Плацдарм
Шрифт:
Сотня метров туда, сотня метров обратно… Сучий круговорот жизни. Повезло на 47 жмуре, я считал. Мужик попался из свежих, перекинулся недавно — едва успел схуднуть и обозначить рельеф. Из одежды рваные джинсы и куртка… Шесть карманов. Нашел связку ключей в заднем джинсовом. Снял и заныкал кольцо в ботинок. Кольцо добротное на три витка.
Вернулся один из отрядов, конвоируя в сторону КПП мужчину и женщину. Руки пленников связаны, движения дерганные, путанные — их хорошо помяли. Если повезет — будут новой рабочей силой.
А спустя еще десяток перенесенных тел — жахнуло.
Серж, оседлавший
Новый отряд возвращался с проблемным довеском. Полтора десятка крепеньких сухих — таких еще не видел. Шустрые, резкие — как гончие, идущие по следу. Месили обломки стелющимися прыжками, догоняя четверку бойцов. Отступавшие несвязно орали, среди них заметил Маэстро. Вот он развернулся, вскидывая арбалет, заголосил хрипло… Болт угодил сухому в живот с нулевым результатом — тварь качнула бег из стороны в сторону и резче клацнула челюстями.
— Че делают?! Су-у-ка… — Серж отступил. Оглянувшись на солдат, успевших взлететь на забор, заорал: — Куда?!
Разлюбезная цепочка. В щиколотках ощутимо жгло от моих неловких прыжков — в суррогатном беге к периметру безопасности. Панику в ноль — успею по любому, если хреносос с арбалетом не запаникует. Лишь бы кольцо не потерять… Сбавил обороты, оценивая погоню.
Со стороны КПП требовательно заорали — душевно по матери. Один из бегущих притормозил и вскинул навстречу преследователям громоздкий агрегат… Вновь прозвучал визгливый хлопок, положивший начало действу… Я заинтересовался. Оружие? Если да, то вида безумного — склепано на коленке из разнокалиберных трубок и корпусных обвесов, меж которых отчетливо искрило. Выстрел смел одного из сухих, чья голова треснула черными клочьями. Охренительный калибр и дизайн из разряда прикладного искусства… Разглядел на оружии пару шестеренок и призадумался, не забывая скакать.
— Пустой! — заорал стрелок, прибавляя ход. — Пошли в жопу, мне нечем! — это в адрес невидимых наблюдателей.
Ущербный Серж выстрелил. И, сука, попал — в плечо отклонившегося от погони сухого. Тварь припала, колеблясь и… шустро метнулась к новой цели. Клекот и треск… Подергав за рычаг взвода, Серж, вместо нового выстрела, развернулся и припустил к ограде. Только распахнутый рот во всю морду…
А мне еще ковылять. Ощутимо накатило полузабытой волной опасности… Просчитал метры — сухой рык и боль перехватят меня на подходе… Слышу топот и нечеловеческий выдох — безумную нотку погони… Под ногами остатки тел. Время…
Прыжком приземлился на плечевой сустав трупа, сминая цепью хрусткие ткани. Ухватил мертвое запястье, дернул на излом. Помог каблуком…
Взвилась клокотавшая тень…
Ныряя с линии атаки, встретил нападавшего оторванной рукой — технично засадил в челюсть. Тварь крутануло и тогда, завершая разворот, нанес удар сверху. Рука треснула, лохматясь на жилы и кость… Упырь удачно финишировал — рачком. От души, используя инерцию, приземлился коленями на основание замызганной шеи.
Тело конвульсивно дернулось, клацнули челюсти… Облачком плеснула вонь. Я откатился и замер в попытке подняться. Сучий Серж целился в меня — нелепо дергал арбалетом, точно науськивал…
— Куда?! —
Опустившись на одно колено, оглянулся на развитие событий в стороне КПП. Вновь отличился Маэстро — вопя ультразвуком, ткнул в сторону сухих растопыренной пятерней… Воздух чуть смазался, точно легкая вуаль тумана… и твари притормозили. Из-за стеновых надстроек прилетело пару болтов, взлохматив бетонные завалы. Стреляли на нервах…
— Жди! — прорезался писк Маэстро. И следом обрадованное: — Вальтер!
Арбалетчик цепанул ослабшими мослами обломки и плюхнулся на филей. Новые действующие лица меня порадовали. Со стороны ворот вынырнул десяток бойцов, чей вид значительно обогатил копилку информации. На троих рассмотрел тактические разгрузки, на двоих, одна из которых женщина, бронежилеты, довешенные самопальным металлом. Добротная одежда военного покроя и берцы, как заветная мечта. Вооружены сталью и арбалетами, но у передовой тройки на поясах по кобуре. И ведь праздник мне не мерещится.
Впереди отряда грузно топал здоровый мужик с ирокезом — живая мышца, заплывшая жирком. В руках тискал секиру, чей размер откровенно давил на эго, за спиной болталось кустарное орудие, ранее виденное у рейдеров. Он громогласно хекнул, запуская оружие в дуговом замахе… К стали привычен, пользовал не раз — как и его соратники, сделавшие по выстрелу из арбалета и врубившиеся в пошатнувшийся сухостой товарным локомотивом.
Лезвия окрасились черным, нашпиговав воздух ошметками. Взвыла тварь, вторая…
По мне, показуха, выполненная умельцами с большой практикой, но кособокими умениями. Беспроигрышная атака… Центровой громила победоносно воздел секиру. А я пересчитал экипировку и облизнулся на кобуру. Местная элита явила себя сирым… и прояснила цель.
На периферии нездорово завозился Серж, чем напомнил о небольшой проблеме. Сколько у Вальтера этих хорошистов — рубящих с душой и трепетом пальцев на рифленой рукоятке огнестрела, который хочу… Где базируются? Насколько дисциплинированы? Почему на прорыв выкатил только десяток?
— Любишь подраться? — Серж опустил арбалет. Но мужика еще не попустило, в глазах плескала дикая пустота… — Сраное мясо, любишь, спрашиваю? Я тебе…
Медленно поднялся. Взгляд зацепился за био над раскоряченным сухим. Моя добыча…
— Возьми, — зашелся хрипом Серж. — Возьми на губу! Возьми, бл…
— Позже. — Я кивнул. — Не сомневайся.
— Не сомне… Че? — Серж от неожиданности начал соображать и расплылся в недобром оскале. — Пшел на забор. Сходим кой-куда… Клеш, возьми адхару!
Пока неизвестный охранник шустро метнулся и подобрал био, я кинул прощальный взгляд на продвинутых бойцов в мусорном антураже. Они деловито суетились меж останков. Вальтер высился монументальной горкой, а подле суетливо жестикулировал Маэстро, тыкая пальцем в разлом ближней улочки.
Серж повел меня в сторону центрального здания — по незнакомому лабиринту из тентов и хлипких фанерных загончиков. Злобно сопел в спину, на два шага тыкая острием болта. Надоедливое приставучее чмо… Загляни он мне в лицо, удивился бы. Я улыбался — каждый шаг приближал меня к эпицентру местной помойки, и инсталляция мелко подрагивала от близости сенса…