Planets
Шрифт:
Они выехали в другой конец города и остановились напротив кладбища. Венера была в замешательстве.
— Закончился бензин? Почему мы дальше не едем? — несколько испуганным голосом спросила она.
— Нет, мы приехали, — парень откинулся на сидении, тяжело выдыхая. Девушка, кажется, перестала совсем дышать. Закрыв глаза, она посчитала до десяти, чтобы успокоиться. И хотя это не помогло, ей нужно было делать что-либо.
— Ладно, сколько я тебе должна? — её руки дрожали, когда она доставала из рюкзака деньги.
— Я могу подождать. Тебе ведь нужно ещё назад, — спокойно ответил
— Боюсь, что на дорогу назад мне денег вряд ли хватит. Сколько? — раздраженным и в тоже время дрожащим голосом спросила девушка.
— 1.25 фунта.
— Держи, — она отдала ему деньги. У неё оставалось, на самом деле, ещё немало, но проводить время с этим типом ей не совсем хотелось.
На ватных ногах девушка вышла из автомобиля. Не столько солнце, сколько собственная беспомощность и неуверенность заслепляли ей глаза, лишали рассудка. Она двигалась медленно. Оказавшись за воротами, ей стало до жути страшно. Было бы гораздо легче, если бы Меркурий был рядом. Она хваталась рукой за воздух, пытаясь найти его руку, но его рядом не было. Подойдя к небольшому домику, размером с маленькую комнатку, где мирно спал толстый охранник, подставив свою лысую голову солнцу. Как здесь вообще можно спать. Большой риск не проснуться вовсе.
— Простите, — через открытое окно, девушка тормошила мужчину за плечо. Он лишь скривился так, будто чей-то призрак в который раз побеспокоил его, но так и не проснулся.
— Мистер! — уже более настойчиво девушка просто ударила его по руке. Это сработало уже лучше. Открыв глаза, мужчина подпрыгнул на месте, будто испугавшись её. Странно, что люди, работающие на подобных местах, вообще могут ещё чего-нибудь бояться.
— Кэрри Холлидей! Я ищу Кэрри Холлидей! Мистер, она здесь? — словно прокаженная Венера начала трясти мужчина за руку и кричать на него. По её щекам текли слёзы, и теперь она не могла держать себя в руках. Ей было страшно. Её сумасшествие теперь вышло из-под контроля в один момент, и она не могла контролировать себя.
— Ты думаешь, я всех мертвецов по имени знаю? — мужчина выдернул свою руку из её цепких пальцев. На несколько секунд он вышел из её поля зрения, но вскоре предстал перед ней.
— Мне сказали, что она здесь. Но я не знаю… Я надеюсь, что не… — блондинка глотала слёзы. Она была полностью раздавлена сложившимися обстоятельствами.
— Пошли за мной. Я тоже надеюсь, что её здесь нет, — проявив некое сочувствие, сказал мужчина.
Мама всегда говорила ей ориентироваться на луну, а не на звёзды в бессонные ночи, когда страх поглощает душу полностью в свои объятия. Луна всегда остается холодной при любых обстоятельствах. Она холодна лишь потому, что одинока. А что звёзды? Их много, они есть друг у друга. Они обманчиво светят, не указывая ни на один правильный путь, потому что каждая звезда ведет тебя в свою сторону.
— Я луна, — сказала однажды Кэрри, ложась с дочерью на кровати. Венера обняла голову матери и тяжело вздохнув, спросила:
— У тебя есть я, мамочка.
— Ты моя Планета, маленькая. А я твой верный Спутник, — нежная улыбка мамы всегда давала ей надежду на то, что всё изменится. Однажды точно!
Они бродили между надгробных камней. Мужчина привел её куда-то в самый
— Это за последнюю неделю, — пожав плечами, он ушел, оставив девушку одну.
— Спасибо, — прошептала она совсем тихо, но он всё равно не услышал.
Около десяти надгробных камней. На одном из них есть риск увидеть знакомое имя. Венера шла медленно, опасаясь прочитать имя своей матери. Пройдя до конца ряда, девушка перестала плакать, но всё же дышала ртом. Так ей было легче.
«Кэрри Холлидей». Её сердце замерло. Несколько секунд девушка даже забыла о том, как дышать. Перед глазами потемнело, Венера старалась дышать ровно, делая вдох ртом и выдыхая носом, как учила её Джейн в случае панической атаки, которые когда-то часто были у неё. Но это не помогло. У блондинки подкосились ноги, и она упала на землю и начала плакать.
Порой бывает слишком поздно. Люди прощают друг друга, когда лишь кто-то один из двух уже мёртв. Мы находим подходящие слова лишь, когда никто уже не может их услышать. И это так, чёрт побери, несправедливо, потому всё, что жизнь делает с некоторыми людьми — просто ломает их. И это совсем не делает никого сильнее. Это заставляет человека просто ненавидеть себя и желать себе смерти. Потому что жизнь будто сама подсказывает ему о том, что хватит жить. Ты не должен жить.
Но в этот раз у неё было неодолимое желание жить, бороться до самого конца. Она любила свою мать, но не хотела идти по её стопам и повторять те же ошибки. Эта жизнь принадлежит только ей, и она сама будет её творить!
Глава 21. Find me
— Я уже еду! — кратко сказал Меркурий, как только его друг принял его вызов. Он был уже на полпути. Парня переполняла неприсущая ему уверенность. Он был настолько решительно настроен на то, чтобы не только вернуть девушку, но и окончательно разобраться в том, что происходит в её жизни. Никаких больше тайн, никаких даже недомолвок, которые лишь рассоединяют его с ней ещё больше, чем эти чёртовы километры между двумя городами.
— Куда? — несколько усталым и можно даже сказать сонным голосом спросил его Артур. Он говорил шепотом, видимо, рядом с ним спала и Люси.
— В Ньюкасл! Венера там! Я уверен! Я кое-что уже узнал, поэтому направляюсь туда, — его красные от усталости глаза смотрели прямо, не замечая перед собой никаких преград. Разве что кроме одной — он понятия не имеет, где искать Венеру.
— Что ты узнал? — Люси, похоже, проснулась, так как вырвала у парня телефон и едва не оглушила Меркурия громким голосом.
— Я… Это не так важно, но я найду её. Я точно найду её.
Он сбил звонок и быстро выключил телефон, потому что был уверен, что теперь звонки посыплются градом.
Рассекая темноту, парень старался ни о чем не думать. Но назойливые мысли сами лезли в голову. Как же просто ничего не чувствовать. Как прекрасно просыпаться и уже знать, с какой мыслью ты уснешь в этот же вечер. С какой? А ты уснешь с мыслью о том, что завтрашний день будет абсолютно таким же, как и этот. Как и тот, что был вчера, и тот, что будет послезавтра. Определенное будущее, сформированное прошлое. Вся жизнь, как по плану. Чётко расчерченной схеме, которую только разрабатывал не он.