Плен сердца
Шрифт:
— Зато крестьяне оценят, — кивнул Гарольд. — Во-вторых, снизить налоги на треть для тех деревень, что пострадали от дождей в прошлом году. Дать им время восстановиться.
Виктория добавила:
— И в-третьих, создать совет из представителей деревни и замка. Пусть люди сами говорят, что им нужно: ремонт моста, помощь с посевами, обучение детей. Мы будем слушать их напрямую, а не через управляющих.
Элиана почувствовала, как внутри разливается тепло. Это было именно то, о чём она мечтала — справедливое управление, где ценят каждого человека.
— Я полностью
Гарольд улыбнулся:
— Отлично. Тогда начнём с объявления об отмене продажи людей. Завтра же соберём всех во дворе замка.
В этот момент дверь приоткрылась, и в кабинет заглянул Томас. В руках у него был деревянный меч, который ему недавно подарил Гарольд.
— Сэр Гарольд, — робко произнёс мальчик, — вы обещали сегодня показать мне новую стойку…
— Да, конечно, Томас, — Гарольд поднялся из-за стола. — Но сначала послушай: мы с лордом Виктором и леди Элианой решили сделать жизнь людей в замке и деревне лучше. Ты ведь хочешь, чтобы все были счастливы?
— Да! — с энтузиазмом ответил Томас. — Я тоже хочу помогать!
— Вот и хорошо, — улыбнулась Виктория. — Когда подрастeшь, станешь настоящим защитником этих земель. А пока — иди с Гарольдом, учись.
Томас просиял и последовал за наставником.
***
На следующий день, когда во дворе собрались крестьяне, слуги и воины замка, Виктория вышла на крыльцо. Рядом стояли Элиана, Гарольд и Маргарет.
— Жители моих земель, — громко и властно произнесла Виктория. — С этого дня я объявляю: продажа людей на этих землях запрещена. Вы — не товар. Вы — те, кто кормит эти земли, кто строит, кто защищает их.
Толпа замерла, а затем раздались первые неуверенные аплодисменты, которые быстро переросли в одобрительные крики.
— Кроме того, — продолжила Виктория, — налоги для пострадавших деревень снижаются на треть на ближайший год. А для того, чтобы ваши голоса были услышаны, мы создаём совет представителей. Каждый месяц вы будете выбирать тех, кто придёт сюда и скажет нам напрямую, что нужно вашей деревне.
Когда она закончила, Элиана увидела, как Миранда — та самая женщина, что жаловалась на мост, — вытерла слёзы и улыбнулась. Рядом кивал головой старый мельник, а молодые крестьяне переглядывались с надеждой. В этот момент к Элиане подбежал Томас. Он протянул ей рисунок, который только что закончил: на нём были изображены крестьяне, работающие в поле, рядом — замок, а над всем этим сияло солнце. В углу мальчик нарисовал себя рядом с Гарольдом.
— Смотри, Элиана! — радостно сказал он. — Это наша новая жизнь!
Элиана бережно взяла рисунок и улыбнулась:
— Это прекрасный символ, Томас. Я повешу его в своих покоях.
Она наклонилась и поцеловала мальчика в лоб. В этот момент Виктория сделала шаг назад, давая Элиане возможность обратиться к собравшимся.
Она вышла вперёд, и её голос, мягкий, но уверенный, зазвучал над толпой:
— Мы хотим, чтобы вы знали: ваши нужды и заботы — теперь наш главный приоритет. Если у кого-то есть срочные вопросы — подойдите к управляющему или ко мне лично. Мы будем работать вместе,
Её слова вызвали новую волну одобрительных возгласов. Виктория незаметно улыбнулась, наблюдая за женой.
Она понимала: еe решительность задаёт курс, но именно доброта и чуткость Элианы помогают людям поверить в перемены.
После собрания Маргарет подошла к Элиане:
— Ты видишь? — тихо сказала она. — Это и есть истинное лидерство. Не сила, а справедливость. И умение слышать.
— И поддержка верных людей, — добавила Элиана, глядя, как Виктория и Гарольд обсуждают дальнейшие шаги. — Виктория строга, когда это нужно, но она прислушивается к советам и к людям. А я… я стараюсь, чтобы каждый чувствовал, что еe голос важен.
Виктория подошла к ним:
— Вы обе правы. Одно без другого не работает. Строгость без милосердия — это тирания. А милосердие без порядка — хаос. Нам нужно и то, и другое.
Гарольд, который слышал последние слова, кивнул:
— Именно так. И это сочетание — ваша сила как правителей.
***
Позже, в тот же день, Элиана нашла Томаса в саду — он старательно отрабатывал стойку с деревянным мечом под наблюдением Гарольда.
— У тебя отлично получается, — похвалила она мальчика.
— Гарольд говорит, что через год я смогу учиться владеть настоящим мечом! — гордо сообщил Томас.
— А ещё ты учишься быть добрым и справедливым, — улыбнулась Элиана. — Это даже важнее, чем владеть мечом.
Мальчик задумался на мгновение, затем серьёзно кивнул:
— Да, я буду таким же, как ты и Виктор. Буду помогать людям.
Элиана обняла его:
— Я в тебя верю, Томас.
***
Когда Анна появилась у ворот замка, Элиана не стала ждать формального представления — она бросилась к подруге и крепко её обняла. Анна, смущённая роскошью и вниманием, на мгновение замерла, а затем ответила на объятие с такой силой, что обе чуть не потеряли равновесие.
— Элиана… — прошептала Анна, отстранившись и разглядывая подругу. — Ты такая… другая, но в то же время всё та же.
— И всегда буду той же, — улыбнулась Элиана. — Просто теперь у меня другая роль.
Они отошли в сторону, подальше от любопытных взглядов слуг.
Анна взяла Элиану за руки и тихо, чтобы никто не услышал, прошептала:
— Я так горжусь тобой, Элиана. Ты сохранила себя, несмотря ни на что. Ты не стала высокомерной, не забыла, откуда ты родом. Это… это настоящее чудо.
Элиана почувствовала, как к глазам подступают слёзы.
— Спасибо, Анна, — так же тихо ответила она. — Твои слова для меня дороже всех драгоценностей замка. Ты всегда будешь моей подругой, кем бы я ни стала.
Анна улыбнулась, и в этот момент между ними словно восстановилась та невидимая нить, что связывала их с детства. Элиана провела подругу по замку, показала свои покои, познакомила с Маргарет и Матильдой. Анна с восхищением разглядывала гобелены и люстры, но больше всего её поразила сама Элиана — не в роскошном платье, а в том, как она отдавала распоряжения и выслушивала просьбы слуг, находя решения даже для самых мелких проблем.