Первая исповедница
Шрифт:
– Нет, – спокойно ответила Магда, глядя на толпу. – Хотя я молилась добрым духам, они не пришли мне на помощь. Я спаслась сама.
– И как, позвольте спросить, вы это сделали, – полюбопытствовал Сэдлер, воздев руки к небесам, – если эти сноходцы действительно такие ужасные твари?
– Вы правы, они ужасны. А также очень сильны. Но я призвала более мощную магию, и та защитила меня.
– Ты не наделена магическим даром, – усмехнулся Гаймер.
– Чтобы обрести защиту, магический дар не нужен, – заявила она, обращаясь к толпе, а не к Совету. – Однако для этого необходимо сделать выбор,
Вот почему я здесь. Я хочу, чтобы все наши люди знали, что защита существует – для всех. Поверьте, сноходцы способны вкрасться в сознание любого и не проявят милосердия. Но никому из вас не следует бояться их. Никто из вас не обязан умирать в муках.
– Как убедиться, что ты действительно защищена? – спросил Гаймер.
– Не будь у меня защиты, сноходцы давно бы разорвали меня изнутри, чтобы помешать прийти сюда и рассказать вам, как обезопасить себя и наших людей от их проникновения.
Заинтересованный ропот волной прокатился по залу. Некоторые из наблюдающей толпы пытались перекричать его, желая узнать, что следует сделать, чтобы защититься от сноходцев.
Магда позволила им еще некоторое время поволноваться, затем наконец подняла руку, указывая в дальний конец зала, в сторону огромных дверей. Все повернулись, чтобы посмотреть, куда она показывает.
– Вон там стоит магистр Рал, ваш ключ к выживанию, – сказала она громко, чтобы слышали все. – Он в одиночку создал защиту, способную спасти от проникновения сноходцев. Его магическая защита достаточно мощна, чтобы оберегать тех, кто связан с ним.
– Лорд Рал! – воскликнул Гаймер. – Опять эта чушь! Лорд Рал уже приходил к нам со своими притязаниями на мировое господство.
Магда сверкнула глазами:
– С каких это пор настойчивые попытки защитить свою жизнь и жизни всех невинных людей Д’Хары, а также Срединных земель, стали называться притязаниями на мировое господство?
– Я говорю о клятве, которую, по его настоянию, мы должны дать ему, верно? – спросил старейшина Кэдел.
Магда развела руками.
– В этом деле мы все заодно. У нас, жителей Срединных земель, общие интересы с жителями Д’Хары и нам грозит одна опасность. Жители Древнего мира хотят покорить весь Новый мир. Их не интересуют наши внутренние границы. Они хотят править здесь всеми. Если они победят, не будет ни Срединных земель, ни Д’Хары. Мы все будем либо мертвецами, либо рабами. Это вопрос нашего выживания, а не мелкие раздоры из-за того, кто будет применять власть.
– Мелкие? – удивился Сэдлер. – Подчиниться власти Лорда Рала мне не кажется мелочно.
– Вы бы осознали, какая это мелочь, – сказала Магда, – если бы сноходец проскользнул в ваш разум и, став вашим хозяином, заставлял вас исполнять его мерзкие приказы. Он может заставить предать тех, кто вам небезразличен, даже убить того, кого вы любите. А если повезет, ваш повелитель просто разорвет вас изнутри.
Сэдлер облизнул губы, но не стал спорить.
Шепот в толпе стих, когда на яркий свет вышел человек, наблюдавший за членами Совета из тени в глубине зала.
Это был Обвинитель Лотейн. Он грозно уставился на Магду.
Глава 16
Улыбка
– А откуда вы знаете, госпожа Сирус, что это не магия самого Альрика Рала разрывала вас изнутри на части, как вам это представлялось?
– Магия Лорда Рала? – Магда уставилась на Обвинителя. – Зачем бы ему это?
Лотейн поднял бровь. Его любезная, хоть и издевательская улыбка исчезла.
– Возможно, именно чтобы заставить вас предстать здесь перед нами и устроить это представление, до того запугать людей, заставить их принять его план, который позволит ему захватить власть и сделаться правителем всего Нового мира.
Он застыл неподвижно, как скала, ожидая ее оправданий.
– Это вовсе не так. – Магда старалась, чтобы в ее голос не проскользнули нотки неуверенности, как если бы она оправдывалась.
– Потому что муж убедил вас, что Альрику Ралу можно доверять?
Магда моргнула. Она не хотела соглашаться с этим человеком, но следовало сказать что-нибудь. Ей удалось взять себя в руки.
– Муж рассказывал мне о самой настоящей опасности, исходящей от сноходцев. Как боевой чародей, он хорошо знал, на что они способны. Как и все прочие, я много лет восхищалась знаниями и мудростью Бараха. В конце концов, его назначили Первым волшебником именно из-за уважения, которым он пользовался. В бытность свою Первым волшебником, он очень доверял Альрику Ралу. В этой войне они сражались на одной стороне. И оба с самого начала боролись за спасение всего нашего народа от жестокой смерти.
Лотейн усмехнулся, будто она оговорилась.
– Похоже, как вы и заверяли, ваше мышление во многих отношениях сформировал муж. – Он погладил щетину на подбородке и неторопливо сделал несколько шагов к Магде. – Вы хотите сказать, что ваш муж тайно помогал Альрику Ралу стать правителем Нового мира? Возможно, в этом причина тайных связей и ночных встреч вашего мужа с различными чужестранцами?
Магда сжала кулаки. На сей раз ей не составило труда придать голосу властность.
– Эту затянувшуюся войну мой муж с самого начала вел с единственной целью – защитить всех нас.
– Эту затянувшуюся войну, которую мы проигрываем.
– Ваши обвинения оскорбительны, поскольку не имеют под собой оснований.
Лотейн склонил голову.
– Ваша преданность мужу вызывает восхищение, госпожа Сирус. Но этого следовало ожидать.
– Все это совершенно не относится к делу, – вмешался старейшина Кэдел. – Независимо от побуждений мы уже изучили этот вопрос ранее, вполне исчерпывающе, и в итоге решили отклонить предложение Лорда Рала.
Магда подошла ближе к старейшине, сидящему в середине стола Совета.
– Но все изменилось. У нас нет времени. Сноходцы уже здесь, в самой Цитадели.
– Не сомневаюсь, что вы действительно верите в это, – произнес Лотейн у нее за спиной. – Однако даже если рядом есть люди, заинтересованные в вашей искренней убежденности, истинность этой убежденности под вопросом. Сноходцы, без сомнения, станут опасными для нас в будущем, но, когда это случится, думаю, их будут интересовать более важные цели.
Магда повернулась к Обвинителю, протягивая к нему окровавленные руки.