Пламя в темноте
Шрифт:
Я тяжело вздохнул и спросил Ромуса:
— Ты знаешь, как снять проклятие?
Мальчик мгновенно вскинул голову на меня, уставившись страшными, пустыми голубыми глазищами на меня. Он по-звериному наклонил голову, а после принюхался.
«Гарпии ненавидят ложь,» — уточнил Даррок.
Спасибо, очень вовремя.
Особенно после его слов о том, что этот мальчишка прямо сейчас может покончить со всем этим раз и навсегда.
Правда, сейчас, где-то в глубине души я даже почувствовал облегчение. Учитывая, что возможно на тот свет мы бы с собой захватили Клауса…Но даже избавление от такого мерзавца не стоило тысячи смертей кадетов и жителей. И ни в коем случае не
Вспомнив девушку, я мысленно дал себе установку, что ни в коем случае не допущу того, чтобы пострадала она или её брат. Я обязательно выведу Ромуса из этого состояния и попытаюсь сделать все, чтобы провести ему инициацию.
Я кинул быстрый взгляд на Кая и тот еле заметно кивнул. В этот момент Ромус заговорил:
— Будущий король Дикой охоты, — нечеловечьим голосом произнёс мальчик, пронзая меня своим взглядом. Хищно осклабившись, он подошёл чуть ближе ко мне. — Убивший братьев своих и родителей, обреченный пресмыкаться перед предавшим другом и влюблённый в девушку из рода своих кровных врагов, — голос Ромуса забирался под кожу и царапал сердце. — Хочешь искреннее принести освобождение своим подданным, хоть никогда и не мечтал стать королём. Для того, чтобы снять проклятие, король должен обрести королеву, Шаян Араш Зияд Джан-Ияд Фархад. Обрести истинную пару и любовь, провести Охоту на предателя и закрыть врата Другого мира во время Великой ночи раз, и навсегда. Лишь тогда ты принесёшь процветание в эти земли.
Провести Охоту? Найти королеву? Я не понимал, о чём он. Но решил разобраться с этим позже: сначала нужно было спасти мальчика.
После того, как Ромус произнёс эти слова, его горящие синим глаза, потухли, а пробегающие по телу молнии постепенно начали исчезать под кожей. Медленно, мальчик снова обращался в человека.
Алакай, застывший неподалёку, как и я внимательно наблюдал за каждым вздохом Ромуса. В момент моего разговора с братом Ребекки Кай мысленно связался с Гаяром и попросил окружить мой кабинет защитным пузырём — Кай понял мою молчаливую просьбу без слов. Я до сих пор ощущал, что защитная магия находится вокруг нас.
«Ты сделал всё правильно,» — сказал Даррок и через связь я почувствовал облегчение дракона.
«Что нужно для его инициации?» — сразу задал насущный вопрос я.
«Она проходит же, как у всадников. Ему нужно подняться в небо и падать до тех пор, пока он полностью не перевоплотиться. Мальчик готов. Снаружи уже начинается буря. И либо он пройдёт её, либо погубит всех нас. Но есть одно «но». И тебе оно не понравится».
Что он имел в виду?
«Сам Шаале был гарпией, и ему были доступны все знания мира. А Некмет, его брат, был аэрукетом [1]— его «якорем», что с рождения гарпии становится его защитником вплоть до инициации,» — я нахмурился, не понимая, куда клонит дракон. — «Ещё в утробе гарпии выбирают себе аэрукета. Чем сильнее аэрукет, тем сильнее гарпия и их связь. Но изначально эта связь может сформироваться лишь на любви. Поэтому она часто возникает среди истинных пар, и очень редко — между кровными родственниками. Однако ты прекрасно знаешь, что кровь — уникальный элемент. Она сильнее всего остального. И если гарпия и его аэрукет связаны сильными родственными чувствами, да ещё и кровным родством…»
«То и обряд им нужно проходить вместе,» — уже без пояснений понял я Даррока.
Выходит, Ребекке, что ещё не готова, придётся пройти обряд инициации вместе с братом уже…
Сейчас.
«Ты уверен, что они переживут инициацию?» — вместо меня задал насущный вопрос Алакай.
«У них нет выбора. Если по какой-то случайности в таком
Я еле удержал свой гнев внутри своего тела и не дал ему выплеснуться в огненной форме наружу. Не тогда, когда рядом со мной стоял мальчик, который мог запросто уничтожить все, стоило мне его напугать.
Ромус уже почти что пришёл в себя, когда дверь кабинета резко распахнулась и внутрь влетела Ребекка, тут же бросившись к брату. Кай было хотел не дать ей этого сделать, но я приказал отступить, и вовремя — мальчик уже полностью расслабился в объятиях сестры. Ребекка заботливо начала гладить его по голове, что-то шепча, а мы с Каем продолжали молча стоять рядом.
Я не стал задавать вопросов, как она узнала, что происходит с Ромусом. Связь есть связь. Я бы также ощутил, что одним из Ше’ру что-то не так.
Наконец, Ромус уткнулся ей в плечо, а Ребекка подняла на нас горящие яростью глаза.
— Ребекка… — начал было я, хоть и понимал, что в это был не подходящий момент.
— Мне не надо дважды объяснять то, что уже сказала Руна, — обрубила Ребекка. Её настроение так резко изменилось, но я списал это на счёт их связи аэрукет с Ромусом. — Вы все фейри, с чем я вас и поздравляю. Но это невероятное знание не особо меняет что-либо в моей жизни. Да, вопросы возникают, но есть вещи поважнее. Например, что здесь делает мой брат. Так что давайте закроем эту тему. Кстати, — девушка вздёрнула нос. — Я полукровка. Теперь мы здесь все познакомились по расовому признаку. Так что потрудитесь объяснить, что вы тут делали с Ромусом?!
Как всегда, девушка начала разговор с насущной темы.
— Ты знаешь, кем является твой брат? — принял на себя её гнев Кай.
— Что ты имеешь в виду?!
Ребекка моментально развернулась к нему, как кобра готовая к атаке. Словно настоящая мать, она прижимала к себе ослабевшего брата и защищая его от нас.
«После инициации ему защита уже не понадобится,» — мысленно усмехнулся Даррок. — «Это готовый, неубиваемый и сильнейший берсерк, которого надо лишь выпустить на свободу. Он сам защитит её получше любого из нас, вот только девчонка этого явно не знает. Во время инициации мальчик моментально вырастет, воспользовавшись теми пятью годами, что он выкрал из здоровья и лет жизни своей матери. Ты очень удачливый, Шаян. Собрал и Пустую, и гарпию в одном месте в одно время».
Сейчас мне было не до издёвок Даррока, однако я принял к сведению эти факты.
— Ребекка, твой брат — гарпия, — я обратился к девушке. — Такие, как он, рождаются крайне редко, и нуждаются в инициации. Либо мы проведём обряд, либо твой брат умрёт и погубит всех нас, так как вскоре его пробуждающаяся сила будет уже несоразмерна человеческому телу, и он просто выжжет землю в радиусе нескольких миль.
— Что? — глупо переспросила Ребекка. По её лицу было видно, что она не поверила моим словам. — Ты шутишь, этого не может…
— Это правда, Ребекка, — тихо прошептал Ромус. Он отодвинулся от сестры и посмотрел ей в глаза. — Когда я родился, наша мать прозвала меня Некметом. Когда ты ушла гулять, а я, будучи пятилетним ребенком, остался дома играть, она рассказала мне, что я родился с рогами, хвостом и крыльями. Тогда она хотела отказаться от меня, но наутро я стал обычным ребенком, и тогда мама решила, что ей показалось.
— Погоди… Это не может быть правдой!!! Наша мать всегда была немного безумной… Говорила про какие-то проклятия и кольцо времени, — затараторила Ребекка, обхватывая ладонями лицо Ромуса и вглядываясь в брата. — Она могла говорить неправду, Ромус.