Пламя

Макголдрик Мэй

Гэвин почувствовал, как граф немного подтянулся вверх.

– Да. Смогу.

– Вы сильно ушиблись?

– Чувствую слабость. Я ударился головой о скалы.

– Поздравляю. Это ваше наименее уязвимое место.

– Спасибо за заботу, – огрызнулся Этол.

– Не стоит благодарности. Если вы готовы, то нужно поскорее выбираться наверх.

Гэвину не было нужды произносить эти слова. Некто пытался убить их на этом мосту. Скоро он, скорее всего, заподозрит, что они все еще живы и повисли на веревках над пропастью.

– Сейчас я отпущу ваш

ремень.

– Сделайте это поскорее! – радраженно прорычал Этол. – Ведь вам придется карабкаться впереди меня. Сейчас вы занимаете слишком много места.

Гэвин мрачно усмехнулся и, нащупывая ногами опору, начал трудный подъем во мраке.

– Вы говорили, что есть другие проходы вокруг этой пропасти.

– Они существуют. – Сдавленный голос горца стал звучать сильнее и внятнее. – У нас есть совсем немного времени, пока он будет идти в обход.

– Поспешим, мой друг, – воскликнул Гэвин, – пока этот подлый мерзавец не приложил свой клинок к веревкам с этой стороны!

Услышав крик, эхом разнесшийся по всем тоннелям, Джоанна выскочила их своего укрытия за каменной гробницей.

Гэвин. Она была уверена в этом.

Вытащив факел из держателя возле входа в склеп, Джоанна, быстро чиркнув кремнем, зажгла его и подняла над головой. «Адские ворота!» – подумала она, бегом двигаясь по тоннелю, ведущему к роковому ущелью. Совершенно точно, что его крик донесся именно оттуда.

После ухода Маргарет и Матери она еще какое-то время продолжала сидеть в своем укрытии, ошеломленная услышанным. Но голос Гэвина мгновенно вывел ее из оцепенения.

Уже на бегу Джоанна ощутила, как холодная рука ужаса сдавила ее сердце, когда она попыталась прикинуть, насколько далеко от склепа успела уйти Мать.

Возможно, это было неожиданное движение воздуха или же изменение тональности звука, эхом возвращавшегося к нему. Как бы то ни было, Гэвин почувствовал, что подбирается к уступу.

Трагический эпизод, случившийся на подвесном мосту, и их последующее совместное падение окончательно развеяли в сознании Гэвина даже тень подозрений относительно Этола. Каковы бы ни были виды горца на земли замка Айронкросс, теперь Гэвин был убежден, что Джон Стюарт не причастен к преступлениям, направленным против их владельцев. Это нападение на Гэвина не было случайностью, и если бы он не успел схватить графа за ремень, то Этол неминуемо нашел бы смерть в бездне.

Внезапно Этол схватил его за сапог, заставляя остановиться. Он уже готов был заговорить с графом, но внезапно и сам услышал звуки, издаваемые бегущим человеком.

Внимательно прислушавшись, он быстро сообразил, что звуки слышны с этой стороны пропасти.

В безумной надежде он на мгновение подумал, что это может быть помощь. Но эта мысль быстро рассеялась, когда он почувствовал, как кто-то пытается стряхнуть их вниз, дергая за канат.

Когда Гэвин услышал звук лезвия, режущего волокна веревки, он испустил яростный вопль и, удвоив усилия, начал быстро карабкаться вверх.

Она приближалась к черной бездонной яме, которую

называли Адскими воротами, когда снова услышала его крик. Волна радости подхватила ее и понесла вперед. Тоннели, ответвляющиеся от этого прохода, были темными и страшными, но она неудержимо мчалась вперед, едва ли думая о том, кто еще мог в них сейчас скрываться.

После резкого поворота тоннель внезапно расширился, и Джоанна очутилась на уступе, который перед провалом простирался на несколько футов в обе стороны. Резко выдохнув, она остановилась.

Подвесной мост исчез. Держа факел вверху, Джоанна посмотрела вниз. С другой стороны можно было увидеть только один из канатов старинного моста, исчезающий в темноте. Пока она пыталась понять, что же случилось, в тоннеле позади нее мелькнула тень, и Джоанна моментально похолодела. Тень снова шевельнулась.

– Ты где? – крикнула она в панике.

Голос Гэвина, донесшийся из мрака ущелья ниже противоположного уступа, заставил тень поспешно отступить в тоннели, находившиеся позади. Подняв факел еще выше, Джоанна какое-то мгновение раздумывала. Она могла воспользоваться одним из более длинных, огибающих тоннелей и бегом достичь другой стороны, чтобы успеть перехватить сбежавшего негодяя. Но мысль о Гэвине, находившемся где-то внизу, вновь сосредоточила ее внимание на бездонной пропасти.

Джоанна встала на колени на краю бездны и опустила лампу, пытаясь увидеть его силуэт в темноте. Там! Она смогла различить, как он поднимается вверх по обрывкам подвесного канатного моста, свисающим с противоположного уступа над расщелиной.

Однако прежде чем она успела вымолвить еще хоть слово, голос другого человека мгновенно испортил ощущение облегчения, которое она испытала, удостоверившись, что Гэвин жив.

– Джоанна! – крикнул мужчина, и ей ничего больше не оставалось, как инстинктивно съежиться, услышав в голосе Этола одновременно изумление и восторг.

Старая аббатиса неслышно появилась из мрака тоннеля только для того, чтобы тут же резко отпрянуть при виде Джоанны, стоявшей на коленях на краю уступа с другой стороны расщелины.

«Итак, – подумала Мать с удовлетворением, – наконец-то девушка покончила со своей бессмысленной игрой в прятки».

Она повернула назад, услышав, что мужчины уже почти поднялись из глубины пропасти. Кивнув в ответ на собственные мысли, аббатиса молча продолжила путь по пещерам подземелья.

Глава 22

Протянув руку, чтобы втащить раненого горца на уступ, Гэвин продолжал неотрывно глядеть на Джоанну, ошеломленную внезапным появлением Этола.

Ни он, ни Джоанна не произнесли ни слова с того момента, как раздался крик графа, увидевшего ее на противоположном уступе.

Когда горец неуверенно выпрямился и через расщелину посмотрел на Джоанну, Гэвин заметил, как в ее глазах промелькнул страх. Она уже повернулась, и он подумал, что ее дальнейшие действия вполне предсказуемы. Ясно, что она приготовилась к бегству.