Плацдарм
Шрифт:
Формально Архипелаг принадлежал мелкому прибрежному царству Риссиноа, которое просто объявило его своей землей. На паре островков торчали крошечные царские гарнизоны, и этим вся власть метрополии и исчерпывалась. В этом исполинском лабиринте плавать было совершенно невозможно, и что собой представляют его внутренние области — тоже. Говорили о странных племенах — вплоть до людей-рыб и людей-ящеров, о каких-то затонувших дворцах и храмах, шпили которых выступают во время отлива, ну и прочее в том же духе. Архипелаг был прибежищем пиратов, грабивших суда, идущие в Шривижайю,
Хуже, что пираты имели неплохую магическую поддержку.
Если на то пошло, то планировалось, что караван проскочит милях в двухстах восточнее — но сначала переменившийся ветер отжал их прямиком в эти воды, а потом штиль уже сутки задержал на границе Архипелага.
И вот, похоже, встречи с аборигенами не миновать.
Когда пироги появились ввиду дрейфующей армады, все девять пушек были заряжены, пулеметчики сидели в своих пулеметных гнездах на мачтах, а дюжина магов приготовилась действовать.
Но, кажется, гости не имели никаких зловредных намерений — на носу всех трех пирог стояли почти нагие девушки, украшенные гирляндами розовых цветов — принятый в южном океане знак мирных намерений.
Каиров поморщился. Аборигены наверняка явились поторговать — как это было на нескольких островках, куда они заглядывали прежде. Будут предлагать свежие орехи хасс, жемчуг, роскошные раковины и прочую дребедень. А может невесть какими путями выменянное золото или самоцветы с других островов бесконечного архипелага, который мудрецы Аргуэрлайла считали останками какого-то древнего континента, погибшего на заре местного человечества в битвах живших тут богов.
И, разумеется, своих женщин: вон как уже набежали, вылупив глаза на прелести нагих красоток, моряки — и местные, и земляне.
Жители этого острова сильно отличались от ранее встреченных ими островитян — оливково-смуглых курчавых горбоносых здоровяков.
Сероватая кожа с оттенком старой полированной бронзы, прямые тонкие волосы, глаза темного янтаря.
Не зря, выходит, болтают, что на Архипелаге живет несметное количество разных племен, и на двух соседних островах люди могут отличаться, как небо от земли.
Впрочем, подумал кавторанг, тут, на этой невероятной планете, с населением творится невесть что. Как он, помнится, удивился, узнав, что оказывается на далеком севере, в лесотундрах и тундростепях, где пасутся стада шерстистых носорогов и исполинских мохнатых быков, живут самые настоящие негры! (Местные китайцы видимо живут в здешней Антарктиде!). Кстати, главный маг-консультант землян Аор Арс Мак сильно смахивает на островитян, подумал мельком Тамерлан Ахмедович, когда гости поднялись на палубу.
Предводитель их, пожилой туземец с рыжеватыми волосами, заговорил на скверном всеобщем, который Каиров научился понимать с пятого на десятое.
— Они рады гостям, и просят отважных мореходов погостить у них и отдохнуть на твердой земле! — сообщил переводчик то, что капитан и так понял.
— Переведи ему, что мы согласны, — бросил кавторанг, видя довольное лицо Ита-Сего, Старшего Торгового Мастера, номинального
Вот, что называется, торгаш и есть торгаш: в трюмах товаров на миллионы золотых, а он готов терять время в надежде выторговать тут несколько ящиков дурацких раковин да еще потешить свой кусс с местными красотками!
— Мы рады, на острове Карихо-Таоми пересекающие волны найдут всё, что им нужно, — заверил вождь.
— Реис, — неслышно подошла сзади Краййя, уже успевшая облачиться в короткий сарафанчик. — Знаешь, я кое-что слышала про этот остров… Это не слишком хорошее место…
— Что? — развернулся Каиров. — Это может быть опасно?
— Нет, — молвила магичка. — Просто тут есть старые руины, оставшиеся от неведомо каких времен. Разное говорят.
— Реис, — вкрадчиво вступил в беседу Торговый Мастер, — не нужно слушать старые сказки. Нам нужно обсудить, сколько мы тут простоим, и какой будет порядок схода людей на берег…
— Потом, — буркнул офицер, задетый за живое напором Ита-Сего. — Не раньше, чем я лично сплаваю на этот остров и лично удостоверюсь, что никакой опасности нет.
В конце концов, нужно показать торгашу, что реис землян не слуга ему!
Он лишь на пять минут спустился в свою каюту.
Обстановка в каюте не изменилась со времен, когда этот корабль принадлежал флоту местного князька.
Рундуки, окованные медью, и украшенные резьбой на морские темы (вроде русалки, поедающей сердце пойманного моряка) низкие табуреты, подвешенный на медных цепочках стол, стойка с оружием. Резная деревянная решетка в квадратном иллюминаторе. Каиров достал из рундука пистолет и прицепил кобуру к поясу. Просто — на всякий случай.
…Пять минут спустя на борту мотобота, который едва ли был не больше туземных пирог, они отправились к острову.
С собой кроме дежурного отделения и полудюжины торговцев, Каиров прихватил переводчика и Краййю.
На берегу (коралловый песок с буйной растительностью) их ждала целая делегация местной знати.
После обмена приветствиями смуглокожим аборигенам был вручен целый ящик ножей и рыболовных крючков.
Затем они направились в обширный дом под кровлей из пальмовых листьев, где за трапезой из свежезажаренной рыбы и фруктов кавторанг вкратце поведал, кто они такие, не скрыв и того, что сам является пришельцем из другого мира. Не зря один из законов дипломатии гласит, что лгать без нужды так же глупо, как говорить одну только правду.
Тем более, что сильный маг или шаман запросто может отличить землянина от туземца.
Давно уже с любопытством смотревший на него местный жрец или шаман одобрительно закивал и что-то зачирикал.
— Он говорит, что ты рассказал удивительную историю, но и в ней нет ничего совсем нового, — несколько обескуражено перевел Ино Кау. — В наших самых старых легендах говорится, что всемогущий Тан-но бог лесов, людей и акул, создавший женщину из капель своей крови и ставший прародителем людей, принудил других богов после большой войны на небесах избрать своим домом другие миры и жить там, не вмешиваясь в дела этого мира.