Пламя Силаны

Куранова Ольга Алексеевна

Серые шелковые юбки шелестели по залитому кровью песку. Илана не боялась испортить красивую вещь. И не боялась за своего гладиатора. Она улыбалась.

— Благодарю за поединок.

— Что с вашим… что с Лиамом? — зачем-то спросила у нее Силана.

— Он выживет. Это станет для него полезным уроком. Надеюсь, научит его относиться к другим гладиаторам всерьез.

От ее слов Силана почувствовала, как холодок прошелся вдоль позвоночника. Лиам был страшным противником — несмотря на молодость, но Илане этого было

мало. Она хотела сделать из него монстра.

— Вы хотите выставлять его на поединки и дальше?

— Он сын Торна. Арена у него в крови, — потом Илана перевела взгляд на залитый кровью песок и поморщилась. — Впрочем, иногда он увлекается. Мне жаль, что так получилось с вашим гладиатором. Если хотите, я оплачу жреческое исцеление.

Это было щедрым предложением, невероятно щедрым. Особенно теперь, когда Силана не могла исцелить Рейза сама.

— Зачем вам это?

— Просто жест доброй воли. Вы явно устали, к тому же я знаю об ограничениях, которые Храм накладывает на алых жриц. И у меня свои мотивы. Как только Лиам очнется, он тут же потребует повторного поединка. Думаю, с Ареной мы повременим, но тренировочный бой был бы полезен им обоим.

Силана едва подавила желание передернуться:

— Я не…

— Не рубите сгоряча, — спокойно прервала ее Илана. — Примите мою помощь, отдохните. Подумайте. Жрица будет у вас завтра с утра. Остальное мы обсудим и решим позже.

Силана поклонилась, низко, на жреческий манер:

— Это очень щедрый подарок. Я приму его с благодарностью.

Наверное, если бы речь шла о ее собственной ране, она отказалась бы. Предпочла бы терпеть боль и ждать, пока восстановится достаточно, чтобы исцелиться самостоятельно. Но речь шла о Рейзе. И платить его болью за собственную гордость и собственные принципы Силана не имела права.

— Вот и отлично. Кстати, во время тренировок обратите внимание на парирование перед контратакой. Ваш Рейз немного недоворачивает запястье. И займитесь стойкой. Ее следует доработать.

***

Силана хотела посидеть с Рейзом, пока действовало кроветворное зелье, но медик прогнал ее к Распорядителю — хозяйке полагалось забрать деньги за поединок и расплатиться за помощь медика.

Когда распорядитель назвал ей сумму выигрыша, Силана подумала, что ослышалась. Этого хватало, чтобы оплатить месячный налог за дом, и еще осталось бы на то, чтобы купить летающего ската — раненого или больного, иногда таких отдавали по-дешевке, потому что иначе оставалось их только убивать.

Через несколько дней она могла бы исцелить ската пламенем. Да и ели они не так много, одного можно было бы прокормить без труда, зато не пришлось бы больше ходить пешком или тратиться на чародейские экипажи. Силана смогла бы даже найти какую-нибудь несложную работу, чтобы хватало хотя бы на еду.

Она думала об этом, и тут же накатил стыд. Силана

ничего не сделала ради этих денег, их выиграл Рейз и заплатил за них кровью. Он мучился от боли, пока она планировала, как потратит выигрыш.

Она вернулась к медику с распиской об оплате, и тот, скучая, перечислил, как ухаживать за раной — на Арене не было постоянного госпиталя и комнат для раненых. Гладиаторов отправляли либо домой, либо в городскую больницу.

Рейз спал под действием чародейских эликсиров, и его лицо казалось обманчиво спокойным.

— Жить будет. Если повезет и нормально все срастется, даже выйдет на Арену со временем, — сказал в конце концов медик.

— Завтра его исцелит жрица, — тихо ответила Силана.

— Тогда тем более повезло. Вы на него, я смотрю, денег не жалеете.

Силана отвела взгляд и снова посмотрела на Рейза.

К ним подошел Грей, отозвал ее в сторону для разговора, и Силана снова отметила про себя, как он изменился за эти годы. Стал жестче и строже и все время казался усталым. Вымотанным. Больше не улыбался.

— Мелезе придется остаться еще на несколько часов, я ей пока не нужен, могу отвезти вас домой. Все равно ты одна его не дотащишь.

Силана не стала отказываться.

Чародейский экипаж госпожи Мелезы был быстрым и ехал очень плавно, кочки почти не ощущались. Рейз спал, и в полумраке кареты его лицо казалось восковым, неестественно бледным.

Силана прижимала к себе сумку с зельями, которые дал ей в дорогу медик, и надеялась, что Рейз проспит до утра и ему не придется мучиться от боли.

Грей молчал, глядя в окно, и глубокие тени в опущенных уголках губ делали его намного старше.

Хотелось заговорить с ним, но никак не находились правильные слова.

В конце концов он вздохнул и заговорил первым:

— Не самое у вас удачное начало в Парной Лиге. Сначала Посвящение, которое многим наступило на хвост, потом ничья, теперь вот ранение.

— Вы думаете, мне стоит уйти с Арены?

— Ничего я не думаю. Если бы все бежали с Арены при первых же трудностях, в Парной Лиге давно бы никого не осталось. Просто говорю, что начало неудачное.

А у вас? — хотела спросить Силана.

Что случилось с вами?

И снова промолчала.

— Говори, — разрешил вдруг он. — Я же вижу, тебе хочется. Можешь не стесняться.

Он усмехнулся и добавил:

— Ты больше не моя ученица, побить тебя за наглость я все равно не смогу.

— Что произошло с вами и госпожой Мелезой? — спросила Силана. — Она никогда не была такой раньше. Она… никогда не обращалась с вами так.

Грей усмехнулся и посмотрел в окно:

— Я сам напросился, да?

— Вы можете не отвечать, если не хотите. Я не должна была спрашивать.

— Ничего, глупо теперь отмалчиваться, — он выдохнул, устало потер лицо руками. — Я ее предал.