Пирамиды
Шрифт:
Ныне Джелибейби довольствовался остатками былой власти – узкая полоска земли между двумя могучими империями, Цортом и Эфебом, каждая из которых одновременно представляла угрозу и служила щитом. Уже более тысячи лет цари Джеля с помощью дипломатических ухищрений, изысканных манер и суетливой деятельности, какая и не снилась накачанной адреналином сороконожке, поддерживали мирные отношения со всей теневой частью континента. При правильном использовании уже один тот факт, что ты существуешь на свете семь тысяч лет, может стать грозным оружием.
– Значит, ты
– Цорт, как и мы, представляет собой цивилизацию, возросшую в пустыне, – пояснил Диос, сцепив пальцы. – Мы долгие годы помогали им развиваться. Что касается Эфеба, – он фыркнул, – в этой стране довольно странные верования.
– А именно?
– Они верят, что миром правит геометрия, ваше величество. Все представляется им в виде линий, углов, чисел. Подобный образ мыслей, ваше величество, – Диос нахмурился, – может привести к весьма нездоровым идеям.
– Вот как… – пробормотал Теппик, про себя решив не откладывая узнать как можно больше об этих нездоровых идеях. – Стало быть, втайне мы на стороне Цорта?
– Нет. Важно, чтобы Эфеб оставался достаточно сильным.
– Но у нас больше общего с Цортом?
– Мы хотим, чтобы они так думали, ваше величество.
– Но ведь Цорт – пустынная цивилизация?
– К сожалению, над нашими пирамидами они смеются, ваше величество, – улыбнулся Диос.
Теппик на минуту задумался.
– Так на чьей же мы все-таки стороне?
– На собственной, ваше величество. Всегда есть третий путь. И, ваше величество, никогда не забывайте, что, когда ваш род насчитывал уже третью династию, наши соседи только-только научились правильно делать детей.
По всему было видно, что посланники Цорта тщательно, даже яростно штудировали джельскую культуру. Но несомненно было и то, что они так ничего в ней и не поняли – просто взяли по кусочку все, что казалось им полезным, и составили не совсем складную мозаику. К примеру, посланники старались передвигаться Трехсложной Походкой, изображения которой сохранились на дворцовых фризах и к которой джельских придворные прибегали крайне редко. Лица цорийцев корчились в муках, поскольку позвоночник яростно противился этикету.
Они носили Утренние Курпускулы и браслеты Перехода, кильты Но и наголенники – неудивительно, что даже служанки с опахалами едва сумели скрыть улыбку! [17]
Даже Теппик слегка поперхнулся. «По крайней мере, – подумал он, – они старались. Совсем как дети».
За этой мыслью моментально последовала другая: «А ведь эти детишки в любую минуту могут стереть нас с лица Диска».
И на хвост двум первым тут же села третья: «О боги, это всего лишь одежда, не надо воспринимать все слишком серьезно».
17
Здесь необходимо некоторое пояснение. Если иностранный посол (исключительно из пижонских соображений) появится при королевском дворе в котелке, при палаше,
Эфебы были облачены в куда более скромные белые тоги. В облике всех посланников было нечто неуловимо похожее, словно где-то в их стране стоял небольшой станок, чеканящий маленьких лысых человечков с курчавыми седыми бородами.
Обе группы почтительно застыли перед троном, потом поклонились.
– Привет, – поздоровался Теппик.
– Его величество царь Теппицимон XXVIII, Повелитель Небес, Возничий Колесницы Солнца, Кормчий Солнечной Ладьи, Хранитель Тайного Знания, Цеп Милосердия, Направляющий Стези, Высокородный и Бессмертный Царь приветствует вас и повелевает испить с ним кубок вина, – произнес Диос и хлопнул в ладоши, подзывая дворецкого.
– Да, да, – кивнул Теппик. – Прошу садиться.
– Его величество царь Теппицимон XXVIII, Повелитель Небес, Возничий Колесницы Солнца, Кормчий Солнечной Ладьи, Хранитель Тайного Знания, Цеп Милосердия, Направляющий Стези, Высокородный и Бессмертный Царь повелевает вам садиться, – эхом откликнулся Диос.
Теппик напрягся, готовясь произнести подобающую речь. Речей в Анк-Морпорке он наслушался предостаточно. А может, во всем мире речи произносятся на один манер?
– Уверен, что мы продолжим…
– Его величество царь Теппицимон XXVIII, Повелитель Небес, Возничий Колесницы Солнца, Кормчий Солнечной Ладьи, Хранитель Тайного Знания, Цеп Милосердия, Направляющий Стези, Высокородный и Бессмертный Царь повелевает внимательно выслушать его! – пророкотал Диос.
– …давние традиции дружбы…
– Внемлите мудрости его величества царя Теппицимона XXVIII, Повелителя Небес, Возничего Колесницы Солнца, Кормчего Солнечной Ладьи, Хранителя Тайного Знания, Цепа Милосердия, Направляющего Стези, Высокородного и Бессмертного Царя!
Эхо его слов замерло в дальних покоях.
– Диос, можно тебя на минутку? Верховный жрец наклонился к трону.
– Все это так необходимо? – прохрипел Теппик.
Орлиные черты Диоса застыли, как у человека, который сталкивается с представителем враждебной идеологии.
– Безусловно, ваше величество. Таков обычай, – сказал он наконец.
– Я думал, от меня требуется поговорить с этими людьми. Ну там о границах, о торговле и тому подобном. Я много размышлял над этим, и у меня появились кое-какие соображения. Но мне будет непросто высказать их, если ты не перестанешь орать.
– Не беспокойтесь, ваше величество, – вежливо улыбнулся Диос. – Все уже выяснено, ваше количество. Я встречался с ними сегодня утром.
– Что же тогда требуется от меня? Диос повел рукой:
– Все, что вам угодно, ваше величество. Обычно принято несколько раз улыбнуться и предоставить гостей самим себе.
– И все?!
– Ваше величество может спросить, нравится ли им быть посланцами, – предложил Диос, отразив сверкнувший взгляд Теппика безжизненными, как зеркало, глазами.