Племя
Шрифт:
— Не брошу. Вы просто не понимаете, что такое корабль, Посланник. Он носит нас по морю, он принимает на себя удары волн, он прикрывает нас от ветров, спасает от голода, хранит во время шторма. Бросить живой корабль, это все равно, что… отрубить себе ногу, когда не сможешь ее прокормить.
Живым, по мнению морячки, корабль оставался до тех пор, пока днище его не изгнивало до такой степени, что прибывающую воду моряки не успевали отчерпывать, пока корпус не разбивали штормовые волны или судьба не выбрасывала его на скалы.
Хозяйка имела
Хозяйка получала новый корабль — и считалось, что вместе с нею на новенькое судно переселяется душа старого. Только с этого мига ветхий корпус признавался дровами и никакой ценности больше не представлял.
Бросить способный передвигаться корабль — это кощунство! Во всяком случае, именно так воспринимала намеки шерифа Поруза и Найла командующая флотом.
— Там осталось гребцов всего на три пары весел, — все-таки попытался убедить морячку Посланник. — А у Поруза не хватает двух пар. И у нас людей нет. Если соединить экипажи, мы получим два полноценных судна вместо трех увечных.
— Мы идем под парусами, — сухо парировала Назия. — Для этого гребцы не нужны. Если потребуется, я смогу вернуть корабль в город, имея только двух моряков.
Три человека — минимальное количество людей, способных поднять тяжелый поперечный брус паруса. Иначе женщина вызвалась бы вернуть судно в порт в одиночку.
— Стая приближается! — прервала их спор Нефтис.
Моряки флагмана засуетились, занимая боевые позиции.
Найл также отступил к рулевому, поднимая щит. Назия, иди сюда, — невооруженную морячку следовало тоже прикрыть. — Встань рядом с Тигнаем.
Водомерки действовали по своей излюбленной тактике: на огромной скорости они ушли под воду, оставляя жертвы в тревожной неизвестности — откуда последует удар? Где вырвется из-под воды злобная стая?
— Юлук!
Впрочем, предупреждать девушку было поздно: жуки выскакивали прямо из-под киля, сразу с обоих бортов, проносились по палубе и исчезали за кормой. Словно огромная коричневая рука прошлась по судну, смахивая в море все, что под нее попадалось. И опять люди с флагмана тревожно вглядывались в очертания малого судна.
— На корме опять пусто! — с отчаянием сжала кулак Назия. — Они ведь сожрут их всех, правитель! Будут наскакивать, пока не уничтожат всех до единого!
— Ты что предлагаешь? Повернуть назад? — огрызнулся Найл. — Водомерки все равно не отстанут. Они не трогали нас раньше только потому, что не знали о нашем существовании. Еще, чего доброго, к городу стаю приведем… Смотри, кто-то поднимается!
Это опять была Юлук. Налетевшие водомерки просто сбили ее с ног, и девушка отлежалась под щитом, отделавшись небольшой раной ноги.
— Они снесли двух смертоносцев, Посланник! — крикнула девушка. — И, кажется, кого-то из гребцов.
— А рулевого?! — указала на корму Назия.
— Не успели мы поставить рулевого!
— Убери
Он оглянулся на стаю, заходящую для новой атаки и торопливо заорал:
— Оставь двух братьев для защиты рулевого, а всех остальных — в трюм! Убери всех людей и смертоносцев с палубы!
Трудно понять, что происходило у Юлук с рулевыми, но к тому моменту, когда коричневые хищники опять прокатились по истерзанному судну, на корме не стояло никого.
Водомерки, не веря столь подлому повороту дела, прямо с кормы ушли под воду, и спустя несколько секунд прокатились по малому судну второй волной. Однако вся столь желанная для них добыча неожиданно исчезла. Коричневая стая рассыпалась, заметавшись вокруг корабля, собралась снова и умчалась назад, превратившись в далекое плохо различимое пятно.
— Да что же они делают, — нервно переступила с ноги на ногу морячка. — Ветер захлестнет, на бок положит, утонут все! Почему рулевого нет?
Найл попытался вызвать Юлук мысленно, и увидел ее глазами тесный кормовой трюм, в который набилось не меньше пяти человек.
— Юлук, почему вы не ставите к рулю моряка?
— отправил вопросительный импульс правитель, и в ответ получил волну недоумения.
— Кажется, у них нет умелого рулевого, Назия, — прикусил губу Посланник Богини. Пусть кто-нибудь просто держит руль прямо, чтобы судно по ветру шло, петлять не начало. Там хоть кто-то из моряков уцелел?
— Да, и много.
— Женщина им нужна, женщина, — покачала головой командующая. — Хозяйка. Туземки, что у Поруза, вроде нормально править умеют? Нужно одну пересадить вместо Алгии. Пусть владеет.
— Как? Если водомерки наскочат на пирогу, на ней не уцелеет никто!
— С борта на борт.
— Кто эти суда вместе сведет? — повысил голос правитель. — На одном у руля туземки из леса, на другом вообще никого!
Найл взглянул налево, и заметил, что кого-то Юлук на руль все-таки поставила. Не нужно бояться хоть того, что уцелевшие люди и смертоносцы перевернутся.
— Водомерки сзади!
На этот раз жуки не ныряли, а с ходу кинулись на корабль шерифа. И жестоко просчитались: что-что, а воевать старый северянин умел.
С флагмана хорошо различались и поставленные вдоль бортов щиты, и готовые к бою сверкающие клинки, и белый ряд костяных наконечников, выступающих вторым эшелоном. Коричневая волна ударила в борт парусника — и откатилась, оставив на волнах множество рыжих пятен.
Коричневая стая умчалась вперед, обежала флотилию по широкой дуге и снова замаячила позади.
— Может, хоть теперь отстанут, — злорадно улыбнулась морячка.
Полученного урока хватило водомеркам от силы на пару часов, после чего они снова начали нагонять корабли. Жуки, разделившись на две широкие ленты, промчались между кораблями, сомкнулись и остановились впереди, позволив флагману нагнать себя и разбить форштевнем обратно на группы.