Peshavar
Шрифт:
Густав также встал, отдал арфу подошедшему к нему Жоржу, а сам зашагал к Шепарду.
– Здравствуй, Шеп, - проговорил принц.
– Здравствуй, Грета.
– Надо поговорить. Наедине.
Вдвоём они прошли по коридору и вышли во внутренний двор. Жорж следовал за ними. Густав подошёл к фонтану и сел на бортик.
– О чём ты хотел поговорить?
– поинтересовался Шепард, сев рядом. Кафар остановился неподалёку.
– Я тут имел беседу с Риязом. Знаешь такого?
– Конечно, знаю. Это по его приказу я должен
– Так вот он считает, что убийца короля тоже не должен жить. Слишком многое тебе известно.
– И Рияз именно тебе об этом сообщил?
– Не знаю, какое именно впечатление я произвёл на Алима, то есть Грета произвела, но Рияз очень недвусмысленно намекнул, что убить тебя должен я. Ну, или мой телохранитель.
– Отлично. Ты сказал кому-нибудь?
– Нет. Тебе первому. Я пока не придумал, что делать. Густав пока не может объявиться, нужно время на его приезд в Фейсалию. А Грета должна выполнить задание Рияза, иначе это сделает кто-то другой.
– И что, снова несчастный случай?
– Не знаю, - Густав дёрнул плечами, словно от какого-то неприятного звука.
– Ладно, давай думать. Ты же у нас мастер разыгрывать спектакли.
– В Пешаваре вы с Флаем тоже хорошо сыграли. Но ты прав, давай думать.
– А весело будет, - вдруг хмыкнул Шепард.
– Весело?
– Ну, когда мы с Флаем оба оживём. Хочу видеть лицо Алима в этот момент.
– То есть ты уже решил изобразить свою смерть?
– А есть варианты?
– Но как? Скажи как? Кто будет свидетелем? Куда денется твоё тело? И где будешь скрываться ты? Или тоже чадру наденешь?
– Нет! Чадру не надену!
– А как тогда?
– Вспоминай свои спектакли, пьесы. Наверняка там что-то было такое.
– Одна супруга богатого амма завела любовника, - задумчиво проговорил Густав.
– Это в книге было. И она его спрятала от мужа. В хараме. Евнух помог ей. В нашем случае евнух ведь тоже на нашей стороне.
– Ты снова намекаешь на чадру?
– Если тебе так претит чадра, евнух проведёт тебя ночью. Не знаю... через окно пролезешь.
– В хараме могут быть шпионки Алима. Хотя я, конечно, совсем не против провести там денёк другой.
– Бабник.
– Но всё-таки шпионки Алима. Такие, как Афра. Тебе Флай рассказал про Афру?
– Рассказал. Ты прав, там могут быть шпионки. Наверное, вариант с харамом отпадает.
– А я уже размечтался...
– Да тебя Кабир потом сам убил бы, - усмехнулся Густав.
– За что?
– За испорченный харам! Слушай... мне рассказывали такую историю. У Кабира ведь есть мать. Ясмин. Она живёт в отдельной комнате в хараме, и другие женщины вроде как не могут заходить к ней. Только пара служанок, которые служат амиру.
– А почему так?
– спросил Шепард.
– Так она Мохана отравила.
– Чего? Мужа? Сама?
– Да. Он будто бы хотел переписать завещание и сделать наследником сына наложницы.
– Так. Но к чему ты про неё?
– Не думаю, что Алим ей интересуется. Она перевёрнутая страница. Вот если евнух спрячет тебя в её комнате...
– Допустим. Но остаётся вопрос, куда делось моё тело.
– Ты можешь погибнуть по дороге в Нэжвилль, - подумав, ответил Густав.
– Тебя ведь здесь больше ничего не держит, так?
– Так.
– Ты можешь поехать в Нэжвилль. И не доехать.
– И что же со мной такое случится? Может, ты меня отравишь?
– Может, и отравлю. Предположим, что с тобой поедет Виктор. Ему ведь теперь тоже некого охранять. Он и отправит сообщение капитану о том, что случилось с тобой в дороге.
– Но без помощи Сафира или самого Кабира нам всё равно не обойтись. Нам ведь придётся как-то разыграть мой отъезд.
– Из того, что Флай рассказывал про Сафира, я понял, что он поможет. Евнух здесь далеко не последний человек.
– Ладно, Грета, идём расскажем обо всём капитану и Флаю. Пусть зовут этого евнуха.
Сафир отреагировал на просьбу спрятать Шепарда в комнате Ясмин с немым удивлением, которое быстро сменилось смехом. Евнух смеялся долго и заразительно и никак не мог остановиться.
– Так это возможно или нет?
– спросил, наконец, Латимор. Капитану эта идея как раз не нравилась, о чём он и заявил Густаву. Флай тоже был не в восторге, но его так напугал тот факт, что Шепарда хотят убить, что он был согласен спрятать своего друга где угодно.
– Возможно, - отсмеявшись, ответил Сафир.
– Ясмин будет счастлива.
– Да?
– усмехнулся Шепард.
– Да, - ответил евнух, не посчитав нужным добавить что-либо ещё.
Вечером было объявлено об отъезде Шепарда вместе с Виктором, и последний действительно покинул дворец, а Чен лишь демонстративно сел на коня и выехал за дворцовые ворота, чтобы потом вернуться через небольшую дверцу в задней стене, которую ему открыл Сафир. Евнух провёл Шепарда к хараму во время смены караула, и амарго смог пройти в женскую половину, оставшись незамеченным. Была ночь, все женщины спали, и Сафир быстро отвёл Чена в запертую комнату, в которой жила Ясмин. Она не спала. Вдова амира Мохана полулежала на постели, разложив перед собой карты.
– Твой сын попросил спрятать этого человека от Алима, - проговорил Сафир.
– Его зовут Шепард.
– Странное имя для амма, - ответила Ясмин.
– А я и не амма, - сказал Шепард.
– А кто?
– в глазах женщины появился интерес.
– Я вас оставлю, - Сафир удалился, заперев дверь на ключ.
– Я амарго.
– Знала я одного амарго, он был другом Феникса.
– Я его тоже знаю. Ну, то есть и Гаяша знаю, и Феникса.
– Значит, Шепард - это имя амаргов?
– Нет, это прозвище вообще-то, настоящее моё имя Чен.