Пламя в темноте

Нордсвей Таня

Я нуждалась в этом поцелуе.

Я прощалась в этом поцелуе.

Сильные руки верховного баргата обвили мою талию, притянув и впечатав моё насквозь промокшее тело в грудь мужчины. От Шаяна дыхнуло таким жаром, что я больше не чувствовала холода.

Он отвечал на мой поцелуй с таким голодом, что моя голова кружилась, а сама я забывала обо всём на свете. И не могла оторваться от своего мужчины, пока где-то с драконьего хребта не раздался драконий рык.

Тяжело дыша, мы разорвали

поцелуй, и лоб Шаяна оказался подле моего. Его руки по-прежнему сжимали мою талию, а вода продолжала обрушиваться на наши головы.

Я старалась оттянуть момент, когда мне придётся покинуть его тепло. Но понимала, что чем больше я нахожусь подле Шаяна — тем больше сомнений начинают зарождаться в моей голове.

А их я допустить не могла.

Поэтому я последний раз коснулась своими губами его, притянув Шаяна к себе, а после прошептала:

— Прощай.

И, пока он не вздумал меня остановить, быстро взлетела на спину Рунфрид, сев за своего брата.

Кажется, Шаян что-то прокричал мне. Но я его уже не слышала.

Дракониха оттолкнулась своими мощными лапами от брусчатки и взмыла в небеса, неся нас прямо в эпицентр бушующей стихии.

Глава 43

Рунфрид ворвалась в грозовые облака, разрезая их крыльями. Ромус изо всех сил пытался держаться в сознании, хотя я всем своим телом чувствовала, насколько он холодный и ослабший.

Молнии проносились над нашими головами, ветер пытался сорвать нас со спины дракона раньше времени, но я крепко вцепилась в шип Рунфрид и держала нас с Ромусом.

«Мне повторить, что я считаю всё это очень плохой затеей?» — мысленно спросила Руна.

«Ты уже сказала это раз десять. Не стоит».

Дракониха вошла в пике, и мои мышцы взорвались адской болью в момент, когда я пыталась удержать не только себя, но и брата в «седле».

«Наша связь неполная, Ребекка. И шанс того, что она не проявится, крайне велик».

«Мне плевать».

Меня и Ромуса подкинуло на спине Руны, когда мощный поток воздуха хлестнул прямо по нам.

«Ты не была рождена, чтобы умереть. И жертвовать собой во чьё-то благо, Ребекка».

Мои глаза слезились, и я не знала, было ли это от ветра, или от слов Рунфрид, в которых явно слышалась привязанность ко мне.

«Все мы рождены, чтобы погибнуть. Только у всех разные обстоятельства и время,» — ответила я чистую правду, в которую верила.

Всю свою жизнь я играла со смертью. Взбиралась на крутые вершины, рисковала. И каждый раз проверяла границы своих возможностей, понимая, что пока ещё не пришло моё время.

Сейчас я чувствовала, что оно близко. И противиться этому не было смысла.

«Я выбрала тебя, Десма Лилиан Ребекка Амайя Хати Марриенсен, потому что ты — моё отражение,» — наконец, спустя какое-то время сказала Руна, набирая

высоту. — «Повторюсь, я выбрала тебя. Поэтому последую за тобой куда бы ты ни шла. Твой путь — мой путь. Твоя жизнь — моя жизнь».

Я была благодарна ветру за то, что тот заглушил мои всхлипывания.

«Твой путь — мой путь,» — повторила я за драконихой слова. — «Твоя жизнь — моя жизнь».

В этот момент, я почувствовала, что мы достигли нужного рубежа. Рунфрид взмыла вверх практически вертикально, и мои уставшие руки разжались. Воздушный поток снес меня и брата со спины дракона, отправив в свободный полёт.

Я увидела лицо Ромуса — побледневшее, с посиневшими губами. Моё сердце сжалось, когда брат улыбнулся мне. Моя рука сама собой потянулась к нему, но пальцы не смогли коснуться него.

Нас уже понесло с огромной скоростью вниз, и вскоре я потеряла Ромуса из виду. Воздушный поток закрутил нас, но я была уверена, что с братом всё будет в порядке.

О себе я так сказать не могла.

Я с бешеной скоростью летела вниз, прорезая облака и чудом избегая попадания молний. Если раньше я падала спиной, то теперь меня развернуло так, что я видела приближающуюся землю.

Я падала, падала, падала.

Не имея власти над своим телом, я впервые покорилась судьбе.

Связь между мной и Рунфрид натянулась, но я пока не чувствовала того, чтобы та подхватила меня.

Я падала вниз, и связь всё ещё не считала меня достойной быть всадницей этого дракона. Ветер свистел в ушах настолько громко, что полностью закладывал их, и я ничего не слышала. Вообще.

Зажмурив глаза от яркой вспышки с левой стороны, я знала, что совсем скоро коснусь кромки бушующего ледяного океана. И навсегда уйду на дно, где моё тело охладеет, а пламя в сердце потухнет.

Мне оставалось не больше нескольких минут.

Прикрыв глаза, я видела проносящиеся в мыслях лица близких. Мамы, Ромуса, приёмного отца, Алакая, Шаяна… Я видела родной город, свой дом. Я чувствовала умиротворение.

Потом в мыслях вспыхнула первая встреча с Руной и слова нашей связи. Сейчас я не чувствовала дракониху, но знала — она где-то рядом. Там, в небесах.

Я любила брата. Я безумно любила Шаяна. Но и Руну я тоже полюбила за это время несмотря на то, что даже не осознавала этого.

Рождённая, чтобы обрести связи. Рождённая, чтобы погибнуть.

Уже чувствуя, как брызги солёной воды окропляют мои щёки, я мысленно повторила слова нашей с Рунфрид клятвы поработимства:

«Связанные навеки веков, следом за тобой пойду я.

Не принуждай меня отречься от тебя или оставить,

Будь то на смертном одре или в бое.

Мой путь пройдёт рядом с твоим путём, жизнь подле твоей жизни,

Там, где умрёшь ты, похоронят меня,

Там, где решишь остаться — останусь и я.