Первое Интервью

Шамшурина Ольга Владимировна

Несмотря на осень, погода разгулялась. Золотые клены сияли в солнечных лучах и неспешно роняли свои лаптастые листья на асфальт. До пансионата было недалеко, и она решила идти пешком, тем более что погода располагала к этому.

В пансионате

На улице было

не по-осеннему тепло. Пройдя немного, она решила снять легкую ветровку и, свернув ее, уложила в сумку, отчего та даже не изменилась.

В пансионате, предъявив свое удостоверение вахтеру, она вошла в рекреацию. В красивом, со вкусом оборудованном помещении стояла неожиданная тишина.

Дельфи даже оторопела. Она считала, что в детском заведении непременно будет шум и гам.

– Все дети в столовой, – произнес вкрадчивый голос где-то сзади.

Девушка вздрогнула и резко обернулась, увидев рядом с собой молодого, атлетического телосложения мужчину в бирюзовой спецодежде.

– Вы словно мысли мои читаете, – решив сгладить свое замешательство, проговорила Дельфи.

– Работа такая, – улыбнулся мужчина, – я психолог, Ян Дорин, будем знакомы, – и он протянул ей руку.

– Дельфи, корреспондент.

– Знаю-знаю, мы вас поджидаем, – проговорил психолог и вместо рукопожатия поцеловал ее руку.

Девушка смутилась. А психолог просиял своими помасленевшими глазами.

– Мне поручено показать вам наше заведение. Директор будет минут через сорок, не раньше.

– Спасибо, это так приятно, что вы можете уделить мне внимание. И мне не придется одной коротать время в ожидании. Я столько много хорошего слышала в адрес пансионата, так мечтала побывать здесь. И вот ведь, случай представился.

– Прекрасно, – улыбнулся довольный психолог, – очень приятно, когда о нас такое мнение, а то ведь у нас есть серьезные противники.

– Да, я что-то слышала о нелицеприятных суждениях вашего метода воспитания. Нам немного на факультете психологии об этом говорили, но я, честно говоря, ничего не поняла и вообще осталась вашим поклонником. Вы собираете детей со дна жизни и делаете настоящих, достойных времени и общества граждан.

– О, вы сплошное очарование, – произнес психолог Ян Дорин и остановился. Вновь взял руку Дельфи и поцеловал. – Может, сумку оставите у меня в кабинете, что же ее таскать на плече, – он указал рукой на приоткрытую дверь.

– Нет, спасибо, я так привыкла к моей сумке, что без нее мне чего-то будет не хватать.

– Ну, как желаете, не буду настаивать. Вот мой кабинет, – Ян Дорин легонько толкнул рукой дверь, она бесшумно отворилась.

Кабинет был богато обставлен. Из него выходили еще две двери.

– Это массажный кабинет, – перехватив взгляд Дельфи, проговорил психолог, – а это дверь в лабораторию.

– Счастливые детки, сколько же им уделяют внимания, – заглянув в одну и другую комнату, – проговорила молодая корреспондентка. – А вы, уважаемый….

– Ян Дорин, – отрекомендовался психолог.

–

Да, Ян Дорин, – смутилась она, – вы действительно читаете мысли. Я только подумала, «что это за двери», а вы уже говорите. У нас на факультете психологии учитель говорил, что чтение мыслей – это реально, мы, правда, не верили. Но надо же, выходит, он прав. А вообще, у нас в университете занятия по психологии были факультативные, и поэтому на них почти никто не ходил.

– А вы? – спросил психолог, пронизывающе вглядываясь в глаза девушки.

– Я ходила, но тоже не всегда.

– Зря, психология вскоре станет основной наукой общества. Скоро не денежный эквивалент будет ценным в обществе, а интеллектуальный.

– Нам учитель тоже так говорил.

– А вы не поверили?

– Не знаю, может, да, а может, и нет.

– Но вам, Дельфи, это еще прощается, вы так молоды, – психолог ловко задержал девушку в дверях и обнял своей горячей рукой за талию, слегка прижав к себе.

Корреспондентка попыталась отстраниться и освободиться от руки Яна Дорина, но при этом почувствовала лишь легкое головокружение, словно она только что сошла с качелей.

– Психология. Многогранная наука, девочка, ее стоит изучать.

– Согласна, – наконец-то выскользнув в дверь, ответила Дельфи, – но зачем же так сразу, я же к вам не в гости пришла и не на консультацию…

– Простите меня, – выйдя следом из кабинета, прошептал психолог. – Ваша молодость и обаяние вскружили мне голову. Простите, и обещайте, что не упомяните об этом в своем интервью.

– Хорошо, – приподняв слегка голову, ответила девушка, – при условии, что вы не будете повторяться.

Кладовщик

Они вновь пошли по коридору, и Ян Дорин подробно рассказывал о предназначении комнат и кабинетов, куда приоткрывал двери. Дельфи все записывала в свой блокнотик.

– А вот здесь бассейн, – провожатый распахнул одну из дверей, выходящую в узкий коридор, который упирался в две белые двери с прозрачным верхом. Ян Дорин распахнул одну из них, впереди, в нескольких метрах, блеснула вода, и пахнуло влагой.

– Хочешь искупаться? Вода замечательная. Я свет не буду включать.

– У меня нет купального костюма.

– Можно и без него… Я же говорю: свет не буду включать. А молодым женщинам, особенно таким стройным, как вы, милая девушка, ни к чему какая-либо одежда.

– Боюсь, что это вам еще больше вскружит голову, лучше включите свет, посмотрим бассейн, – категорично ответила Дельфи и на всякий случай, сделала шаг в сторону от сопровождающего.

– Не бойся, я не буду больше, – снисходительным тоном произнес Ян Дорин, – ты действительно целомудренна. Оставайся такой, это самое ценное в женском сословии.