Пират
Шрифт:
Она отвернулась от окна. С нее достаточно. Она должна выйти пройтись, а то сойдет с ума. Накинув джинсовую куртку и взяв ключ, она вышла в холл. В ожидании лифта она сняла куртку и держала ее в руках. И когда Лейла вышла из здания, она походила на всех остальных женщин и девушек, которые ограничивали свой наряд только рубашкой и джинсами.
Она остановилась на углу Рю де Канада, где купила себе мороженого, затем пересекла улицу, направляясь в сторону пляжа, где народу было поменьше. Оказавшись напротив Карлтон-отеля, она присела на бетонные перила, опоясывающие эспланаду, и
В гавань Карлтон-отеля входил большой катер. На нем никого не было, если не считать двух матросов в рубашках с короткими рукавами и парусиновых брюках. Один из них, выскочив на мол, замотал швартовый конец вокруг маленького кнехта. Рядом с ним оказался и второй матрос, и они, покончив с делами, закурили, обмениваясь неторопливыми фразами.
Лейла отвела взгляд от катера. Яхта ее отца стояла на якоре в нескольких сотнях ярдов от берега, огни вечеринки отражались в спокойном море. До берега доносились легкие звуки музыки. Она вытащила сигарету и закурила. Позади нее возвышался отель. Там ничего не происходило. Лейла бросила сигарету. Небольшая машина, спускавшаяся по Круазетт, остановилась рядом с ней. Водитель перегнулся через сиденье, опустил стекло и что-то ей крикнул. Она не разобрала его слов, но прекрасно понимала, что ему надо. Презрительно покачав головой, она встала и повернулась к нему спиной. Водитель в ответ нажал на сигнал и с грохотом укатил. По ступенькам она спустилась к морю и вышла на мол. Матросы незамедлительно обратили на нее внимание, но, увидев ее, расслабились и продолжали курить, следя за ее приближением. Остановившись на возвышении мола, Лейла посмотрела на них сверху вниз.
— Бон суар, — обратился к ней матрос повыше.
— Бон суар, — ответила Лейла, изучая «Риву». Это было большое судно, предусмотрительно снабженное радиотелефоном и стереоустановкой. Она не сомневалась, что оно принадлежит ее отцу. Он обожал все эти американские игрушки.
— Ты не занята вечером? — спросил матрос поменьше ростом, плохо владеющий французским.
Она не обратила на него внимания.
Матрос повыше рассмеялся.
— Спускайся сюда, — сказал он. — Мы заплатим тебе по десять франков каждый за пару минут развлечений.
Она посмотрела на них.
— Неужто? — язвительно спросила она, указывая на яхту. — Девочки оттуда вам не по карману?
Высокий не смутился.
— Двадцать франков. Каждый. Наше последнее предложение.
Она улыбнулась ему.
— Я сама заплачу вам столько же, если вы доставите меня туда.
Матросы переглянулись, а затем посмотрели на нее.
— Этого мы не можем сделать, — сказал высокий.
— Боитесь потерять работу? — насмешливо спросила она. — Неужто так важно то, что там происходит?
— День рождения жены нашего патрона, шейха Аль Фея, — сказал невысокий.
Поддразнивая, она расстегнула пуговицы распахнувшейся рубашки и, подняв на ладонях свои полные груди, откровенно показала их.
— Вы только посмотрите на эту красоту, — сказала она. — Ласкали
Не скрывая огорчения, они отрицательно покачали головами.
— Двадцать пять франков, — наконец сказал высокий.
— Увы, — сказала она и, быстро застегнув пуговички, повернулась, чтобы уходить.
— Завтра, — сказал у нее за спиной высокий. — Приходи к старому порту. Там мы тебя и возьмем на борт.
— Завтра меня здесь не будет.
— Подожди! — крикнул невысокий. Он быстро что-то сказал высокому, чего она не разобрала, а затем повернулся к ней. — О'кей. Доставим к яхте, провезем вокруг нее и обратно. Согласна?
— Согласна.
Высокий прыгнул на борт катера, а она спустилась с мола. Рев двигателя ворвался в ночное спокойствие. Матрос поменьше протянул ей руку, чтобы помочь спуститься в кокпит. Она обошлась без его помощи, прошла в заднюю часть судна и села.
Невысокий сбросил канат с кнехта и спустился в машинное отделение. Повернувшись к ней, он сказал:
— Лучше пройти вперед. Здесь тебя промочит брызгами.
Она улыбнулась ему.
— Неважно, — сказала она. — Я люблю воду.
Когда «Рива» набрала скорость, он подошел и сел рядом с ней. Протянув руку, он расстегнул две пуговички на рубашке Лейлы. Мозолистая рука грубо схватила ее грудь.
— Великолепно, — сказал он. — Потрясающе.
— Чего спешить? — спросила она. — Времени у нас хватит.
Наклонившись, он припал жадным ртом к ее соскам. Его зубы прикусывали нежную кожу груди.
— Подожди, — гневно сказала она. — Когда вернемся.
Раскрасневшись, он посмотрел на нее.
Она нежно улыбнулась ему.
— Не беспокойся, я не обманываю тебя.
Сбросив куртку, она протянула ему.
— Можешь взять ее как залог.
Он стоял, держа в руках куртку и тупо глядя на нее.
— Что за игры ты затеваешь?
Прежде чем она ответила, зажужжал зуммер телефона. Высокий матрос взял трубку, откуда раздался чей-то сердитый голос. Положив ее, он обернулся и посмотрел на них, закладывая широкую дугу по заливу.
— Нам надо возвращаться, — сказал он. — Капитан разорался. Там на берегу люди, которых надо доставить на борт.
— Черт! — сказал маленький. Он вернул ей куртку. — Гони.
— Я же тебе говорил, что не стоит, — сказал высокий.
— Дерьмо! — фыркнул маленький.
Лейла молча застегнула пуговицы. На берегу уже стояли несколько человек в изысканных вечерних нарядах.
Матрос выключил двигатель, и судно медленно подошло к молу.
Маленький ловко набросил петлю на кнехт, выскочил на мол и притянул судно к берегу. Высокий оставался на борту.
Их ждали двое мужчин и две женщины. Они с любопытством посмотрели на Лейлу, когда она сошла с борта, но ничего не сказали. С преувеличенной почтительностью невысокий матрос помогал женщинам попасть на борт «Ривы». Внезапно он поднял на Лейлу глаза.
— Се ля ви, — сказала она ему с улыбкой.
Теперь уже и мужчины были на борту, и «Рива» стала медленно отходить от мола. Маленький матрос прыгнул на борт и повернулся к ней. Рассмеявшись, он распростер руки в типичном галльском жесте.