План битвы
Шрифт:
С командирскими качествами у неё всё нормально, так что её будущему мужу придётся либо всю жизнь воевать за первенство, либо подчиниться и уже никогда не высовываться из-под её элегантного, но несгибаемого каблучка. Впрочем, не знаю, есть в этом какой-то азарт, как на охоте, кто кого…
Садимся в машину и тут же выезжаем. Дорога идёт по окраинам, среди сортировочных станций, предприятий, складов и режимных объектов. Через какое-то время мы останавливаемся у большого КПП. Наш водитель выходит из машины и показывает кучу бумаг. Дежурный
Ждать приходится минут пятнадцать. В машине жарко. Мы стоим в тени, но и здесь сейчас градусов сорок, наверное. Наконец, нас пропускают. Доезжаем до образцовой стоянки с бордюрами, выкрашенными белой краской, оставляем машину и пешком доходим до одноэтажного здания из красного кирпича.
Наш водитель молча показывает караульным бумаги. Нас пропускают, и мы заходим внутрь. Сопровождающий уверенно шагает по коридору, доходит до лестницы и спускается вниз. Мы следуем за ним, погружаясь в относительную прохладу, сохранившуюся здесь, благодаря толстым стенам и расположению в подвале.
Спустившись, проходим ещё один пост с вооружёнными караульными у толстой железной двери, как на подводной лодке, ну, или в киношном банке. Солдатик крутит большое, колесо и толстая дверь со скрипом ползёт в сторону. Сим-сим, откройся…
Заходим внутрь и я замираю, будто действительно оказался в волшебной пещере, полной несметных сокровищ. Чего здесь только нет! Калаши, пистолеты, маузеры, наганы, пулемёты разных производителей, включая «Максимы», гранатомёты, противотанковые ружья, гранаты, мины…
Я хожу, как по музею, рассматривая встречающиеся здесь совершенно диковинные старинные карамультуки.
— Неплохой арсенал, — говорю я удивлённо. — Это что?
— Трофеи, вывезенные из Афганистана, — объясняет Айгюль. — Здесь пока немного, но скоро станет гораздо больше.
— Столько я не переварю, мне кажется, — задумчиво тяну я.
— А столько и не получится. Скажи, что тебе нужно и я всё организую.
— Хорошо, я сейчас прикину и скажу.
— Не торопись, подумай. Я тебе билет на завтра организовала, так что до этого времени можешь спокойно размышлять.
Мы покидаем арсенал и едем встречаться с ткачами, а потом с конъячниками. Мне, конечно, не очень нравится полная осведомлённость Ферика о моих узбекских делах, но, выскользнуть из-под опеки Айгюль совершенно не представляется возможным. Большой брат следит за тобой… С другой стороны, они получают свои посреднические и я могу быть относительно спокоен.
Они же берут на себя и доставку. Получается недёшево, но на сегодняшний момент у меня нет возможности создавать собственные экспедиционные структуры. Возможно, чуть позже. Хотя опыт начала XXI века учит больше внимания уделять аутсорсингу. Посмотрим. Посмотрим.
Закончив дела, мы ездим по городу на красном мерседесе. Айгюль знакомит меня с достопримечательностями, показывает всё самое интересное в Ташкенте. Ужинаем мы в роскошном
Мои вещи и документы, изъятые в милиции, дожидаются меня в огромной гостиной. Деньги тоже оказываются на месте. Их я передаю Айгюль в счёт заключённых сделок.
— Должно быть, это большой жест, проявление высшего уровня благосклонности, что я живу здесь, в этом гостевом доме? — спрашиваю я у неё.
— А тебя не проведёшь, — насмешливо отвечает она. — Ты очень проницательный.
— Подойди, женщина, — строго говорю я. — Кто тебе разрешил смеяться над мужчиной?
— О, прости меня, мой повелитель, — подыгрывает мне Айгюль, приближаясь с коварным лицом — У меня и в мыслях ничего такого не было.
— Вижу, вижу твои чёрные мысли, — щурюсь я, чуть пятясь в сторону огромного дивана, но она не даёт мне уйти и коварно набрасывается, как пантера.
Чёрные волосы с серебряным отливом рассыпаются по плечам, а на лице сияет выражение озорства и торжества. Я падаю на диван, словно проваливаюсь в пленительную бездну, но соприкоснувшись с поверхностью начинаю выть и орать. Больно, ёлки-палки!
— Ой… прости-прости-прости… — испуганно причитает Айгюль и осыпает мою шею и грудь поцелуями, сначала сквозь ткань рубашки, а потом и без неё, после того как помогает освободиться от пут одежд.
Вторую ночь подряд я почти не смыкаю глаз. Не устаю восхищаться силой молодости. Засыпаем мы лишь под утро, когда до прихода горничной остаётся не более двух часов.
— Знаешь, — шепчет Айгюль, — если мой муж окажется козлом, я продолжу встречаться с тобой…
— А если не окажется? — спрашиваю я, чуть помолчав, но она ничего не отвечает, потому что уже спит.
Несколько часов в самолётах и промежутки между ними я провожу во сне. Сплю, как сурок. Зато прилетаю домой в более-менее вменяемом состоянии. В аэропорту совершенно неожиданно меня встречает Арсен, немногословный, угрюмый водитель Цвета.
— Здорово, Бро, — бросает он, подходя ко мне.
— О, Арсен, а ты чего здесь? Встречаешь кого-то?
— Да, — отвечает он. — Тебя. Цвет сказал тебя привезти.
20. Положительные эмоции всем нужны
Вот как… И как же он узнал, что я сегодня прилетаю, если не от Ферика? Только с помощью телепатии. У выхода из зала замечаю Платоныча, машущего мне рукой. Ему сказал я и даже попросил встретить, тут вопросов нет. А вот с Цветом или не с Цветом, а конкретно вот с этим Арсеном ситуация немного непонятная.
— Извини, Арсенчик, сегодня не получится, меня уже встречают. Мы потом с Цветом созвонимся, а сейчас никак не могу. Устал, как собака, да и рана ноет. Ну, сам понимаешь, да?
Я похлопываю его по плечу и прохожу мимо, направляясь к Платонычу.