спалось: может, мешала полная луна, а, может, Шарар, возившийся с мозговой костью. Она перевернулась на спину, чтобы лучше видеть небо.
Торжественное молчание ночи нарушили шаги. Периферийным зрением Стелла заметила тень, мелькнувшую возле лошадей. Девушка села и прислушалась: действительно, рядом кто-то ходит. Залаял Шарар, На мгновенье всё стихло, а потом ночную тишину нарушили приглушённые ругательства.
Взяв меч, Стелла подкралась к незваным гостям. Её подозрения оправдались: погонщик, торговавший её лошадей, пытался их украсть. Пришёл он не один, а с помощником. За ними, как тень, следовал Шарар.
Принцесса оглушила одного из воров. Второй обернулся, схватил её за руку и легко повалил с ног.
— Я предлагал Вам деньги — Вы отказались. Так что не взыщите!
Меч зазвенел, затерялся где-то в мокрой траве.
На помощь хозяйке пришёл Шарар: он вцепился вору в ногу. Пытаясь избавиться от собаки, тот поскользнулся и упал. Пес мгновенно среагировал на его падение, сжав челюсти в мертвой хватке.
Тем временем, второй вор пришёл в себя. Но принцесса нашла меч быстрее, чем он поднялся на ноги. Приставив к его горлу холодный металл, девушка велела обоим убираться.
Чем ближе она подъезжала к Симонароки, тем больше её угнетала пустынная негостеприимная местность. Табуны уходили на север, прочь от ставшей опасной границы. Голодные степные волки бродили поодиночке по бескрайним просторам, протяжно воя по ночам. Порой казалось, что это воют не они, а плачет и стонет от боли человек. Пару раз серые хищники нападали на лошадей, но всякий раз Стелла отгоняла их прочь, во мрак ночи. Еду приходилось добывать охотой на местную дичь: джейранов и мелких диких лошадей, называемых в Грандве пуэрко. Иногда в погоне за будущим обедом принцесса проводила не один час, но никогда не тратила время впустую.
Шёл пятый день пути от Британа. Солнце пригревало совсем по-летнему, заставив окончательно распрощаться с тёплыми вещами и тщательно уложить их на дно сумки. Боясь получить солнечный удар, принцесса повязала на голову платок.
Покончив с перемещениями вещей в сумках, Стелла огляделась. Перед
Человек был низкорослым, не выше подростка, но плотно сбитым, широкоплечим, с мощным торсом и длинными давно немытыми косматыми волосами. В его облике было что-то звериное, одежда только усиливала это впечатление: на нём были лохмотья из непонятного материала. Он шёл босиком; волосатые ноги покрывал толстый слой засохшей грязи.
Шарару этот тип не понравился: он глухо рычал. Стелла насторожилась.
Странный путник заметил её, остановился и шумно втянул в себя воздух. «Хуга барра!» — проревел он и, позабыв о человеческом происхождении, помчался к принцессе на четырёх конечностях. Заметив клыки, выступавшие из-под его верхней мясистой губы, девушка поспешила ретироваться.
Внутренний голос и инстинкт самосохранения в один голос твердили: «Беги!»; она и не сопротивлялась.
Странное человекообразное существо бросилось в погоню. Передвигалось оно очень быстро, словно лесной хищник.
Убедившись, что неприятный тип не отстаёт, Стелла выпустила в него стрелу. Просвистев в воздухе, она вонзилась в спину преследователя. Взвыв от боли, он, вопреки здравому смыслу, побежал ещё быстрее. Девушка пустила вторую стрелу, но промахнулась: чудище вдруг резко вильнуло влево. Выстрелить в третий раз она не успела: преследовавшее её существо прыгнуло на неё и повалило на землю. Шарар пытался спасти её, но был безжалостно отброшен в сторону. Несколько раз перевернувшись в воздухе, щенок плюхнулся в траву. Поднявшись, он снова бросился в атаку. Что случилось с ним на этот раз, принцесса не видела — она слышала лишь приглушенный визг.
Девушка долго и безнадёжно боролась, пустив в ход единственное доступное оружие — кинжал, но противник был сильнее, а она слабела с каждой минутой.
Потом принцесса будто провалилась в тёмную бездну.
Стелла очнулась то ли в гигантской развороченной норе, то ли в низкой землянке. Вокруг было темно, сыро и чем-то омерзительно пахло. Тело ныло от синяков и ссадин, бока горели, голова кружилась. Превозмогая боль и подступавшую к горлу тошноту, принцесса заставила себя встать на четвереньки. Перед ней маячило светлое пятно выхода, и девушка, забыв обо всём на свете, ползла к нему.
Багряные густые тени ложились на гигантское море колышущейся травы. Чудище, скорчившись, сидело на пригорке неподалёку от своей норы. Сидело спиной к ней. Девушка попыталась нащупать кинжал, но не обнаружила его на прежнем месте — наверное, потеряла, когда боролась с этой тварью. Зато меч был по-прежнему при ней — это доказывало, что ее противник не имел ни малейшего представления об опасности этого предмета.
Стелла осторожно вылезла наружу и с наслаждением выпрямилась. Только теперь она поняла, как затекло её тело от долгого неподвижного лежания в неудобной позе. Встав на цыпочки, девушка пошла прочь.