Пешки
Шрифт:
— Я лучше знаю, а будешь выпячиваться, лишу права наследования!
— Да сколько угодно, — Тадеусу уже было все равно.
С тех пор, как Мартину была установлена наносеть, город для него стал нечтом второстепенным. Лорда сковывал страх, и сын, возможно даже догадывался, зачем Мартин уходит из города. К тому моменту, как они доберутся, Мартину будет лучше переждать обострения в ожидании развертки медцентра. Лорд, испугавшись потерять репутацию, решил либо благородно сгинуть в героическом походе, либо дойти до конца,
Тадеуса, кажется такое положение дел вовсе не устраивало. Одно дело отец, совсем другое — люди. Те, с кем он бок о бок познавал искусство боя и выживания, те, кто вместе с Тадеусом учили принципы управления и содержания общества, те, с кем… На глазах проступали слезы от мысли, что отец ведет своих соратников прямиком в мясорубку, причем без особой надобности.
— Не смей мне указывать! Никогда больше, слышишь меня, Тадеус!
— Да что с тобой творится?! Ты хоть понимаешь, что двести человек — это не мышь чихнула? Это хорошая доля нашей защиты, это люди, которые тебе преданы, а ты пускаешь их в расход, как мясо!
— НЕ смей!
— Посмею! Посмотри на себя, ты болен! Причем уже не физически, а душевно! — Тадеус и не думал отступать.
Ссора с отцом — ничто, хоть они никогда и не имели между собой подобных разногласий и горячих ссор, но сейчас цель наследника была не переспорить лорда, а предотвратить гибель десятков человек, которые, словно собаки, были привязаны к монарху долгом и безграничной преданностью.
— Не хочу тебя слушать больше, уходи! — проревел Мартин.
— Не уйду, пока не оставишь свою безумную затею!
— Ты кого безумным назвал, сопляк??!
— Тебя!! Безумный! Безответственный! Больной!
— Ты доведешь… — лорд зло прищурился, смиряя Тадеуса взглядом, полным черной ненависти.
— Доведу! Оставь воинов, не убивай их!
— Хочешь сказать, что я веду их умирать!
— Да!
— Твои домыслы не имеют ничего общего с реальным положением вещей!
— Да-а-а???! Это ты, кажется, потерял связь с миром, — Тадеус в какой-то момент понял, что отец не собирается его слушать.
Когда каждый вопрос «почему» сопровождается надоевшим «потому что», шансов уже нет. Придется действовать по-другому.
— Ты не веришь в мое выздоровление, — в сердцах бросил Мартин. — Не могу отделаться от мысли, что вырастил в своем доме хищника, который спит и видит, как бы заполучить власть.
Эти слова настолько сильно ударили по честолюбию Тадеуса, что он поперхнулся от неожиданности. Наружу просились желчь и злоба, наследник уже был готов вступить с отцом в поединок, чтобы доказать свою правоту.
Но вместо этого он сделал глубокий вдох и гордо вышел вон из
Лорд Мартин, проводив сына победоносным взглядом, усмехнулся и стал собираться дальше.
________________________________________________________
— В курсе, что вытворяет лорд? — Фурри остановившись взглядом на сообщении от Тадеуса, вопросительно взглянул на остальных.
— А что мы можем сделать? — Рос, развалившись в кресле, изучал на свет очередной сорт местного вина.
— Может быть, хватит пить?! Господи, да мы просто в слизней превратились! Как можно настолько безучастно смотреть на то, что он делает?
— А чем мы можем ему помешать? — Энн лениво перевернулась на кровати и потянулась к вазе с фруктами.
Ей было не все равно, но собственное бессилие и запрет на какое-либо вмешательство по договору делали свое дело.
— Не думаете, что нам следует отправиться к нему?
— Да тебе черным по белому прописали в договоре, что мы не вправе вмешиваться в семейные разборки, — подал голос Дем, уставившись глазами в стену.
Фурри подозревал, что отморозок просто залип на какой-то простенькой графической игрушке, встроенной в наносеть и жрущей по минимуму ресурсов. Ведь Дем же отвечал, причем достаточно связно.
— Да вы посмотрите, что он творит!
— Фурри, успокойся, или я тебя привяжу, — сухо ответил Рос.
— К колючей лиане, — оскалившись, добавила Энн.
— И оставим за стенами города без охраны и каких-либо шансов выжить, — вставил свои пять копеек Демиан.
— Да вы… Вы… Изверги и садисты!!! Совсем не понимаете, к чему ваше бездействие может привести??!
— Это приведет к гибели его свиты, мы в курсе, — Рос пригубил бокал и сморщился.
Весь алкоголь был на Аспиране на один вкус. Точнее, вкусы были разные, но странный аромат, присущий всем напиткам а Ерл-Хаунде и за его пределами, порядком набил оскомину.
— Не надо геройствовать, в контракте все прописано.
— Да знаю я! Но ведь то, что не запрещено, можно? — уже примирительным тоном сказал Фурри, с надеждой поглядывая на остальных.
— Что ты предлагаешь? — полулениво-полу заинтересованно спросила Анна. — Сопроводить лорда и самим там лечь? Кому от этого будет лучше?
— Мы хотя бы сможем уберечь его.
— … От чего, от собственной глупости? Ты понимаешь, чем мы рискуем? — Рос зло уставился на Фурри. — Мы же не на променад идем. Не забывай, как легко и просто легла наша группа. Однозначно «нет».
— Хотя бы пообещай, что подумаешь.
— Нет.
Фурри, покраснев от злобы и несправедливости, выбежал вон из комнаты.
________________________________________________________
— Ты с нами? — Мартин удивленно разглядывал Тадеуса в полном боевом снаряжении.