Первый всадник
Шрифт:
На все про все ушло три часа и почти две тысячи восемьсот долларов.
Откручивая назад по месяцу, Фрэнк скоро обнаружил, что искал: белый чистый снег, нетронутые могилы. Двадцатое августа девяносто седьмого года.
Значит, в течение месяца после этой даты трупы выкопали.
Еще несколько снимков, и дата эксгумации: девятое сентября.
На кладбище вырисовывались небольшой подъемный кран, пара снегоходов и четкий контур палатки. За церковью пристроился вертолет. Фрэнк насчитал на снимке полдюжины людей-точек. Но, как ни вглядывайся в лупу, лиц не разглядеть.
Он переключился на вертолет, напоминавший
Мгновение спустя, вновь посмотрев на снимок, он заметил — или показалось? — то, чего там раньше не было: решетку или что-то очень похожее на решетку на задней части вертолета.
Что бы это ни было, под лупой оно расплывалось и исчезало.
Бросив в раздражении лупу, Фрэнк записал расходы на свой счет и вышел с толстой картонкой фотографий под мышкой, тщетно пытаясь переварить полученную информацию.
Теперь хотя бы ясно, что, где и когда. Кто-то добрался на Копервик раньше Энни с Киклайтером. Поэтому и появился Глисон. Поэтому экспедиция вернулась с пустыми руками. Поэтому все и засекретили.
Осталось всего два вопроса.
Кто? И зачем?
Глава 14
Кто-то их опередил. Экспедиция опоздала на несколько месяцев.
Дейли сидел в машине на мосту Чейн-Бридж и даже не слушал музыку, которую сам включил. Габаритные огни отражались в мокром асфальте, как лужи крови. Пробка не двигалась. «Дворники» размазывали по лобовому стеклу все новые и новые капли, в черных облаках то и дело вспыхивали молнии.
Наверное, где-то впереди авария.
Давно пора сменить «дворники».
Заднее стекло запотело.
Перед глазами мелькали фотоснимки: сваленные в кучу гробы, вскрытые могилы...
Думать просто не хотелось. Сначала расследование было обыкновенным: сенсация дня, самое большее — недели: сговор военных с учеными. Теперь оно оборачивалось чем-то страшным.
Усилием воли Фрэнк прекратил барабанить пальцами по рулю. Кто? Зачем?
С одной стороны, снимки многое объяснили: и нетвердую походку Киклайтера, который чуть не упал, спускаясь с корабля, и потерянный взгляд Энни, и ее отказ говорить про Копервик, и появление в Хаммерфесте Нила Глисона, и вмешательство Пентагона, и финансирование трестом «Компас». С другой стороны...
С другой стороны, ничего это не объясняло.
Машины все не двигались, где-то вдалеке рыдали полицейские сирены. Фрэнк попытался привести мысли в порядок. Вернее, не мысли, а все те же вопросы: кто вскрыл могилы и зачем?
Копать вечную мерзлоту — все равно что камень долбить, уйдет несколько дней даже с оборудованием. К тому же Копервик расположен так далеко отовсюду, что не сложнее до Марса долететь. Значит, простое гробокопательство исключается. Однако кто-то, причем весьма состоятельный «кто-то», решил, что тела шахтеров того стоят. И единственная причина, по которой понадобились именно эти тела, — вирус, заключенный в мертвых легких.
Но зачем?!
Уж точно не для изучения поверхностных антигенов. О другой научной экспедиции Энни бы знала. Она убила на Копервик столько времени, что ей обязательно сообщили бы или даже пригласили принять участие.
Так что же случилось?
Может, тела выкопала какая-нибудь фармацевтическая компания, решившая приготовить вакцину? Но кому нужна вакцина от вируса, который если и сохранился, то в вечной мерзлоте за Полярным кругом?
Зачем нужен штамм гриппа, которым до сих пор детей пугают?
Ну, это несложно. Если ты не хочешь его изучить или создать вакцину, значит, он нужен тебе как оружие.
И какое оружие! Чрезвычайно заразный вирус, передается воздушно-капельным путем, и мало того...
Сзади раздался нетерпеливый гудок — Фрэнк очнулся и обнаружил, что машина впереди отъехала уже метров на двадцать. Пробка наконец двинулась. Вглядываясь через полупрозрачное от потоков воды лобовое стекло в серую дымку дождя, Фрэнк дал газ. Съехав с моста, он притормозил на светофоре. По мокрой «зебре» захлюпали одуревшие от сырости люди.
Кто? Самый очевидный ответ — военные или какие-нибудь спецслужбы. Но ведь именно они тайно финансировали экспедицию. Значит, им не было известно, что тела уже выкопаны.
Выходит, террористы? Отсюда присутствие Нила Глисона...
Нет, вряд ли. Учитывая, сколько денег нужно, чтобы добраться до Копервика, вероятнее какая-нибудь страна: Иран, Ирак, Ливия. Далеко ходить не надо.
Только тут что-то не то. В чем-то концы с концами не сходятся, но в чем?
Дейли заскочил в ресторанчик в двух кварталах от дома и прикупил рис с бифштексом «аль пасилья». Дома, разложив спутниковые снимки на кофейном столике, включил телевизор и щелкал каналами, пока не нашел матч «Буллетов». Или «Визардов»? По три раза в год названия меняют. Стрикланд не глядя перебросил Уэбберу, того не пропустили, атака захлебнулась... Хорошая, напряженная игра.
Фрэнк выключил телевизор — не то настроение. Все мысли занимали фотографии, не отступало чувство, что он что-то упустил.
Надо поднять старые материалы по экспедиции и гриппу. Сначала перекусить, а потом прослушать пленки с интервью.
Порывшись в ящике стола, он выудил то, что искал, — «грипп/Адэр/интерв/8/март/98», — засунул кассету в магнитофон, принес с кухни банку пива и соус и включил запись:
— Смерть непреднамеренна. Вирус использует клетки носителя для самовоспроизводства и в процессе их убивает. Болезнь — всего лишь побочный эффект. Идеальный вирус не вызвал бы никакого недомогания.
— Почему? Мне казалось, что это смысл его существования.
— (Смех.) Нет, смысл существования вируса тот же, что и человека, — в биологическом смысле, конечно. Вирус существует, чтобы размножаться. Поэтому вирус, который убивает носителя, неэффективен.
Фрэнк покачал головой. Как найти то, что ищешь, если не знаешь, где искать? Он промотал вперед.
— Оспа настолько стабильна, что ее клетку можно положить в конверт, бросить конверт в ящик, и она спокойно проживет там не одну сотню лет. Настоящая беда археологов и антропологов — когда они выкапывают мумии...