Плащ и мантилья
Шрифт:
Рейчел попыталась сесть, но слабость приковывала ее к постели. Мысли лихорадочно мелькали у нее в голове, и каждая из них в итоге возвращала к сцене на реке. Рейчел сгорала от стыда. Ведь Ноубл не знает, что такие дерзкие поступки совсем не в ее натуре и что она никогда не вела себя так с другими мужчинами! В тот момент это казалось правильным, но теперь она понимала, что совершила чудовищную глупость.
Тяжело вздохнув, Рейчел оглядела комнату. Мебели было немного, но вся она выглядела старой и дорогой. За приоткрытой дверью массивного гардероба виднелось несколько пар
Рейчел сжала кулак с такой силой, что ногти вонзились в ладонь.
– Я не должна думать о нем! – решительно сказала она себе.
Вскоре дверь открылась, и вошла Маргрета. Увидев, что Рейчел проснулась, она весело заулыбалась.
– Сколько сейчас времени, Маргрета?
Женщина быстро заговорила по-испански, но Рейчел с трудом понимала только отдельные слова.
– Я плохо говорю по-испански, сеньора.
Маргрета погладила живот и указала на Рейчел.
– Да, я проголодалась, – кивнула Рейчел и указала на свой рот. Маргрета покивала в ответ и быстро вышла, закрыв за собой дверь. Рейчел хотелось попросить, чтобы ей принесли ее одежду и чтобы кто-нибудь из «Сломанной шпоры» приехал за ней, но как объяснить это Маргрете? Она закрыла глаза, и мысли ее вновь устремились к Ноублу. Если бы он желал ей смерти, то легко мог избавиться от нее, но вместо этого он спас ей жизнь…
В дверь постучали, и Рейчел обернулась.
– Войдите, – сказала она, думая, что Маргрета принесла завтрак.
Но в комнату вошел Ноубл.
– Ты в состоянии говорить? – спросил он, глядя на нее. – Обещаю, что не буду тебя утомлять.
После всего, что было на реке, Рейчел страшилась именно этого момента. Ей казалось, что она вновь чувствует прикосновение к своему телу обнаженного тела Ноубла. Она покраснела и отвела взгляд, будучи не в силах смотреть в его блестящие карие глаза и боясь, что он прочитает ее мысли.
– Я неважно себя чувствую, – пробормотала Рейчел, надеясь, что Ноубл уйдет.
Но он подошел ближе и остановился в лучах солнца, проникающих сквозь окно. На нем были черные кожаные брюки в обтяжку и белоснежная рубашка. Черные волосы были слегка взъерошены, как будто он скакал верхом, и Рейчел вдруг ощутила желание запустить в них пальцы…
Господи, о чем она думает?!
Рейчел закрыла глаза, чтобы не видеть возвышающейся над ней высокой фигуры.
– Тебе больно? – с тревогой спросил Ноубл.
– Только когда я дышу, – ответила она, все еще избегая встречаться с ним глазами.
Ноубл придвинул к кровати стул и сел.
– Доктор Стэнхоуп сказал, что с тобой все будет в порядке. Заражения нет. – Он посмотрел на бинты. – Тебе повезло, что пуля не прошла ниже.
Рейчел наконец посмотрела ему в глаза.
– Ты спас мне жизнь. Я благодарна тебе за это… и за твое гостеприимство, которым мне пришлось воспользоваться.
– Не говори об этом. – Ноубл выглядел так, словно не спал
Рейчел опустила взгляд, чувствуя, как стыд кинжалом вонзается ей в сердце.
– Да, я думала об этом.
– Я найду того, кто это сделал. – Ноубл говорил тихо, но в его голосе звенела сталь. – Можешь не сомневаться.
– Если только он не найдет тебя раньше. Ты сам сказал, что этот человек метил в тебя. А поскольку он не попал в цель, то может попытаться снова.
Наступило молчание. Подняв глаза, Рейчел увидела, что Ноубл смотрит на нее.
– Я хотел сказать, что ты можешь оставаться здесь, сколько понадобится. Я послал сообщение твоей экономке, и она скоро приедет сюда. Возможно, ты захочешь, чтобы она осталась с тобой, пока ты не сможешь вернуться домой.
Рейчел подумала о том, каким утешением стало бы для нее присутствие Уинны Мей.
– Спасибо. Я бы очень хотела, чтобы Уинна Мей была рядом.
Ноубл закинул ногу на ногу и положил ладонь на сапог. Рейчел невольно сосредоточила внимание на его руках. В них ощущалась сила, но она знала, что их прикосновения могут быть мягкими и нежными.
Видя, как она покраснела, Ноубл прочитал ее мысли.
– Не думай об этом, Рейчел, – сказал он. – Этого больше не повторится.
Она вцепилась в простыню.
– Наверное, ты считаешь, что я…
– Я считаю, что ты невинная девушка, которая играла с огнем и, слава богу, не обожглась.
– Только получила пулю, – усмехнулась Рейчел.
– И поэтому сейчас должна отдыхать. Я только хотел сообщить, что намерен сделать все возможное, чтобы найти того, кто в тебя стрелял.
Глядя на жилку, пульсирующую на шее Ноубла, Рейчел почувствовала, что сердце ее забилось сильнее. Неужели она совсем забыла, что он ее враг?!
– Это твоя спальня? – спросила она, чтобы переменить тему.
– Да. – Ноубл улыбнулся. – Это единственная комната с кроватью.
– А где же ты спишь сейчас?
– В комнате напротив.
– Постараюсь не занимать твою кровать дольше, чем необходимо.
На губах Ноубла все еще играла улыбка.
– Мне нравится, что ты спишь в моей кровати.
Ноубл повернулся и вышел, оставив ее размышлять над его словами.
Рейчел сознавала, что их жизни связаны неразрывно. Как бы она ни старалась, ей не удастся забыть, как их обнаженные тела касались друг друга. Она чувствовала, что Ноубл тоже никогда этого не забудет…
Внезапно по спине у нее забегали мурашки. Кто-то видел ее с Ноублом в реке! Кто же это был?
Рейчел закрыла глаза. Ей было ясно одно: тот, кто ранил ее, все еще охотится за Ноублом.
10
Уинна Мей пробыла в Каса дель Соль неделю и сразу же по приезде заставила почувствовать свое присутствие, отдавая приказы и ожидая беспрекословного их выполнения. К счастью, она достаточно хорошо говорила по-испански, чтобы высказывать свои пожелания Маргрете, которая охотно уступила ей уход за Рейчел.